— У нас проблема, — сказала Маша.
— Насколько большая? — спросил Лёня.
— Тридцать семь конвертов.
— Это не размер проблемы. Это количество бумаги.
Маша высыпала конверты на стол.
Они были совершенно одинаковые: белые, плотные, с зелёной полоской по краю. На каждом стояла одна и та же надпись: «Участнику субботней мастерской».
— И что? — спросил Лёня.
— Их надо разнести по кабинетам. А на них нет имён.
— Тогда разнесём одинаково.
— Очень смешно.
Они помогали в районном центре, где в субботу должно было пройти сразу несколько занятий: кто-то собирал бумажные модели мостов, кто-то учился печатать открытки, кто-то делал маленькие деревянные игрушки.
Организатор Оксана Сергеевна попросила Машу и Лёню положить каждому участнику на стол конверт с материалами.
— Внутри должны быть разные вещи, — сказала Маша. — Для мостов — одна инструкция, для печати — другая, для игрушек — третья.
Лёня поднял первый конверт к свету.
— Не видно.
— Потому что ты смотришь через картон.
— Я проверял научный метод.
Маша вскрыла один край самого верхнего конверта.
Внутри лежала карточка: «Сначала проверьте, свободно ли вращается валик».
— Это печать, — сказала она.
— Один есть.
Второй конверт содержал картинку с деталями деревянной птички.
Третий — схему треугольной фермы для бумажного моста.
— Значит, можно открыть все, рассортировать и снова заклеить, — предложил Лёня.
— Можно. Но Оксана Сергеевна сказала не вскрывать без необходимости. Там ещё номер участника на внутренней карточке.
Лёня повертел конверт.
— Тогда ищем различия снаружи.
Они разложили конверты в три длинных ряда.
Сначала казалось, что различий нет вообще. Потом Маша заметила, что зелёная полоска на некоторых конвертах чуть длиннее.
— Вот! Видишь?
Лёня приложил два конверта друг к другу.
— На полтора миллиметра.
— Значит, три вида.
Они начали сортировать по длине полоски. Получилось две группы, а не три.
— Не подходит, — сказал Лёня. — Или типография печатала как попало.
— Давай ещё.
На некоторых конвертах угол полоски был острым, на некоторых слегка закруглённым. Но и это не делилось на три группы.
Лёня вздохнул.
— Может, цвет?
— Везде зелёный.
— Зелёный бывает разный.
Маша принесла из мастерской лист белой бумаги и положила на него три конверта. Один действительно казался чуть темнее.
— Это уже что-то.
Они собрали «тёмные» отдельно.
Через пять минут Лёня сказал:
— Я больше не понимаю, где тёмный.
— Я тоже.
— Отличный признак. Надёжный.
В комнату заглянул сторож Геннадий Семёнович.
— Вы чего конверты нюхаете?
— Мы их не нюхаем, — сказала Маша.
Лёня посмотрел на неё.
— Пока.
Геннадий Семёнович ушёл.
Они продолжили.
На обороте каждого конверта был маленький круглый штамп типографии. Маша заметила возле штампа едва заметную цифру.
— Смотри! Два.
— А у этого четыре.
— А у этого тоже два.
Они быстро просмотрели всю пачку.
Цифры оказались разными: два, три, четыре, пять.
— Четыре вида, — сказал Лёня. — Ещё хуже.
— Может, это номер станка.
— Или номер смены.
— Или номер человека, который очень хотел нас запутать.
Лёня засмеялся.
— Вот это уже убедительная версия.
Маша взяла вскрытый конверт для печатной мастерской. На нём стояла цифра три.
На конверте с деревянной птичкой — тоже три.
На мосте — пять.
— Всё. Штамп тоже не годится.
Они замолчали.
За стеной кто-то двигал столы. В коридоре звякнули ключи. Через час должны были прийти первые участники.
— А если конверты вообще не различаются? — спросил Лёня.
— Тогда Оксана Сергеевна должна была дать нам список.
