— Они опять стоят в очереди, — сказала тётя Зоя.
Лёша посмотрел на прозрачный улей. За стеклом пчёлы ползли по сотам, передавали друг другу капли нектара и исчезали в узком коридоре к выходу. Снаружи всё было спокойно. А внутри коридора образовалась пробка.
— Пчелиная очередь? — спросил Лёша.
— Без талончиков. И без уважения к расписанию.
Учебная пасека стояла на крыше городского экологоцентра. Посетители могли наблюдать за пчёлами через защитное стекло. Два дня назад на солнечную сторону наклеили синюю плёнку, чтобы помещение меньше нагревалось. С тех пор часть пчёл, возвращаясь с поля, садилась не у летка — настоящего входа в улей, — а на глухую стенку рядом.
— Они забыли дверь? — спросил Лёша.
— Пчёлы многое забывают, но дорогу домой обычно помнят.
Тётя Зоя сняла крышку с ящика инструментов.
— Версии?
— Запах краски.
— Мы ничего не красили.
— Новый улей.
— Улей старый.
— Тогда они бастуют.
— Запишем как версию номер три. Проверять будем после обеда с плакатами.
Лёша обошёл павильон. На синей плёнке отражалось небо. Если смотреть сбоку, глухая стенка казалась открытым синим проходом. Но человеку легко сказать себе: «Это стекло». Что видит пчела, Лёша не знал.
Они начали с запаха. Тётя Зоя протёрла леток чистой водой, а Лёша поставил рядом кусочек старой деревянной рамки, пахнущей воском и прополисом. Прополис — клейкая смола, которой пчёлы замазывают щели. Запах был сильный, тёплый и немного хвойный.
Пчёлы прилетали, кружили и всё равно садились у синей стенки.
— Запах оправдан, — сказал Лёша.
— Пока да.
Затем они закрыли синюю плёнку листом картона. Через пять минут очередь у ложного входа исчезла. Пчёлы снова попадали в леток.
— Плёнка виновата!
— Осторожнее, следователь. Что именно в ней виновато?
Лёша убрал картон. Солнце зашло за облако. Пчёлы продолжали лететь правильно. Когда солнце появилось, ошибка вернулась.
— Свет, — сказал Лёша. — Но почему им нравится именно этот?
Тётя Зоя принесла два маленьких фильтра из набора для опытов. Один был обычный серый. Второй менял яркость, если его поворачивать перед глазами.
— Это поляризационный фильтр, — объяснила она. — Свет иногда идёт волнами в разных направлениях. Такой фильтр пропускает одни направления лучше других. Пчёлы умеют замечать рисунок света в небе и по нему ориентируются.
Лёша посмотрел через фильтр на синее стекло. Повернул его — отражение потемнело. Повернул ещё — снова стало ярким.
— То есть плёнка нарисовала им кусок неба на стене?
— Возможно. Проверим без пчелиных допросов.
Они прикрепили над ложным входом узкий козырёк. Он давал тень, но не закрывал настоящий леток. Пчёлы перестали садиться на стенку. Потом козырёк передвинули. Ошибка появилась снова, только на другом месте, где отражалось солнце.
— Значит, они не глупые, — сказал Лёша. — Им выдали плохой дорожный знак.
— Это относится не только к пчёлам.
В этот момент пришёл директор центра. Через час ожидалась экскурсия, а на стене висел картон с надписью «НЕБО ВРЕМЕННО ЗАКРЫТО».
— Это часть новой выставки? — спросил директор.
— Почти, — ответил Лёша. — Пчёлы тестируют архитектуру.
Директор выслушал объяснение и нахмурился.
— Плёнку наклеили, чтобы не перегревался улей. Снимать её нельзя.
— Всю и не надо, — сказал Лёша. — Можно убрать только напротив коридора. Или сделать поверхность матовой, чтобы она не отражала небо как зеркало.
Тётя Зоя нашла остаток матовой защитной ленты. Они наклеили полосу шириной с ладонь на участок у ложного входа. Синий цвет остался, но чёткое отражение исчезло.
Первые три пчелы прилетели правильно. Четвёртая покружилась у матовой полосы и тоже ушла к летку. Пятая села Лёше на рукав.
— Эта требует отдельного входа, — сказал он, замерев.
— Она проверяет, есть ли у архитектора лицензия.
Тётя Зоя поднесла к рукаву рамку с запахом воска. Пчела перешла на дерево и улетела к улью.
К началу экскурсии пробка исчезла. Лёша поставил возле стекла две фотографии: на одной пчёлы толпились у отражения, на другой входили в леток. Между ними положил поворотный фильтр.
Дети по очереди смотрели сквозь него на синюю плёнку и удивлялись, как отражение то появлялось, то пропадало.
— Значит, пчёлы видят лучше нас? — спросила девочка в жёлтой кепке.
— Иначе, — ответил Лёша. — Поэтому знак, удобный для нас, оказался неправильным для них.
После экскурсии директор распорядился заменить блестящую плёнку вокруг улья матовой. Тётя Зоя внесла случай в журнал пасеки. В графе «Причина» она написала: «Световое отражение у летка».
В графе «Принятые меры» Лёша добавил: «Небо перенесено обратно наверх».
Тётя Зоя прочитала и поставила подпись.
— Формулировка сомнительная.
— Зато очередь исчезла.
— Это сильный аргумент.
Они закрыли журнал. За стеклом пчёлы входили и выходили без задержки. Только одна долго сидела на краю матовой полосы, будто проверяла качество ремонта, а потом тоже отправилась по своим делам.