— Синяя трасса стала лгать, — сказал тренер Артём Сергеевич.
Алиса уже затягивала липучки на скальных туфлях и потому ответила не сразу.
— Трасса не умеет лгать.
— Значит, кто-то врёт за неё.
На школьном скалодроме было семь маршрутов. Каждый собирался из зацепов одного цвета: красные были силовыми, зелёные — на равновесие, жёлтые — для начинающих. Синие считались самыми хитрыми. Они шли по стене зигзагом, заставляя переносить вес с ноги на ногу и заранее искать следующий зацеп.
Сегодня синий маршрут выглядел почти как вчера. Почти — это слово Алиса не любила. Оно обычно означало, что кто-то переставил одну вещь и теперь всем придётся искать какую.
— Кто заметил первым? — спросила она.
— Глеб. Сорвался на третьем движении. Потом Лена. Потом я полез и понял: последовательность испорчена.
— А разметка?
— На месте.
Внизу к каждому зацепу была приклеена маленькая синяя метка. На первый взгляд всё совпадало. Но на четвёртом метре один треугольный зацеп смотрел острым краем вниз, хотя вчера его остриё было направлено вправо.
— Его повернули, — сказала Алиса.
— Один зацеп не ломает весь маршрут.
— Этот ломает. После него надо выходить на левую ногу, а теперь рука соскальзывает наружу.
Артём Сергеевич снял очки, протёр их краем футболки и посмотрел на стену ещё раз.
— Хорошо. Допустим. Кто мог это сделать?
— Пока никто. Сначала проверим, один ли он такой.
Они принесли планшет с фотографиями трассы после вчерашней тренировки. Алиса увеличивала снимки, а тренер стоял у стены с длинной указкой. Второй подозрительный зацеп нашёлся быстро: круглая «чашка» под потолком была прикручена на две ладони выше. Третий оказался зелёным, но поверх него наклеили синюю метку.
— Уже не случайность, — сказал тренер.
— И не вредительство.
— Почему?
— Вредитель сделал бы хуже. А здесь кто-то пытался собрать новый маршрут, но не закончил.
В кладовой лежали коробки с зацепами, болты, щётки и рулоны цветной ленты. На столе Алиса заметила распечатанную схему. На ней синим карандашом был нарисован новый путь — короче старого, зато с двумя красивыми диагональными переходами.
— Почерк не узнаёшь? — спросила она.
Артём Сергеевич нахмурился.
— Похож на мой.
— Очень удобно.
— Я рисовал эту схему месяц назад. Хотел переставить трассу на каникулах.
— Значит, кто-то нашёл её и решил, что каникулы уже наступили.
В этот момент из-за коробок донёсся чих.
Из кладовой вышел Вадик из восьмого класса. В руках у него была гайка, на щеке — белая полоса магнезии.
— Я могу объяснить.
— Начни с того, почему ты сидишь за коробкой, — предложила Алиса.
— Я не сидел. Я искал ключ на восемь.
— А до этого?
Вадик посмотрел на тренера.
— Я хотел сделать сюрприз к соревнованиям. Увидел схему. Подумал, вы забыли.
— И стал переставлять зацепы без страховки, без допуска и один? — голос Артёма Сергеевича стал тише, чем обычно.
— Я не лазил высоко. Пользовался стремянкой.
— На стремянке тоже можно упасть.
Вадик опустил голову.
— Я только начал. Потом уборщица закрыла зал, и я не успел вернуть всё как было.
— Почему не сказал утром?
— Потому что тогда пришлось бы признаться, что я вообще полез.
Алиса развернула схему.
— Тут ещё одна проблема. По рисунку кажется, что трасса хорошая. Но расстояния между зацепами не указаны. Ты ставил на глаз.
— Я сам достаю.
— Ты выше меня на двадцать сантиметров. А трасса общая.
Вадик хотел возразить, но посмотрел на стену и промолчал.
Тренер вздохнул.
— Сначала возвращаем старый маршрут. Потом, после занятий, собираем новый правильно. Вместе. С рулеткой, страховкой и тестами для людей разного роста.
— Меня выгонят? — спросил Вадик.
— Сегодня ты будешь не лазать, а крутить зацепы под моим присмотром.
— Это хуже.
— Поэтому и запомнится.
Они начали с фотографии. Алиса отмечала каждый зацеп на планшете, Вадик подавал ключи, тренер поднимался на страховочной системе. Оказалось, переставлено пять зацепов, а не три. Один Вадик успел заменить, два повернул, ещё два перенёс. Синюю метку на зелёном зацепе он наклеил временно, но лента держалась так уверенно, будто собиралась пережить саму стену.
Когда старый маршрут восстановили, Алиса полезла первой. Первые движения прошли знакомо: правая рука, левая нога, разворот корпуса. На середине она остановилась.
— Что там? — крикнул тренер.
— Ничего. Проверяю.
Она перенесла вес, нащупала носком маленькую синюю полку и добралась до финишного зацепа.
— Старый работает, — сказала Алиса, спускаясь.
После занятий они занялись новым. На полу разложили бумажную сетку стены. Каждый квадрат соответствовал двадцати сантиметрам. Алиса предложила сохранить один диагональный переход из схемы Вадика, но добавить промежуточный зацеп ниже. Лена проверяла, достаёт ли до него. Глеб смотрел, не получается ли слишком лёгкий обход. Вадик записывал высоту и направление каждого зацепа.
— Вот это называется паспорт трассы, — объяснил Артём Сергеевич. — Если что-то сдвинется, мы восстановим маршрут не по памяти, а по измерениям.
— Можно назвать его инструкцией для тех, кто любит сюрпризы? — спросила Алиса.
— Можно. Но в официальной папке лучше оставить «паспорт».
Новый маршрут собрали к вечеру. Он оказался не таким, как на первом рисунке, зато подходил и высоким, и низким. Вадик прошёл его быстро, Алиса — медленнее, но без срывов. Лена задержалась на диагонали, нашла другой способ поставить ногу и тоже дошла до конца.
На следующий день возле синей трассы появилась карточка:
«Маршрут № 8. Автор идеи — Вадик. Проверяли Алиса, Лена, Глеб и Артём Сергеевич. Самовольное переставление зацепов превращает трассу в загадку, которую никто не просил».
Вадик прочитал последнюю строку и посмотрел на тренера.
— Это официальная формулировка?
— Нет, — сказал Артём Сергеевич. — Это Алиса добралась до принтера раньше меня.
Алиса уже стояла у стены и застёгивала страховочную систему.
— Не жалуйся. Я могла написать длиннее.