В четверг библиотекарь Анна Сергеевна поставила на стойку серую коробку с двенадцатью круглыми кнопками.
— Это не магнитофон, — сказала она, заметив Ильин взгляд. — Это звуковой архив. Нажимаешь кнопку и слышишь одну минуту из жизни города.
На первой кнопке шуршал дождь по остановке. На второй щёлкал старый турникет. На третьей звенели ложки в школьной столовой. Рядом с каждой кнопкой лежала карточка: место, дата, имя того, кто записал звук.
Илья пришёл в библиотеку за книгой про мосты, но застрял у коробки. Особенно его заинтересовала кнопка без карточки. Она была синяя и стояла отдельно.
— А это что?
— Не знаю, — призналась Анна Сергеевна. — Сегодня утром появилась. В журнале её нет.
Илья нажал.
Сначала раздалось ровное гудение, потом короткий скрип, затем три удара: тук, тук, тук. После паузы кто-то тихо сказал: «Не закрывайте вторую створку».
— Похоже на лифт, — решил Илья.
— Или на ворота, — сказала библиотекарь.
В этот момент в читальный зал вошёл мастер Василий Петрович с ящиком инструментов. Он обслуживал вентиляцию и умел по одному шуму определить, где разболтался кожух.
Илья дал ему послушать запись.
— Гудение от электромотора, — сказал мастер. — Скрип металлический. Но три удара слишком ровные. Так стучит реле, когда пытается включиться и не может.
— Значит, где-то что-то сломано?
— Возможно. А слова про створку мне не нравятся.
Они проверили библиотечный лифт. Он работал тихо. Осмотрели автоматические двери у входа. Обе створки разъезжались без скрипа. Заглянули к грузовым воротам во дворе — там вообще не было электромотора.
Илья вернулся к коробке и заметил то, чего раньше не увидел: под синей кнопкой мигала крошечная лампочка. Она загоралась каждые двадцать секунд.
— Это не запись, — сказал он. — Она принимает звук сейчас.
Анна Сергеевна сняла заднюю крышку. Внутри оказался маленький радиоприёмник с наклейкой «Канал 4».
— Наш архив принимает записи только с городских датчиков, — удивилась она. — Но четвёртый канал мы не используем.
Василий Петрович принёс схему здания. На ней четвёртым каналом был отмечен старый книгохранилищный подъёмник в подвальном коридоре. Им почти не пользовались: книги теперь возили на тележках по пандусу.
Они спустились вниз. За железной дверью гудел мотор, хотя подъёмник стоял на месте. Одна створка была закрыта, вторая застыла на ладонь от косяка. Из-за неё доносился скрип.
— Не трогать, — остановил всех мастер. — Сначала отключим питание.
Он повернул рубильник. Гудение стихло. За створкой обнаружилась не опасная ловушка, а тележка с коробками. Её колесо попало в щель, и тележка давила на дверь. Датчик считал, что проход свободен, пытался закрыть створку, получал сопротивление и снова включал реле: тук, тук, тук.
А голос принадлежал Николаю Ивановичу, ночному сторожу. Он утром увидел застрявшую тележку, сказал в переговорное устройство: «Не закрывайте вторую створку», но решил, что сообщение ушло мастеру. На самом деле старый передатчик выбрал свободный канал и попал в звуковой архив.
— Получается, коробка попросила о помощи, — сказал Илья.
— Коробки не просят, — ответил Василий Петрович. — Они честно шумят. Просьбу услышал ты.
Мастер вытащил колесо из щели, поправил направляющую и проверил датчик. Створки закрылись ровно и без скрипа.
Анна Сергеевна хотела удалить синюю кнопку, но Илья предложил сначала сохранить запись.
— Только карточку теперь можно заполнить правильно.
Они написали: «Подвальный подъёмник. Неисправность створки. Записано случайно городским каналом. Распознали Илья Крылов, Анна Сергеевна и Василий Петрович».
На следующий день синяя кнопка лежала уже среди остальных. Посетители слушали дождь, турникет, столовую и странные три удара из подвала.
А рядом появилась новая табличка: «Иногда полезный звук сначала кажется лишним».
Илья прочитал её и попросил убрать.
— Слишком похоже на мораль, — сказал он. — Лучше напишите, как именно работало реле.
Анна Сергеевна засмеялась и заменила табличку на схему подъёмника. Возле неё посетители задерживались дольше.