— Он зелёный.
— Пока да.
— Нам нужен синий.
— Именно.
— Тогда почему он зелёный?
Мастер Арсен улыбнулся и поднял из большого бака мокрую ткань. Полоса была желтовато-зелёной, как кожура неспелой груши. Егор посмотрел на часы. До открытия городского праздника ремёсел оставалось меньше двух часов, а им предстояло окрасить четыре длинных флага для сцены.
— Вы точно ничего не перепутали? — спросил Егор.
— Подержи край и не давай ему касаться пола.
Егор взял ткань в перчатках. Пока они расправляли её между двумя стойками, зелёный цвет начал меняться. Сначала по складкам проступил сероватый оттенок. Потом ткань посинела по краям, а через минуту стала ровно синей.
Егор уставился на неё.
— Так нечестно.
— Почему?
— Цвет должен быть в баке.
— В этом случае половина работы происходит после бака.
В мастерской показывали старый способ окрашивания индиго. Синий пигмент плохо растворяется в воде, поэтому в баке его переводили в другую, растворимую форму. Она пропитывала волокна, а на воздухе снова превращалась в синюю.
Арсен не читал лекцию. Он просто сунул в раствор белую хлопковую ленточку, отжал её и дал Егору.
— Смотри.
Егор поднял ленту. Она была желтоватой. Через несколько секунд стала зеленоватой, потом синей.
— Воздух её красит?
— Кислород в воздухе помогает вернуть красителю прежнюю форму.
— То есть если я спрячу её в пакет...
— Попробуй.
Егор положил свежую мокрую ленточку в прозрачный пакет и выдавил из него воздух. Цвет менялся намного медленнее.
— Отлично, — сказал он. — Теперь понятно. А флаги мы успеем?
Арсен посмотрел на четыре белых полотнища.
— Если не начнём торопиться.
Звучало нелогично.
Первый флаг они погрузили целиком. Егор хотел сразу вытянуть его обратно, но Арсен велел медленно провести ткань в растворе, чтобы не осталось сухих складок. Потом они подняли её, дали стечь жидкости и расправили на стойке.
— Теперь ждём?
— Теперь да.
— А это не торопиться?
— Это как раз делать быстро. Если начать дёргать ткань, мы получим пятна и будем всё переделывать.
Второй флаг пошёл лучше. На третьем Егор заметил светлую полосу.
— Здесь не прокрасилось!
Арсен подошёл.
— Что будешь делать?
— Снова в бак.
— Весь?
Егор присмотрелся. Светлая полоса шла там, где ткань была сложена слишком туго.
— Можно только этот участок?
— Можно. Но граница может получиться заметной.
Они снова опустили флаг целиком, на этот раз расправляя складки под поверхностью деревянными лопатками. После второго выхода ткань выглядела темнее остальных.
— Теперь слишком синий.
— Пока мокрый и после второго слоя. Высохнет — сравним.
За дверью уже собирались посетители. Организатор праздника заглянула в мастерскую.
— Флаги будут через сорок минут?
Егор посмотрел на стойки. Два полотнища были синими. Третье темнело. Четвёртое ещё лежало белым.
— Будут, — сказал Арсен.
Когда дверь закрылась, Егор прошептал:
— Вы уверены?
— Нет.
— Отличный план.
— Поэтому у нас есть запасной: если четвёртый не успеет высохнуть, повесим три.
Егору такой вариант не нравился. На эскизе сцены четыре флага стояли парами.
Он сам подготовил последнее полотнище: проверил, чтобы оно нигде не слиплось, медленно опустил в бак и следил, чтобы раствор прошёл через всю ткань. Когда они подняли флаг, тот оказался почти жёлтым.
— Вот этот вообще решил издеваться.
— Не мешай ему работать.
Егор расправил полотно у открытого окна. С улицы тянуло тёплым воздухом. На ткани одна за другой появлялись синие области.
Вдруг он заметил, что нижний угол остаётся зеленоватым.
— Арсен!
Мастер подошёл, потрогал ткань.
— Он сложен вдвое на зажиме.
Егор переставил зажим так, чтобы угол висел свободно. Через минуту зелёное пятно исчезло.
— Ему воздуха не хватало.
— Именно.
Три первых флага высохли достаточно, чтобы их можно было перенести на сцену. Четвёртый оставался влажным.
Организатор пришла снова.
— Берём три?
Егор посмотрел на последний флаг, потом на большой вентилятор в углу.
— А вентилятором можно?
Арсен кивнул.
— Можно, только не вплотную. Иначе край высохнет раньше середины и ткань перекосит.
Они поставили вентилятор подальше. Полотно колыхалось целиком. Через пятнадцать минут его можно было нести.
На сцене флаги повесили над длинным столом мастеров. Третий, тот самый с дополнительным погружением, оказался чуть темнее.
Егор отошёл на несколько метров.
— Видно.
— Видно, — согласился Арсен.
— Плохо?
— Нет. Просто один флаг темнее.
Егор ожидал, что мастер предложит перекрасить остальные. Вместо этого Арсен поменял два полотнища местами. Тёмный оказался у края сцены, где на него падал яркий солнечный свет. Разница стала почти незаметной.
Во время праздника посетителям давали окрашивать маленькие ленточки. Егор стоял у бака и объяснял правила.
Подошла девочка в красной кепке. Она вытащила свою ленту и нахмурилась.
— Она зелёная. Я хотела синюю.
Егор посмотрел на Арсена. Тот демонстративно занялся коробкой с перчатками.
— Подожди минуту, — сказал Егор.
— А потом?
— Потом можешь возмутиться.
Девочка держала ленту за два конца. Зелёный уходил прямо у неё на глазах.
— Ой.
— Вот теперь можно.
— Уже не хочу.
К вечеру над сценой висели четыре синих флага. Когда их снимали, Егор нашёл на обороте одного маленькое зеленоватое место под тугим узлом.
— Смотрите. Тут воздух не дошёл.
Арсен развязал узел. Пока они складывали остальные флаги, пятнышко тоже стало синим.
Егор показал его мастеру.
— Даже после праздника работает.
— Химии всё равно, когда у вас открытие.
Егор засмеялся и аккуратно сложил ткань. Это был, пожалуй, первый цвет, которому он доверял больше после того, как переставал его контролировать.