В планетарии перед закрытием всегда происходили маленькие чудеса. Смотритель выключал свет в коридоре, уборщица везла ведро мимо Марса, а под куполом ещё несколько минут медленно плыли созвездия.
Максим знал это, потому что его мама работала в кассе, и по четвергам он ждал её после занятий в кружке. Обычно он сидел в фойе с книгой. Но в тот вечер из большого зала донёсся сухой щелчок, потом ещё один.
На куполе застыла яркая точка. Все остальные звёзды погасли.
— Проектор выключен, — сказал техник Павел Сергеевич. — А эта не должна гореть.
В центре зала стоял старый звёздный аппарат: две чёрные сферы на общей оси. В каждой были крошечные отверстия. Лампа внутри посылала через них лучи, и на куполе возникало ночное небо.
— Может, отверстие светится само? — спросил Максим.
— Тогда у нас новый раздел физики.
Павел Сергеевич включил рабочий свет. Точка на куполе исчезла. Когда свет снова погасили, она появилась на прежнем месте.
— Значит, там настоящий источник света, — сказал Максим.
Они поднялись на технический балкон. Под самым куполом шла узкая галерея. Там стояли аварийные светильники, датчики дыма и маленькие прожекторы для лекций.
Один прожектор был выключен, но его заслонка застряла приоткрытой. Через щель пробивался тонкий луч от лампы дежурного освещения за стеной. Луч попадал на зеркало внутри корпуса и отражался в купол.
— Нашли, — сказал Павел Сергеевич и потянулся к заслонке.
Она не двинулась.
В этот момент точка дрогнула и поползла по куполу.
— Она движется, — прошептал Максим.
— Значит, движется зеркало.
Из корпуса прожектора послышалось шуршание. Павел Сергеевич снял крышку. Внутри лежал клочок серебристой плёнки, а рядом за шестерёнкой застряла тонкая бумажная звезда.
Максим узнал её. Днём в фойе проходил мастер-класс, и дети запускали бумажные созвездия под потолок вентилятором. Одна звезда, видимо, улетела в вентиляционную решётку и добралась до прожектора.
— Она блокирует привод, — сказал Павел Сергеевич. — Но плёнка откуда?
Максим посветил фонариком. Плёнка была частью старой отражающей прокладки. Клей высох, кусок оторвался и лёг на зеркало. Бумажная звезда попала между зубцами, а мотор продолжал пытаться повернуть заслонку. Поэтому раздавались щелчки.
— Если просто вытащить звезду, плёнка опять съедет, — сказал Максим.
— Верно. И луч вернётся.
Они отключили питание на щитке, проверили индикатор и только потом разобрали корпус. Павел Сергеевич заменил прокладку, очистил зеркало и вытащил бумажную звезду пинцетом. На одном луче у неё остался след зубчатого колеса.
После сборки прожектор послушно закрыл заслонку. В темноте купол стал совершенно чёрным.
— Теперь проверим аппарат, — сказал техник.
Звёздный проектор загудел. На куполе вспыхнули тысячи точек. Павел Сергеевич повернул небо к северу, и над креслами появилась Полярная звезда.
Но рядом с ней горела ещё одна, чуть слабее.
Максим сразу заметил лишнюю точку.
— Она снова здесь.
Павел Сергеевич остановил проектор. Лишняя звезда осталась на месте, а всё настоящее небо повернулось.
— Второй источник, — сказал он.
Они вернулись на галерею. Все прожекторы были закрыты. Аварийные лампы прикрыты кожухами. Максим медленно прошёл по кругу и заметил, что одна точка на металлическом поручне блестит ярче остальных.
В поручне торчал прозрачный винт от информационной таблички. Его головка работала как маленькая линза: собирала свет из коридора и направляла узкий луч вверх.
— Табличку вчера переставляли, — вспомнил Павел Сергеевич. — Поставили другой винт.
Он закрыл винт пальцем. Лишняя звезда исчезла.
— Две причины в один вечер, — сказал Максим.
— Поэтому полезно проверять гипотезу после ремонта, а не поздравлять себя заранее.
Они заменили прозрачный винт матовым. Потом трижды включили и выключили всё освещение, повернули звёздный аппарат, открыли и закрыли заслонки. Ни одна лишняя точка не появилась.
Наутро в планетарий пришёл первый класс. Максим сидел в последнем ряду. Лектор показал Большую Медведицу, Кассиопею и Полярную звезду. Всё небо двигалось так, как должно.
После сеанса Павел Сергеевич вернул Максиму бумажную звезду. Она была помята и пахла машинным маслом.
— Экспонат? — спросил Максим.
— Свидетель.
Максим приклеил её в свой блокнот рядом с записью: «Сначала отделить движущуюся картинку от неподвижного света». Ниже он добавил: «И всегда искать вторую причину, если первая слишком удобно объясняет всё».
Вечером купол снова погас. На нём не осталось ни одной случайной звезды. Только через открытую дверь из коридора на секунду легла прямоугольная полоска света — и тут же исчезла, когда смотритель закрыл зал.