В нашем доме был обычный лифт. Серый, медленный и с зеркалом, которое делало всех немного шире, чем они есть. По крайней мере, так он вёл себя до того вторника.
Во вторник лифт начал раздавать потерянные вещи.
Первой это заметила Нина. Она возвращалась из магазина, нажала кнопку шестого этажа, двери закрылись, кабина дёрнулась вверх и вдруг остановилась на третьем.
— Я не нажимала, — сказала Нина.
Двери открылись.
На коврике перед квартирой 34 лежала красная варежка.
Лифт постоял, будто ждал, потом закрыл двери.
На шестом Нина рассказала брату Павлу.
— Красная варежка? — переспросил он. — Одна?
— Одна.
— Тогда всё понятно. Лифт нашёл вторую и повёз хозяину.
— Ты даже не видел лифт.
— Я его видел девять лет.
— И он девять лет раздавал варежки?
— Возможно, раньше я не обращал внимания.
Они поспорили две минуты и решили проверить.
Спустились на первый этаж. Вызвали лифт.
Кабина приехала пустая.
— Видишь? — сказала Нина.
— Он уже закончил с варежкой.
Они вошли и нажали восьмой этаж, где жила бабушка.
Лифт доехал до пятого и остановился.
Двери открылись.
На полу кабины, у самого порога, лежала маленькая отвёртка с жёлтой ручкой.
— Её секунду назад не было, — сказала Нина.
— Вот теперь интересно.
На пятом этаже никого не было. На двери квартиры 52 висела записка: «Звонок не работает, стучите».
Павел поднял отвёртку.
— Не трогай чужое, — сказала Нина.
— Я не уношу. Я рассматриваю.
На ручке чёрным маркером было написано «Г.К.».
Из квартиры 51 вышел дядя Гриша, сосед, который ремонтировал велосипеды всем детям во дворе.
— О, моя! — сказал он. — Где нашли?
— Лифт принёс.
— Ага. И чек выписал?
— Серьёзно. Она появилась в кабине.
Дядя Гриша повертел отвёртку.
— Я её месяц искал. Думал, в мастерской оставил.
— А где вы были месяц назад? — спросил Нина.
— Везде. На первом этаже щиток смотрел, на седьмом дверь соседке подкручивал, у себя велосипед собирал.
— В лифте?
— Я в лифте ничего не чинил.
Пока они говорили, двери лифта закрылись. Кабина уехала вниз без пассажиров.
— Он сбежал, — сказал Павел.
— За следующей вещью.
Они спустились по лестнице.
На втором этаже встретили Ирину Сергеевну из квартиры 23. Она держала в руках детский голубой совок.
— Вы не знаете, чей? — спросила она. — Лифт открылся, а он там лежит.
Нина и Павел переглянулись.
— Знаем только, кто принёс.
Совок оказался Машин, из квартиры 76. Маша потеряла его ещё весной, когда во дворе меняли песок в песочнице.
Потом лифт доставил шахматную ладью на девятый этаж, но она принадлежала мальчику со второго. Через десять минут в кабине обнаружился старый ключ с зелёной биркой «Подвал». Ключ взял председатель дома и сразу сказал, что это запасной, пропавший ещё зимой.
— Лифт перепутал адреса, — заметил Павел.
— Или он не знает адресов, — ответила Нина.
— Тогда зачем останавливается на этажах?
— Может, собирает людей.
Павел посмотрел на сестру.
— Это уже звучит как сказка.
— А лифт, который выдаёт прошлогодние совки, звучит нормально?
Они решили не гадать, а записывать. Нина взяла блокнот. Павел — телефон с часами.
За следующий час получилось так:
17:42 — красная варежка, третий этаж. 17:58 — отвёртка, пятый этаж. 18:07 — совок, второй этаж. 18:19 — шахматная ладья, девятый этаж. 18:31 — ключ от подвала, первый этаж.
— Этажи случайные, — сказал Павел.
— Время тоже.
— А вещи все маленькие.
— И старые. Никто сегодня их не терял.
Нина присела на подоконник между этажами.
— Где они могли лежать всё это время?
Павел посмотрел на шахту лифта. Двери были закрыты, но из-за них слышалось тихое гудение.
— В шахте?