— Она дала.
Маша медленно повернулась.
— Где?
Лёня показал на папку, лежавшую на подоконнике.
— Я думал, это расписание.
Маша открыла папку.
На первой странице действительно было расписание. На второй — список участников. На третьей — таблица с тремя колонками.
«Мосты — 12 человек». «Печать — 11 человек». «Игрушки — 14 человек».
— Это количество, — сказала Маша. — Но всё равно непонятно, какой конверт какой.
Лёня перелистнул лист.
С обратной стороны было написано от руки: «М — маленькая точка слева от клапана. П — точка справа. И — без точки».
Они одновременно перевернули ближайший конверт.
Слева от клапана действительно была крошечная синяя точка.
— Мосты, — сказала Маша.
Второй конверт имел точку справа.
— Печать.
Третий был без точки.
— Игрушки.
Лёня сел на стул.
— Мы двадцать минут изучали длину зелёной полоски.
— И оттенок.
— И штамп.
— И чуть не дошли до запаха.
— Это был запасной научный метод.
Они рассортировали пачку за четыре минуты.
Но тут обнаружилась новая проблема.
Получилось: двенадцать для мостов, одиннадцать для печати и тринадцать для игрушек.
Всего — тридцать шесть.
Маша пересчитала ещё раз.
— Было тридцать семь.
— Один пропал?
Они посмотрели под столом.
Пусто.
Под стулом — пусто.
На подоконнике — только папка.
— Ты один вскрывал? — спросил Лёня.
— Три.
— Точно три?
— Точно.
Они нашли все три вскрытых конверта. Один лежал отдельно возле ножниц.
— Значит, не он.
Лёня посмотрел на длинные ряды.
— А сколько должно быть всего?
— Двенадцать плюс одиннадцать плюс четырнадцать.
— Тридцать семь.
— Спасибо, арифметика подтверждает катастрофу.
В этот момент снова вошёл Геннадий Семёнович.
В руках у него был белый конверт с зелёной полоской.
— Это ваше?
— Где вы его взяли? — одновременно спросили Маша и Лёня.
— На стойке у входа. Я думал, объявление.
Маша перевернула конверт.
Точки не было.
— Игрушки!
— Значит, комплект полный, — сказал Лёня.
Геннадий Семёнович посмотрел на них, потом на стол.
— Я так понимаю, нюхать уже не пришлось?
— Метод признан избыточным, — серьёзно сказал Лёня.
Они разнесли конверты по кабинетам.
В мастерской мостов Маша положила двенадцать конвертов возле наборов бумаги и деревянных палочек.
В печатной комнате Лёня разложил одиннадцать рядом с маленькими резиновыми валиками.
В столярной мастерской осталось четырнадцать.
Когда пришла Оксана Сергеевна, всё уже было готово.
— Быстро справились?
Маша и Лёня посмотрели друг на друга.
— В основном, — сказала Маша.
— А зачем на конвертах эти точки? — спросил Лёня.
— Чтобы не печатать три разных тиража. Я думала, отметила это крупно в папке.
— Крупно, — сказал Лёня. — Особенно если перевернуть третий лист.
Оксана Сергеевна открыла рот, потом рассмеялась.
— В следующий раз напишу на первой странице.
Через десять минут центр наполнился людьми.
Кто-то спрашивал, где оставить куртку. Кто-то нёс картон. Кто-то уже успел потерять карандаш.
Маша проходила мимо столярной мастерской и увидела, как девочка открывает один из белых конвертов.
Внутри лежала деревянная птичка по деталям и короткая инструкция.
— Всё правильно? — спросил Лёня.
— Всё правильно.
— Даже зелёная полоска?
— Особенно она.
Лёня посмотрел на полоску.
— По-моему, эта на полмиллиметра длиннее.
Маша сунула ему в руки пачку чистой бумаги.
— Иди лучше помогай с мостами.
— Вот так наука и встречает сопротивление, — сказал Лёня и ушёл.