Когда Лиза вынесла на веранду лимонад, зелёный складной стул уже был занят.
На нём висело что-то серо-золотое, размером с зимнюю шапку. Оно тихо шевелилось и гудело.
— Бабушка! — позвала Лиза. — У нас стул завёл пчёл!
Бабушка вышла с подносом, посмотрела и сразу поставила поднос на пол.
— Стул тут ни при чём. Рой.
— Это когда они решили переехать?
— Похоже на то.
Лиза знала, что у соседки тёти Светы за огородом стояли ульи. Но обычно пчёлы жили там аккуратно: каждая в своём деревянном домике, а не всей компанией на садовой мебели.
Через минуту пришла тётя Света. На ней были резиновые сапоги, белая куртка и сетка, откинутая назад.
— Только не махать руками, — сказала она ещё у калитки. — И стул пока никому не нужен.
— Мне нужен, — сказал дедушка из кухни. — Я на нём малину перебираю.
— Сегодня будете перебирать стоя.
Дедушка выглянул, увидел рой и согласился неожиданно быстро.
Тётя Света объяснила, что иногда часть пчёл вместе со старой маткой покидает улей. Сначала они собираются где-нибудь неподалёку — на ветке, заборе, а иногда, как выяснилось, на мебели. Разведчицы ищут новое жильё, а остальные ждут.
— То есть это у них остановка? — спросила Лиза.
— Вроде автобусной. Только автобус выбирают пассажиры.
— И расписания нет?
— Вот это особенно неудобно.
Нужно было переселить рой в пустой улей. Тётя Света принесла лёгкий фанерный ящик, щётку с мягкой щетиной и белую простыню.
— А дымарь? — спросила Лиза. Она видела у пасечников жестяную штуку с носиком.
— Сегодня не нужен. Они сейчас спокойные. Главное — спокойно работать самим.
Стул стоял под яблоней. Пчелиный клуб обхватил спинку и одну перекладину. Подвинуть стул было невозможно: складные ножки цеплялись за траву, а тряхнуть рой никому не хотелось.
Тётя Света поставила ящик на землю и задумалась.
— Если бы они сели на ветку, я бы подставила ящик и стряхнула их одним движением.
— А стул нельзя стряхивать, — сказала Лиза.
— Верно.
— Тогда надо стряхивать не стул.
— Это как?
Лиза принесла старую дощечку, на которой бабушка сушила лук. Положила её от ножки стула к входу в ящик.
— Можно их снимать на доску. Они сами пойдут внутрь?
Тётя Света присела.
— Если матка окажется в ящике, остальные действительно потянутся за ней. Попробуем.
Бабушка выдала Лизе плотную рубашку с длинными рукавами и смешную панаму с москитной сеткой.
— Я похожа на чайный пакетик, — сказала Лиза.
— Очень ответственный чайный пакетик, — ответила тётя Света.
Работа началась медленно. Тётя Света подставляла ящик к нижней части роя и осторожно сметала пчёл внутрь. Лиза держала дощечку и следила, чтобы между ней и прилётной планкой не оставалось щели.
Первые пчёлы побежали по доске.
— Идут! — прошептала Лиза.
— Не радуйся слишком громко. Пока это может быть просто любопытство.
Через несколько минут у входа в ящик стало оживлённо. Пчёлы, уже оказавшиеся внутри, выстроились на краю и начали быстро махать крыльями.
— Они сушат ящик? — спросила Лиза.
— Нет. Вот это хороший признак. Они разносят запах. Скорее всего, матка уже внутри.
Лиза посмотрела на зелёный стул. Пчелиная шапка заметно уменьшилась.
И тут дедушка вышел с тазом малины.
— Я только пройду вдоль стены.
— Дедушка, стой, — сказала Лиза.
— Я далеко.
— У тебя таз красный.
— И что?
— Не знаю. Но сейчас всё, что не нужно, лучше не проверять.
Тётя Света засмеялась.
— Красный цвет тут ни при чём. Но Лиза права насчёт второго.
Дедушка вернулся в дом вместе с малиной.
Оставшиеся пчёлы снимались труднее. Они расползлись по складному механизму стула, где щёткой было не достать. Несколько десятков сидели прямо в щели между металлическими планками.
— Можно подождать, — сказала тётя Света. — Если матка в ящике, сами уйдут.
Они сели на крыльцо в трёх метрах. Лимонад к этому времени стал тёплым.
— А если разведчицы уже нашли другое место? — спросила Лиза.
— Тогда часть пчёл может попытаться поднять рой снова. Поэтому ящик надо будет унести к вечеру и дать им нормальный улей.
Пять минут ничего не происходило. Потом над стулом поднялось облачко пчёл.
Лиза напряглась.
— Улетят?
— Смотрим.
Облачко покружилось и опустилось не на стул, а возле ящика. Пчёлы одна за другой заходили внутрь.
— Значит, решили?
— Похоже.
Последними ушли те, что сидели в металлической щели. Одна долго ползала по зелёной перекладине, будто проверяла, не забыли ли чего.
Когда стул освободился, дедушка тут же появился снова.
— Теперь можно?
Лиза посмотрела на него, потом на ящик.
— Можно. Но не складывай.
— Почему?
— Там одна пчела ещё проверяет документы.
На самом деле пчела уже улетела. Но дедушка всё равно поставил стул на место и малину перебрал на кухонной табуретке.
К вечеру они перенесли ящик к пасеке. Тётя Света поставила рядом пустой улей с рамками. На рамках был воск, пахнувший мёдом и тёплым деревом. Пчёлы перешли туда сами.
Лиза долго смотрела, как они исчезают в узкой щели входа.
— А завтра они не вернутся на наш стул?
— Если им понравится дом — нет.
На следующее утро Лиза первым делом вышла на веранду. Зелёный стул был пуст.
Дедушка уже сидел на нём с тазом малины.
— Всё, место моё, — объявил он.
Из сада прилетела одна пчела, сделала круг над спинкой стула и села на край таза.
Дедушка медленно встал.
— Я ничего не говорю, — сказала Лиза.
— И правильно.
Он взял таз и ушёл в дом. Стул ещё минут десять оставался совершенно свободным.