— Тогда они падали бы вниз.
— Или застряли где-то.
В этот момент на лестницу вышла тётя Света, уборщица. В руках у неё были швабра и связка ключей.
— Вы чего караулите?
— Лифт раздаёт вещи.
— А-а.
Она сказала это так спокойно, что Нина даже встала.
— Вы знаете?
— Сегодня утром мастера снимали внутреннюю панель в кабине. Там щель была возле пола. Я видела, как они целый пакет мусора достали.
— Какую панель?
— Нижнюю, под зеркалом.
Павел первым нажал кнопку вызова.
Лифт приехал через минуту.
Они вошли и опустились на корточки.
Под зеркалом шла узкая металлическая планка. Справа она прилегала плотно. Слева между планкой и стенкой оставалась щель толщиной с палец.
— Сюда мог провалиться совок? — спросил Павел.
— Детский — мог. Ладья точно могла.
— Отвёртка тоже.
Нина светила телефоном внутрь, не просовывая руку.
За щелью было темно. Где-то ниже блеснул кусочек металла.
— Там ещё что-то есть.
— Не лезем, — сказал Павел. — Позовём взрослого.
Они нашли диспетчера через кнопку связи в кабине. Через двадцать минут пришёл мастер Алексей.
Он выслушал рассказ о лифте потерянных вещей и не засмеялся.
— Понятно, — сказал он. — После утреннего ремонта крепление декоративной панели, похоже, осталось неплотным. А за ней есть небольшой карман между облицовкой и стенкой кабины. Вещи могли накапливаться годами.
— Но почему они сегодня начали выпадать? — спросила Нина.
— Панель двигается, когда кабина тормозит. Если щель стала больше, предметы постепенно сползают к краю.
— Значит, лифт не выбирал этажи?
— Боюсь разрушить легенду, но нет. На каком этаже предмет докатился до щели, там и выпал.
Павел вздохнул.
— А я уже думал, у него система доставки.
— Система есть, — сказал Алексей. — Просто очень плохая.
Лифт временно отключили. Алексей снял нижнюю планку специальным инструментом.
Из-за неё достали ещё девять предметов.
Там были две заколки, металлическая машинка без одного колеса, брелок в форме ракеты, карандаш, жетон от старого гардероба, ложка для обуви, резиновый динозавр и круглая крышка от чего-то неизвестного.
— Вот это чьё? — спросил Павел, показывая крышку.
— Самая опасная категория, — сказал Алексей. — Вещь, про которую никто не знает, от чего она.
На первом этаже быстро появился стол потерянных вещей. Председатель дома принёс лист ватмана. Нина написала: «НАЙДЕНО В ЛИФТЕ. НЕ ВЧЕРА. ВОЗМОЖНО, ОЧЕНЬ ДАВНО».
Люди подходили, смотрели и начинали вспоминать.
Заколки оказались сестёр из квартиры 41. Брелок-ракета узнал мужчина с восьмого этажа: он потерял его, когда ещё учился в институте. Резинового динозавра забрала Маша, та самая, которой принадлежал совок.
— Это тоже мой, — сказала она.
— Ты уверена? — спросила её мама.
— У него хвост погрызен.
Все посмотрели на хвост.
— Убедительно, — сказал Павел.
Красную варежку нашли последней. Она принадлежала маленькому Севе с четвёртого этажа. Точнее, когда варежка потерялась, Сева был маленьким. Теперь ему было десять, и рука в неё не помещалась.
— Я её помню, — сказал он. — Мы вторую выбросили.
— Зря, — заметил Павел. — Лифт первую хранил.
К девяти вечера почти всё разобрали. На столе остались жетон, карандаш и загадочная крышка.
Алексей закончил крепить панель и включил лифт.
— Проверяйте.
Нина, Павел и председатель дома поднялись на девятый этаж и спустились обратно.
Ничего не выпало.
— Скучно, — сказал Павел.
— Зато правильно, — ответила Нина.
На следующий день на доске объявлений появилась новая записка. Её написал председатель:
«Просьба не бросать мелкие вещи в щели кабины. Лифт не является камерой хранения».
Кто-то снизу приписал ручкой:
«И службой доставки тоже».
Павел утверждал, что это не он.
Нина ему не поверила.