На окраине города лежал серый камень. Он был не самый большой и не самый гладкий. Через него проходила светлая полоска, будто кто-то провёл мелом от одного края до другого.
Камень давно привык, что вокруг него всё меняется. Весной в канаве появлялась вода. Летом над травой стрекотали кузнечики. Осенью рабочие привозили доски и мешки с песком — рядом строили читальный павильон для детей.
Однажды к камню подошла девочка в жёлтой куртке и села прямо на него.
— Удобный, — сказала она.
Камень удивился. До этого его называли тяжёлым, лишним и мешающим проезду. Удобным — никогда.
На следующий день приехал погрузчик. Его железный ковш поддел камень снизу и поднял в воздух. Камень впервые увидел весь пустырь сразу: павильон с зелёной крышей, дорожку, деревья и людей, которые казались сверху очень маленькими.
Сначала его положили у входа в павильон.
— Будет декоративный валун, — сказал архитектор.
Камень постарался выглядеть декоративно. Он повернул светлую полоску к солнцу. Но дверь открывалась наружу и задевала его.
— Мешает, — решил мастер.
Камень снова подняли.
Потом его поставили возле клумбы. Но после первого дождя вода потекла вокруг камня и размыла землю.
— Перекрывает сток, — сказала садовница.
Камень опять уехал на ковше.
Третье место было у дорожки. Девочка в жёлтой куртке предложила:
— На нём можно сидеть.
Рабочий проверил высоту.
— Для скамейки низковат. Для бордюра высоковат.
— Не подходит, — решил он.
К вечеру камень лежал за павильоном. Он думал, что двери требуется пространство, цветам — вода, дорожке — ровный край. Камень пока не подходил ни для чего.
Наутро пришла Ася — девочка в жёлтой куртке. С ней был её младший брат, который нёс большую книгу и споткнулся у входа.
Между дорожкой и полом павильона оставалась высокая ступень. Маленьким детям было неудобно.
— Тут нужна ещё одна ступенька, — сказала Ася.
— По плану будет деревянная, но доски задержались, — ответил мастер.
— А камень? — спросила Ася.
Мастер покачал головой.
— У него верх неровный.
— Но середина почти плоская.
Камень снова перевезли ко входу. Мастер насыпал под него песок и долго выравнивал основание. Потом молотком и зубилом осторожно снял острые выступы. Камень чувствовал каждый удар, но не сердился — его не ломали, а помогали стать удобным.
Светлая полоска оказалась ровно посередине новой ступени.
Ася первой поставила на неё ногу. Потом поднялся её брат, прижав книгу к груди. Он не споткнулся.
— Подходит, — сказал мастер.
За день по камню прошли десятки ног. На нём оставались следы песка, мокрые отпечатки подошв и одна меловая звезда.
Камень больше не видел весь пустырь сверху. Он лежал низко и смотрел на обувь и края раскрытых книг. Зато дверь теперь проходила над ним свободно, вода стекала мимо, а дорожка начиналась там, где нужно.
Через неделю привезли доски.
— Заменяем? — спросил рабочий.
Мастер посмотрел, как дети входят в павильон.
— Нет. Доски пригодятся для полок.
Весной Ася снова пришла в жёлтой куртке, хотя рукава уже стали коротки. Она остановилась у входа и сказала:
— Всё ещё удобный.
На этот раз камень не удивился.