В понедельник Нина нашла карту в книге про море.
Она была нарисована на клетчатом листке, вырванном из маленького блокнота: три квадрата, лестница, кружок и стрелка. Над одним квадратом стояла цифра 17. Внизу кто-то изобразил рыбу в короне.
Книгу Нина взяла с полки обмена в подъезде. Полку полгода назад повесил сосед с пятого этажа. Правило было простое: прочитал — верни или принеси другую книгу.
Нина сначала решила, что листок забыли вместо закладки. Но на семнадцатой странице никакой рыбы не было. Там мальчик из повести только собирал рюкзак.
Она перевернула листок. Пусто.
Вечером Нина вернула книгу и взяла «Рассказы о животных».
Из неё выпал второй листок.
На нём были два прямоугольника, дерево, стрелка и цифра 42. В углу сидела нарисованная сова с огромными бровями.
На сорок второй странице действительно начинался рассказ про сову.
Нина снова посмотрела на первый листок.
Три квадрата. Лестница. Кружок. Рыба.
Она сбегала вниз, достала из полки морскую книгу и открыла не семнадцатую страницу, а семнадцатую главу. Такой главы не было.
— Загадка? — спросила мама, когда Нина разложила оба листка на кухонном столе.
— Или кто-то портит книги.
— Карандашом внутри не рисует?
— Нет.
— Тогда пока портит только блокнот.
Нина не любила слово «пока». Оно означало, что взрослый не считает дело серьёзным, но оставляет себе возможность позже сказать: «Я же не говорила, что это ерунда».
Во вторник в полке лежало двенадцать книг. Нина проверила пять.
В трёх были карты.
Все разные.
В сказках — домик, мост и цифра 63. В энциклопедии про транспорт — длинный прямоугольник, пять кружков и цифра 28. В книге стихов — скамейка, фонарь и цифра 11.
Нина ничего не переставляла. Она сфотографировала листки, вернула их на места и записала названия книг.
Потом села на подоконник у лифта и стала ждать.
Через десять минут пришла соседка тётя Света, поставила пакет и взяла детектив.
Через ещё пять — мальчик лет шести принёс книгу про динозавров и убежал вниз.
Потом вернулся дядя Володя с собакой. Собака обнюхала полку, дядя Володя сказал: «Не твоё» и потянул поводок.
Никто ничего не рисовал.
Нина просидела сорок минут и поняла, что сыщик из неё пока получается плохой: ноги затекли, подозреваемых стало трое, а доказательств — ноль.
В среду появилась новая карта.
На ней был большой круг, внутри маленький круг, рядом цифра 35 и крошечный велосипед.
Книга называлась «Городские истории».
На тридцать пятой странице герой как раз учился ездить на велосипеде вокруг клумбы.
Тогда Нина заметила то, что раньше пропускала.
Прямоугольники на листках были не комнатами. Они были страницами.
Одна большая, следующая маленькая, потом снова большая — так выглядел разворот книги, если нарисовать его сверху. Стрелки вели не по коридору, а от одного места на странице к другому.
Она достала книгу про животных и открыла сорок вторую страницу. На карте дерево стояло слева, сова — справа наверху.
На развороте было почти так же: слева фотография дерева, справа в верхнем углу — сова.
— Это не карта дома, — сказала Нина вслух. — Это карта страницы.
Лифт открылся.
На площадку вышел мальчик, которого Нина раньше видела только из окна. Он недавно переехал в квартиру напротив. Его звали Самир. Иногда он здоровался, иногда молча кивал. Нина знала, что в школе он учится в параллельном классе и по-русски говорит, но медленнее остальных.
Самир держал две книги и тонкий блокнот в клетку.
Нина посмотрела на блокнот.
Он посмотрел на Нину.
Потом на открытый разворот с совой.
— Твои? — спросила Нина и показала листки.
Самир замер.
— Я… положил. Можно было?
— Я не знаю. Я три дня выясняю, что это вообще такое.
