Когда Артур пришёл в кукольный театр, над сценой уже качался бумажный дирижабль.
Он должен был проплыть над декорациями в самом конце спектакля, когда герои находили город на облаках. Но дирижабль шёл боком, задевал башню и всякий раз разворачивался хвостом к зрителям.
— Ветер у нас упрямый, — сказал художник Сергей Павлович и выключил вентилятор.
— Тут нет ветра, — ответил Артур. — Он и без вентилятора криво висит.
Артур пришёл помогать тёте Лене, которая работала в театре реквизитором. До начала вечернего спектакля оставалось три часа. На сцене стояли фанерные дома, мост и высокая башня. Над ними тянулись тонкие чёрные нити. Из зала они почти не были видны.
Дирижабль держался на двух нитях. Передняя шла к левому блоку под потолком, задняя — к правому. Блоки были похожи на маленькие колёса с канавкой. Нить ложилась в канавку и меняла направление, поэтому человек за кулисой мог тянуть вниз, а предмет наверху двигался в сторону.
— Вчера всё работало, — сказала тётя Лена. — Сегодня заменили одну нить. Старая распушилась.
Артур встал точно по центру зала и прищурился.
— Передняя нить натянута сильнее.
— На глаз определил? — спросил Сергей Павлович.
— По носу. Нос поднят, хвост опущен.
Они ослабили переднюю нить. Дирижабль выровнялся, но при движении снова повернулся боком.
— Значит, дело не только в натяжении, — сказал Артур.
Он попросил медленно провести дирижабль от одной кулисы к другой. Тётя Лена потянула шнур. Бумажный корпус поплыл над домами, дошёл до середины и внезапно дёрнулся. Башня качнулась.
— Стоп!
Артур поднялся на сцену. На полу ничего не лежало. Башня стояла ровно. Он посмотрел вверх и заметил, что задняя нить проходит совсем близко к верхушке декорации.
— Она цепляется?
Сергей Павлович принёс длинную лестницу, но сам полез наверх. Артуру разрешили стоять внизу и светить фонариком.
— Не цепляется, — сказал художник. — Между нитью и башней два пальца.
— Тогда почему башня качается именно в этот момент?
Они повторили движение. На этот раз Артур смотрел не на дирижабль, а на все нити сразу. В середине сцены одна из них чуть провисла, коснулась другой и потянула её за собой.
— Там пересечение!
Сергей Павлович спустился и нашёл схему подвесов. На схеме каждая нить была обозначена цветным карандашом. Нить дирижабля должна была пройти за нитью башенного флага. После замены её протянули спереди.
— Перевесим, — решил он.
Но перевесить нить быстро не получилось. Чтобы добраться до дальнего блока, пришлось бы снять часть верхней галереи, а там уже стояли прожекторы. До спектакля оставалось два часа двадцать минут.
— Можно убрать флаг, — предложила тётя Лена.
— Флаг нужен в первой сцене, — возразил художник.
— Можно не запускать дирижабль.
— Он нужен в финале.
Артур снова посмотрел на схему. Нити пересекались только на коротком участке. Если одну поднять на несколько сантиметров, они перестанут касаться.
— А можно изменить высоту блока?
— Блок закреплён намертво.
— Тогда изменить высоту самой нити до блока.
Сергей Павлович задумался.
— Промежуточное кольцо?
Он достал небольшое металлическое колечко на короткой стропе. Стропа — это прочная петля, которой подвешивают предметы. Кольцо можно было закрепить на балке ниже основного блока и провести через него нить флага. Тогда она ушла бы чуть вниз, а нить дирижабля прошла сверху.
Работа заняла сорок минут. Сергей Павлович крепил кольцо, тётя Лена подавала инструмент, а Артур стоял у схемы и следил, чтобы они не перепутали остальные линии.
Когда всё было готово, дирижабль двинулся ровно. Он прошёл над башней, не задел флаг и остановился точно над мостом.
— Победа, — сказала тётя Лена.
Но Артур не ответил. На обратном пути дирижабль слегка клюнул носом.
— Теперь что? — спросил Сергей Павлович.
— Нить растягивается.
Новая нить была тоньше старой. Под весом корпуса она немного удлинялась. В начале пути это почти не замечалось, но когда большая часть нити оказывалась под нагрузкой, хвост опускался.
— Другой нити нет, — сказала тётя Лена. — Такую привезут только завтра.
Артур потрогал бумажный корпус. В носовой части лежала маленькая металлическая шайба — противовес. Она удерживала дирижабль горизонтально.
— Если нить сзади удлиняется, значит, хвост становится тяжелее относительно носа. Можно передвинуть шайбу дальше вперёд.
Они отклеили нижний лючок и сдвинули шайбу на два сантиметра. Дирижабль снова запустили. Теперь он шёл ровно почти до конца, но у правой кулисы поднял нос.
— Слишком далеко, — сказал Артур.
Шайбу вернули на полсантиметра назад. Следующий проход оказался точным.
До спектакля оставался час. Актёры вышли на сцену для короткого прогона финала. Один кукловод вёл мальчика-путешественника, другой — механическую птицу. Дирижабль появился над городом, прошёл между башней и облаком и замер у моста.
И тут механическая птица взлетела выше, чем на репетиции, и её крыло ударило по задней нити.
Дирижабль качнулся.
— Стоп, — сказал режиссёр из зала. — Почему птица лезет в воздушный путь?
Кукловод показал свой шнур.
— У меня метка стёрлась. Я не вижу, где остановиться.
На шнурах были белые полоски. Когда полоска доходила до края деревянной планки, кукловод понимал, что кукла поднята на нужную высоту. На шнуре птицы старая меловая отметка почти исчезла.
Артур предложил поднять птицу правильно и поставить новую метку не мелом, а узкой полоской светлой ткани. Ткань не осыпалась и легко ощущалась пальцами даже в темноте.
— Только узел не делайте, — предупредил он. — Он может застрять в отверстии.
Полоску приклеили вокруг шнура. Кукловод несколько раз поднял птицу с закрытыми глазами и каждый раз остановил её ниже нити дирижабля.
Спектакль начался вовремя.
Артур смотрел из-за боковой кулисы. Теперь он видел не только актёров и кукол. Он замечал, как за декорациями движутся руки, как исчезают в темноте шнуры, как один свет гаснет за секунду до включения другого.
В финале механическая птица поднялась над мостом и остановилась. Затем из-за облака показался дирижабль. Он прошёл носом вперёд, не качнулся и замер точно там, где должен был.
После поклона Сергей Павлович протянул Артуру свёрнутую копию схемы.
— Забирай. Завтра нанесём на неё кольцо и новую высоту птицы. А то через месяц кто-нибудь снова решит, что у нас упрямый ветер.
Артур развернул лист. Рядом с линией дирижабля художник уже написал карандашом: «Проверено в движении».