На табло у шестой дорожки снова загорелась цифра 9.
Надя вынырнула, ухватилась за бортик и сразу посмотрела на тренера. Она точно знала: кругов было восемь. Не семь, не девять — восемь. По два быстрых, два спокойных, потом ещё четыре с доской. Она считала сама, и тренер Сергей Петрович тоже отмечал круги карандашом на мокром листке.
— Опять девять, — сказал он и нахмурился.
— Может, я плаваю быстрее, чем думаю?
— Тогда табло должно показывать меньше времени, а не больше кругов.
Соседняя дорожка писала всё правильно. Там мальчик из старшей группы коснулся бортика, и цифра сменилась с 5 на 6. На шестой же дорожке электронное табло уже третий день иногда прибавляло лишний круг.
После тренировки Надя задержалась. Обычно она торопилась к фенам, пока возле розеток не собралась очередь, но сегодня ей хотелось понять, что происходит.
У бортика лежала широкая жёлтая пластина. Именно её пловцы касались рукой на финише.
— Это кнопка? — спросила Надя.
— Почти, — ответил Сергей Петрович. — Сенсорная панель. Когда на неё достаточно сильно нажимают, система засчитывает касание.
Он нажал ладонью. На маленьком служебном экране мигнула точка.
— А если волна ударит?
— Обычная волна слишком слабая. Иначе соревнования превращались бы в арифметический кошмар.
Надя присела на корточки. Нижний край панели был под водой. Из-за него к стенке бассейна тянулся чёрный кабель.
— Кабель может считать?
— Сам — нет. Он только передаёт сигнал.
К ним подошла Ольга Николаевна, техник бассейна. На плече у неё висела сумка с отвёртками и каким-то серым прибором.
— Опять шестая? — спросила она.
Сергей Петрович кивнул.
— Иногда двойное касание. Но только здесь.
— Тогда не трогайте минут пять.
Ольга Николаевна выключила дорожку на служебном щитке, вытащила панель из креплений и поставила её ребром на резиновый коврик. С обратной стороны Надя увидела не гладкий пластик, а целую решётку металлических полосок.
— Они прогибаются? — догадалась она.
— Чуть-чуть. Когда нажимаешь на лицевую сторону, контакты внутри замыкаются.
Ольга Николаевна подключила серый прибор к двум проводам.
— Это мультиметр. Сейчас он покажет, замкнулась цепь или нет.
Она нажала на панель один раз. Прибор коротко пискнул.
— Один писк, — сказала Надя.
— Так и должно быть.
Ольга Николаевна нажала ещё несколько раз. Каждый раз прибор пищал один раз.
— Значит, панель исправна?
— Пока выглядит исправной.
— А табло врёт.
— Табло лишь показывает то, что получает. Врать может любой участок между твоей рукой и цифрой.
Это Наде понравилось. Получалось, что у ошибки есть маршрут.
Они поставили панель обратно и снова включили дорожку. Надя осталась в купальнике и шапочке.
— Поплыву несколько раз?
— Только спокойно, — сказал тренер. — Тренировка закончилась.
Первое касание — один сигнал. Второе — тоже один. Третье — один.
— Испугалась, — сказала Надя про дорожку.
На четвёртом подходе она коснулась стены левой рукой, развернулась и оттолкнулась. На служебном экране мигнули две точки почти подряд.
— Есть! — сказала Ольга Николаевна.
Табло прибавило два круга.
Надя высунулась из воды.
— Я нажала один раз.
— Видела.
Техник попросила повторить касание. Надя снова подплыла к стенке. Один сигнал.
Ещё раз — один.
— Почему ошибка не повторяется, когда мы её ждём? — возмутилась Надя.
— Потому что ошибки любят условия, а не зрителей, — сказал Сергей Петрович.
Ольга Николаевна посмотрела на воду возле панели.
— В прошлый раз ты как отталкивалась?
— Сразу после касания.
— Покажи медленно.
Надя подплыла, прижала ладонь к панели и подвела колени к стенке. Когда ступни встали на бортик рядом с панелью, вода сильно качнула её нижний край.
На экране снова появились две точки.
Все трое замолчали.
— Но ногой я панель не тронула, — сказала Надя.
— Именно, — ответила Ольга Николаевна.
Она снова выключила дорожку и провела пальцем по нижнему креплению.
Один винт держался плотно. Второй тоже. А третья пластиковая защёлка едва заметно ходила вперёд и назад.
— Вот ты где.
Защёлку сняли. Внутри оказался тонкий кусочек прозрачного пластика, треснувший у самого края.
— Из-за этого? — спросила Надя.
— Возможно. Панель закреплена чуть слабее, чем должна. Когда после касания ты резко отталкиваешься, вода толкает нижний угол. Он прогибается второй раз и на мгновение снова замыкает контакт.
Сергей Петрович посмотрел на Надю.
— Поэтому у медленных касаний ошибки почти нет. А у тебя разворот быстрый.
— Значит, дорожка считает мой отъезд за ещё один приезд.
— Очень приблизительно, но да.
Ольга Николаевна достала новую защёлку. Она была размером с половину мизинца и выглядела слишком незначительной для ошибки на большом табло.
Надя следила, как техник ставит её на место.
— А почему система сама не понимает, что два касания слишком близко?
— Хороший вопрос. На соревнованиях такие системы обычно умеют отбрасывать слишком быстрые повторные сигналы. Но у нас тренировочный режим старый, и защита настроена неудачно.
— Можно её исправить?
— Можно. Только сначала я хочу проверить, что причина действительно в креплении.
Они включили дорожку снова.
Надя сделала шесть разворотов подряд. Она специально касалась стены по-разному: ладонью, кончиками пальцев, чуть сильнее, чуть слабее. Потом один раз оттолкнулась особенно резко.
Шесть касаний. Шесть сигналов.
— Ещё, — сказала Ольга Николаевна.
Надя поплыла седьмой раз. Один сигнал.
Восьмой. Один.
Девятый.
Табло показало 9.
— Теперь девять честные, — сказала Надя.
На следующий день Ольга Николаевна принесла распечатку из системы. В ней были записаны времена всех вчерашних сигналов.
У ошибочного касания две отметки отличались всего на восемь сотых секунды.
— Человек так два раза нажать не успеет, — сказала она. — Поэтому я ещё добавила фильтр: повторный сигнал почти сразу после первого теперь игнорируется.
— То есть мы починили и защёлку, и правило?
— Да. Хорошая техника обычно так и ремонтируется: сначала устраняешь причину, потом думаешь, почему система позволила этой причине стать большой ошибкой.
Сергей Петрович положил перед Надей доску.
— Восемь кругов. И сегодня я ничего не записываю карандашом.
— Совсем доверяете шестой дорожке?
— Нет. Тебе доверяю считать параллельно.
Надя оттолкнулась от бортика.
После восьмого круга она коснулась жёлтой панели, подняла голову и увидела на табло 8.
— Совпало! — крикнула она.
С соседней дорожки кто-то сказал:
— Вообще-то это нормальная работа табло.
— Теперь — да, — ответила Надя и поплыла к лестнице.