Лена увидела, что дедушкин рейс исчез с табло, раньше Коли.
— Его нет.
— Где нет?
— Вообще нет.
Коля оторвался от автомата с водой и посмотрел на большое табло прилётов. Двадцать строк, города, номера рейсов, время. Там, где ещё минуту назад стояло «Северск — 18:55 — B12», теперь было «Северск — 19:10 — C12».
— Есть, — сказал он. — Только буква другая.
— Буква другая — это уже не «есть». Мы стоим у B.
Они приехали в аэропорт с мамой встречать дедушку. Мама отошла к стойке информации узнать, почему задерживается багаж у соседнего рейса, и велела им ждать возле колонны с большим синим номером 4.
Лена была старше на два года и считала, что это автоматически делает её начальником ожидания. Коля считал, что начальник ожидания — должность выдуманная и потому подчиняться ей необязательно.
— Мама сказала не уходить, — напомнил он.
— А дедушка выйдет в другом месте.
— Но мы не можем сами бежать в C.
Лена уже открыла рот, чтобы сказать что-нибудь начальственное, но рядом остановилась женщина с маленьким мальчиком и большим зелёным чемоданом. Женщина смотрела то на билет в телефоне, то на указатели и явно не понимала, куда идти.
— Excuse me, — сказала она. — C twelve?
Коля сразу показал на табло.
— C12. Там.
И махнул рукой примерно в сторону потолка.
— Очень полезно, — сказала Лена. — Особенно если она умеет летать.
Женщина улыбнулась, но по-прежнему выглядела растерянной.
Лена подошла к карте терминала. Зона B была слева от центрального холла, зона C — справа. Между ними шёл длинный проход мимо кафе и контроля доступа.
— C, — сказала Лена и показала на карте букву. Потом провела пальцем маршрут. — Here. We are here.
Она ткнула в синий кружок «Вы находитесь здесь».
Мальчик рядом с женщиной понял первым и повторил путь пальцем.
— C!
— Yes, — сказал Коля. — C.
Женщина поблагодарила их и пошла по указателям.
— Вот видишь, — сказала Лена. — Надо было идти сразу.
— Мы всё равно не идём без мамы.
— Я не говорю, что мы идём. Я говорю, что дедушка выйдет там.
В этот момент по громкой связи что-то объявили. Первые слова утонули в гуле зала, но Лена расслышала номер дедушкиного рейса и «выход C12».
Коля поднял палец.
— Подтверждение номер два.
— Первое было табло.
— А карта?
— Карта ничего не подтверждала. Она объясняла дорогу.
— Ты сейчас звучишь как инструкция к микроволновке.
Мама вернулась через минуту.
— Что случилось?
Они заговорили одновременно.
— Рейс перенесли в C12…
— …мы не уходили…
— …женщина не знала дорогу…
— …Лена командовала картой…
— По одному, — сказала мама.
Через полминуты всё стало ясно.
— Хорошо, что не убежали, — сказала она. — Пойдём в C вместе.
Они двинулись через центральный холл. По дороге Коля заметил ещё одну странность: на одном экране у рейса из Северска всё ещё стояло B12.
— Смотрите.
Мама остановилась.
Экран над кафе был маленький и показывал только четыре ближайших рейса. Дедушкин там действительно оставался в B12.
— Какой экран главный? — спросила Лена.
— Не знаю, — сказала мама. — Поэтому проверим у информации.
У стойки сотрудница выслушала номер рейса.
— Актуальный выход C12. Малый экран у кафе обновляется с задержкой, сейчас передадим технической службе.
— То есть табло тоже может ошибаться? — спросил Коля.
— Может показывать старые данные, если связь с ним задержалась. Поэтому важные изменения дублируются на центральном табло, в объявлениях и у сотрудников.
Коля посмотрел на Лену.
— Подтверждение номер три.
— Теперь да.
В зоне C было теснее. Несколько рейсов прилетели почти одновременно, и люди стояли у стеклянных дверей в два ряда.
На табло возле C12 появился дедушкин номер и слово «ПРИБЫЛ».
— Всё, — сказала Лена. — Теперь просто ждём.
— Это ты зря сказала.
— Почему?
— Потому что после таких слов обязательно что-нибудь происходит.
Ничего не произошло целых семь минут.
Потом двери открылись, вышли два человека с рюкзаками, женщина с красной сумкой и мужчина, который вёз на тележке огромную картонную коробку. Дедушки не было.
Лена посмотрела на табло.
— Прибыл же.
— Самолёт прибыл. Дедушка ещё идёт.
— Откуда ты знаешь?
— Он всегда идёт медленно после самолёта. У него уши закладывает.
Лена хотела возразить, но вспомнила, как дедушка после прошлого полёта минут десять жевал мятную конфету и говорил всем: «Не орите, я и так слышу себя изнутри».
Через две минуты из двери вышла та самая женщина с зелёным чемоданом. Рядом шёл её мальчик. Увидев Лену и Колю, он широко улыбнулся и показал обеими руками букву C, как мог.
Коля ответил тем же.
— Международный язык букв, — сказал он.
— Не существует такого языка.
— Уже существует.
Ещё через минуту появился дедушка. В одной руке у него был маленький чемодан, в другой — пакет с чем-то длинным.
Лена махнула так сильно, что едва не задела Колю.
— Дедушка!
Он увидел их, улыбнулся и поднял пакет.
— Я вам привёз копчёную рыбу!
— Ты нас сначала обними, — сказала мама.
— Рыбу можно тоже обнять, — предложил Коля.
По дороге к выходу дедушка выслушал историю про B12 и C12.
— Раньше, — сказал он, — я бы просто пошёл туда, где толпа.
— Это плохой способ, — сразу сказала Лена.
— Знаю. Однажды так встретил чужую тётю из Омска.
Коля засмеялся.
— И что?
— Ничего. Она тоже кого-то ждала. Постояли вместе.
У кафе они снова прошли мимо маленького экрана. Теперь там наконец стояло C12.
Коля торжественно показал на него:
— Опоздавшее подтверждение номер четыре.
— Уже не нужно, — сказала Лена.
— Именно поэтому оно и пришло.