Он покраснел и прижал книги к груди.
— Я уберу.
— Подожди. Зачем цифры?
Самир помолчал.
— Страница.
— Это я уже поняла. А рисунки?
Он открыл блокнот. В нём было много таких же схем. На одной странице — паровоз и две стрелки. На другой — девочка у окна. На третьей — башня, а рядом четыре маленьких квадрата.
— Я читаю, — сказал Самир. — Иногда слово долго. Если место хорошее, рисую, где оно. Потом беру книгу ещё раз и нахожу быстро.
— Но зачем оставлять карту внутри?
— Я думал… — он поискал слово. — Следующий тоже найдёт. Как игра.
Нина посмотрела на сову с бровями.
— А рыба в короне?
Самир оживился.
— Там не страница семнадцать. Я ошибся. Семьдесят один.
Они достали книгу про море. На семьдесят первой странице капитан рассказывал о рыбе, которую моряки называли королевской из-за серебряного гребня.
Карта совпала.
— Значит, единственная настоящая тайна была из-за перевёрнутых цифр, — сказала Нина.
Самир не улыбнулся.
— Я уберу все.
Нина вдруг поняла, что он решил: она поймала его на чём-то плохом.
— Я не сказала, что надо убрать. Но полка общая. Надо спросить.
Они пошли к соседу с пятого этажа, который когда-то прикрутил полку к стене. Его звали Павел Андреевич. Он открыл дверь в фартуке и с мукой на локте.
— Преступление? — спросил он, увидев серьёзное лицо Нины.
— Пока только карты.
Они объяснили.
Павел Андреевич просмотрел несколько листков.
— В книгах не клеите, не пишете, страницы не загибаете?
— Нет, — сказал Самир.
— Тогда вопрос не в сохранности. Вопрос в том, хотят ли остальные находить подсказки.
— Можно отдельный карман, — предложила Нина. — Кто хочет — берёт карту. Кто не хочет — читает без неё.
Павел Андреевич посмотрел на стену рядом с полкой.
— Карман сделать можно. Но тогда карты придётся подписывать названием книги. Иначе через месяц будет археология.
В четверг возле полки появился прозрачный конверт с надписью «Карты читателей». Под ним висел карандаш на шнурке и короткая записка: «Хочешь оставить путь к любимому месту — нарисуй. Не хочешь подсказок — не смотри».
Первой в конверте лежала сова Самиры.
Второй — велосипед.
Нина вернула туда карту с рыбой, исправив цифру 17 на 71. Самир сам зачеркнул старую цифру одной линией и написал рядом правильную.
— А ты сделаешь карту? — спросил он.
— Если найду место, которое стоит искать второй раз.
В тот же вечер она взяла сборник коротких рассказов. Один оказался про девочку, которая каждый день проходила мимо закрытой мастерской и придумывала, что там делают. Нина дочитала до конца, вернулась на страницу 54 и долго смотрела на рисунок тёмного окна.
Потом достала клетчатый листок.
Она нарисовала прямоугольник страницы, маленькое окно в левом углу и лестницу из четырёх ступенек — ровно такую, как на иллюстрации.
Вместо героя поставила вопросительный знак.
Утром карта уже лежала в прозрачном конверте.
После школы Нина увидела возле полки тётю Свету. Та держала её листок и книгу, открывая то страницу 45, то 54.
— Здесь цифры точно не перевёрнуты? — спросила она.
— Точно.
Тётя Света нашла нужный разворот, прочитала несколько строк и уселась прямо на подоконник.
Нина вошла в лифт. Двери почти закрылись, когда она заметила: в прозрачном конверте появился новый листок.
На нём была чашка, три волнистые линии и цифра 19.
Нина нажала кнопку открытия дверей.
— Мам, я на минуту! — крикнула она в сторону квартиры.
Потом вынула карту и стала искать книгу, из которой мог пахнуть нарисованный чай.