Утром после грозы тропа к смотровой площадке исчезла в трёх местах.
Не совсем исчезла, конечно. Гора никуда не делась, сосны стояли там же, ручей шумел под тем же деревянным мостиком. Но жёлтые метки на камнях, по которым обычно шли посетители заповедной тропы, то и дело пропадали под ветками, грязью и свежими осыпями.
Лиза и Гриша приехали на кордон вместе с отцом, который помогал знакомому инспектору чинить радиостанцию. До обеда детям разрешили идти с инспектором Верой Андреевной на короткий обход.
— Наша задача простая, — сказала она у начала маршрута. — Проверяем, можно ли открывать тропу после грозы. Если нельзя — закрываем и отмечаем почему. Никакого геройства.
— А если можно? — спросил Гриша.
— Тогда тоже отмечаем почему.
Лиза взяла планшет с картой. Грише досталась пачка временных красных ленточек. Постоянные метки без разрешения переносить было нельзя.
Первые четыреста метров всё выглядело нормально. Потом тропу перегородила упавшая ветка.
— Перелезем, — сказал Гриша.
Вера Андреевна покачала головой.
— Посетители будут с детьми, рюкзаками, кто-то в дождевиках. Если маршрут требует лазать через дерево, значит, маршрут пока не готов.
Они обошли ветку сбоку и увидели, что люди уже начали делать то же самое: в траве появилась свежая дорожка.
— Плохо? — спросила Лиза.
— Если так пойдёт каждый, через неделю здесь будет новая тропа. Нам нужна одна безопасная линия, а не пять случайных.
Инспектор сфотографировала место и поставила точку на карте. Потом они вдвоём с Гришей привязали красную ленту так, чтобы она показывала: здесь проход закрыт до расчистки.
Через десять минут стало интереснее. Жёлтая метка была видна на валуне слева, следующая — на дереве справа, но между ними лежала широкая полоса свежей глины.
— Тут прошла вода, — сказала Лиза.
Вера Андреевна присела и провела палкой по краю промоины.
— Да. Во время ливня вода пошла прямо по тропе.
Гриша ступил к самому краю.
— Тут твёрдо.
— На вид, — сказала Лиза.
Она ткнула землю своей палкой. Верхний слой выдержал, а ниже палка ушла почти на ладонь.
— Подмыло.
— Вот поэтому ногой не проверяем, — сказала Вера Андреевна.
На карте рядом был старый поворот маршрута, который несколько лет назад закрыли после ремонта мостика. Лиза показала его инспектору.
— Можно вернуть старую ветку?
— Проверить можно. Открыть — только если она цела.
Они пошли по старому направлению. Там было суше, но через пятьдесят метров тропу пересекал маленький ручей. Мостика уже не было.
— Значит, нет, — сказал Гриша.
— Значит, не сейчас, — поправила Вера Андреевна. — Запишем оба варианта.
Лиза отметила в планшете: основной путь подмыт; старый обход требует нового мостика.
Гриша посмотрел на две линии карты.
— Получается, карта знает слишком много дорог, а пройти нельзя ни по одной.
— Карта хранит варианты, — сказала сестра. — И старые ошибки тоже.
— Очень полезная вещь. Особенно когда хочешь попасть на площадку.
Они двинулись дальше по рабочему маршруту, обходя повреждённый участок по разрешённой служебной дороге. До смотровой площадки оставалось меньше километра.
Третья проблема появилась возле развилки.
Там стоял столб с двумя стрелками. Верхняя показывала «Смотровая — 0,8 км». Нижняя — «Кордон — 1,9 км».
Но столб наклонило ветром, и обе стрелки теперь смотрели почти в одну сторону.
— Вот это уже весело, — сказал Гриша. — Можно идти домой, думая, что идёшь на вершину.
— Или наоборот, — сказала Лиза.
— Наоборот хуже. Домой хотя бы когда-нибудь придёшь.
Вера Андреевна достала компас. Лиза открыла карту. Гриша нашёл на столбе старую царапину от крепёжного хомута.
— Смотрите. Он раньше стоял вот так.
Они совместили три вещи: направление на карте, компас и след от старого крепления. Стало ясно, куда должны смотреть стрелки.
— Исправим? — спросил Гриша.
— Только временно, — сказала Вера Андреевна.
Они выровняли столб и затянули хомут. Лиза проверила стрелку по карте. Гриша отошёл метров на двадцать и посмотрел глазами человека, который впервые оказался на развилке.
— Теперь понятно.
— Вот это важная проверка, — сказала инспектор. — Не только «правильно ли мы сделали», но и «понятно ли это другому».
На смотровой площадке всё было цело. После дождя воздух стал особенно прозрачным: между хребтами виднелись далёкие серые вершины, а внизу блестела река.
Гриша сел на сухую лавку.
— Значит, площадка готова, а путь к ней — нет.
— Именно.
Лиза посмотрела на карту. Три красные точки лежали почти подряд: ветка, промоина, развилка.
— Если расчистить дерево и поправить указатель, всё равно останется подмытый участок.
— Поэтому открывать тропу частями нельзя, — сказала Вера Андреевна. — Для посетителя маршрут существует целиком.
На обратном пути они ещё раз проверили промоину. За час край осыпался ещё на несколько сантиметров.
— Хорошо, что не решили «вроде держится», — сказал Гриша.
У кордона отец уже закончил с радиостанцией. Он увидел красные ленточки у Гриши и спросил:
— Пропустили открытие?
— Наоборот, — ответила Лиза. — Закрыли вовремя.
После обеда приехали двое рабочих. Ветку распилили и убрали. У развилки поставили новый металлический хомут. С промоиной было сложнее: воду нужно было отвести в канавку, укрепить край и только потом восстанавливать полотно тропы.
Лиза и Гриша помогали не на самом ремонте, а у кордона: переносили на бумажную карту точки, которые отметили утром. Гриша подписывал фотографии.
На снимке с промоиной он написал: «Основная тропа. После грозы. Верхний слой держится, ниже грунт размыт».
— Не слишком длинно? — спросил он.
— Зато следующий человек поймёт, почему мы её закрыли, — сказала Лиза.
Через два дня Вера Андреевна позвала их снова.
На месте промоины теперь шла ровная полоса утрамбованного щебня. Сбоку была неглубокая канава, по которой вода уходила к ручью. Жёлтые метки обновили, а старый обход зачеркнули на рабочей карте как неиспользуемый.
Они прошли весь маршрут от начала до площадки, не сокращая дорогу и не пользуясь служебным обходом.
У поваленного дерева проход был чист.
Грунт у бывшей промоины не проваливался под палкой.
Стрелки на развилке смотрели в разные, правильные стороны.
Гриша остановился у последней метки.
— Теперь открываем?
Вера Андреевна посмотрела на Лизу.
— Что скажет картограф?
Лиза сверилась с тремя красными точками. У каждой уже стояла зелёная отметка проверки.
— Теперь да.
Инспектор сняла табличку «Маршрут временно закрыт».
Через полчаса по тропе пошла первая семья. У развилки мальчик лет пяти дёрнул отца за рукав и уверенно показал на стрелку к площадке.
Гриша толкнул Лизу локтем.
— Понял.
— Что?
— Указатель работает.
Они пропустили семью вперёд и пошли следом, уже не как проверяющие, а как обычные посетители. На месте вчерашней промоины Гриша специально не смотрел под ноги дольше, чем обычно.
Тропа снова стала просто тропой.