В мебельном магазине ковры лежали смирно. Большие — в зале, маленькие — на стендах, круглые — под столиками.
В мебельном магазине ковры лежали смирно. Большие — в зале, маленькие — на стендах, круглые — под столиками.
Только ковёр по имени Шуршун лежать смирно не умел.
Стоило продавцу отвернуться — он загибал угол. Стоила уборщице пройти мимо — он сдвигался. А однажды ночью переполз из отдела ковров в отдел ламп и утром встретил покупателей под торшером.
— Так нельзя, — сказала заведующая. — Ковёр должен находиться там, где его положили.
Шуршун не успел ответить. Люди редко слышат мебель до закрытия.
Его свернули, перевязали лентой и прикрепили ценник: «Уценка. Неровный край».
Через два дня Шуршуна купила семья из дома номер семь: мама, папа, мальчик Егор, девочка Варя и собака Кнопка. Кнопка обнюхала ковёр и чихнула.
— В гостиную, — решила мама.
Шуршуна расстелили между диваном и книжным шкафом. По нему ходили, на нём собирали конструктор, уронили крошку печенья и дважды искали синий кубик.
Ночью Шуршун отправился осматривать квартиру. Сначала добрался до кухни — там пахло луком. Потом заглянул в детскую, где на полу лежали детали конструктора. К утру вернулся в гостиную, но лёг другой стороной.
— Странно, — сказала мама. — Я уверена, бахрома была у окна.
— Кнопка перевернула, — сказал Егор.
Кнопка посмотрела на него с оскорблённым достоинством.
На следующую ночь Шуршун решил проверить балкон. Дверь была приоткрыта. Он протиснулся наружу, полежал под луной, а потом не смог вернуться — ветер захлопнул дверь.
Утром Варя увидела его через стекло.
— Ковёр сбежал!
— Его вынесло ветром, — сказал папа.
— Ветер должен был сначала открыть дверь, вынести ковёр и закрыть обратно, — заметила Варя.
— Старательный ветер.
Шуршуна вернули и прижали креслом. Ночью он осторожно вытащил край, потом другой. Кресло качнулось, а ковёр уполз в коридор.
Там он услышал тихий плач. Плакала Кнопка. Ей запретили лежать на диване, а подстилка после стирки стала жёсткой.
— Можешь лечь на меня, — предложил Шуршун.
Кнопка обошла его кругом, потопталась и улеглась. Ей понравилось: ковёр был тёплый и не скользил.
Утром семья нашла их у двери спальни.
— Теперь собака таскает ковёр, — сказал Егор.
— Кнопка меньше ковра, — возразила Варя.
— Зато у неё зубы.
Кнопка зевнула, показав зубы, но ковёр не отпустила.
Папа положил Шуршуна ровно по линиям паркета и приклеил скотч к углам.
— Если сдвинется, увидим.
Ночью Шуршун долго лежал на месте. Не хотел рвать бумажки. Но около двух часов в детской что-то грохнуло. Варя во сне сбросила коробку с карандашами. Кнопка пошла проверять, наступила на круглый карандаш и села с удивлённым видом.
Шуршун дёрнул угол. Скотч отлепился. Через минуту ковёр был в детской — накрыл карандаши, чтобы Кнопка не скользила, и подполз к кровати.
Варя спустила ноги и наступила на мягкую шерсть.
— Спасибо, — сказала она, не просыпаясь.
Утром папа осмотрел оторванный скотч.
— Значит, кто-то двигает ковёр.
— Он сам, — сказала Варя.
— Ковры не ходят.
Шуршун в этот момент слегка загнул угол. Варя заметила.
— Давайте поставим камеру.
Папа установил старый телефон на полке. Шуршун весь вечер думал: если останется на месте, Кнопке придётся лежать на жёсткой подстилке. Если поползёт — люди увидят.
Ночью он выбрал третье. Медленно добрался до телефона и накрыл объектив бахромой.
— Преступник подготовлен, — сказал утром папа.
— И пушист, — добавил Егор.
Мама решила вернуть ковёр в магазин.
В магазине заведующая развернула ковёр и осмотрела край.
— Я предупреждала: неровный.
— Дело не в крае, — сказала Варя. — Он выбирает место.
Заведующая устало вздохнула. В этот момент из зала донёсся звон. С витрины съехала лампа. Шуршун рванулся, подставил край — лампа упала на него, не разбившись.
Люди замолчали.
— Случайность, — сказала заведующая.
С полки покатился тяжёлый каталог. Шуршун загнулся вторым краем и направил его в пустую коробку.
— Две случайности, — сказал папа.
Кнопка подбежала и легла посередине ковра.
Заведующая сняла очки.
— У нас есть отдел детской мебели. Там всё время падают кубики и подушки. Возможно, ковёр пригодился бы там.
— Он уже наш, — сказала Варя.
Домой Шуршун вернулся без ценника. Днём он лежал там, где было удобно семье. Ночью выбирал место сам: возле кровати Кнопки, у балконной двери, если дуло, или в детской, когда на полу оставались детали конструктора.
Через неделю папа прикрепил к стене табличку:
«КОВЁР НА ИСПЫТАТЕЛЬНОМ СРОКЕ».
Ниже Егор дописал:
«ИСПЫТЫВАЕТ КВАРТИРУ».
Шуршун прочитал и остался доволен.
Табличка висела ровно до утра. Потом перебралась вместе с ним в прихожую.