— Чей это пирог?
— Наш.
— Какой именно?
— С яблоками.
Гоша посмотрел на стол. На столе стояли четыре одинаковые круглые коробки. Все четыре были белые. Все четыре были закрыты. На трёх крышках расплылись мокрые пятна, а бумажные наклейки с именами лежали рядом, свернувшись трубочками.
— Прекрасно, — сказал он. — У нас четыре пирога, три отвалившиеся фамилии и один человек, который уверен только в яблоках.
Мила поставила руки в боки.
— Не ворчи. Через сорок минут открывается праздник двора.
На площадке между домами уже натягивали гирлянды, раскладывали скатерти и проверяли микрофон. Каждый подъезд приносил что-нибудь к общему столу. Кто-то — компот, кто-то — солёные огурцы, кто-то — пироги.
Пироги должны были участвовать ещё и в маленьком конкурсе. Поэтому возле каждого требовалась карточка: кто испёк, с чем начинка и есть ли орехи.
— Вот из-за орехов угадывать нельзя, — сказала Мила.
— А я и не собирался есть все четыре по кусочку.
— Ты именно это собирался предложить.
— Я собирался предложить научный метод.
— Научный метод с вилкой отменяется.
К ним подошла тётя Рая из второго подъезда.
— Мой с капустой. Я крышку подписывала зелёным маркером.
Мила показала четыре белые крышки.
— Маркера нет.
— Был!
— А наклейка была?
— Была. «Раиса, подъезд два».
Гоша поднял со стола одну из мокрых бумажек.
На ней ещё можно было разобрать «...иса» и цифру 2.
— Фамилию нашли. Пирог пока нет.
— Мой сверху с косичкой, — сказала тётя Рая.
Гоша открыл первую коробку.
На пироге была косичка из теста.
Он открыл вторую.
Тоже косичка.
Третью.
Тоже.
Четвёртая была украшена листьями.
— Уже легче, — сказала Мила.
— Три кандидата вместо четырёх. Успех века.
Тётя Рая наклонилась над коробками.
— Моя косичка чуть толще.
— Какая из трёх?
Она долго смотрела.
— Сейчас уже не скажу.
Подошёл дядя Аркадий из пятого подъезда.
— У меня рыба.
— Что? — спросил Гоша.
— Пирог с рыбой.
— А оформлен как?
— Как пирог.
Мила закрыла глаза.
— Очень полезно.
— Я сверху вилкой дырочки делал.
Гоша снова поднял крышки.
На двух пирогах были ряды маленьких проколов.
— Так, — сказал он. — Один из этих двух — рыбный.
— А второй?
— Пока неизвестно.
К столу подошла бабушка Лида. Она принесла термос и сразу увидела проблему.
— Наклейки поплыли?
— Да.
— Я предупреждала, что горячие пироги нельзя сразу закрывать. Пар собирается под крышкой.
Мила потрогала одну коробку изнутри. Картон был влажный.
— Значит, клей намок.
— Именно.
— А ваш пирог какой?
— С брусникой. На дне формы у меня всегда остаётся узкий круглый след от старой решётки.
Гоша посмотрел на коробки.
— След снизу?
— Снизу.
— Вот это уже улика.
Они осторожно поднимали коробки по одной. У одной на дне действительно виднелся тёмный круг, будто коробку на секунду поставили на тонкую металлическую решётку.
— Этот бабушки Лиды, — сказала Мила.
— Подожди, — сказал Гоша. — Это след на коробке, а не на пироге. Пирог могли переложить.
— Кто бы стал перекладывать пироги между коробками?
В этот момент к ним подбежал шестилетний Тимка.
— Я!
Все повернулись.
— Что «я»? — спросила Мила.
— Я один переложил.
— Зачем?
— У него коробка снизу промокла. Я взял сухую.
Гоша медленно сел на край скамейки.
— Отлично. Значит, даже коробки теперь не доказательство.
Тимка обиделся.
— Я хотел помочь.
Мила присела перед ним.
— Ты и помог. Теперь мы хотя бы знаем, что один пирог переехал. Помнишь какой?
Тимка показал на пирог с листьями.
— Этот.
— Откуда он был?
— Не знаю. Коробка капала.
— Куда ты дел старую?
— В мусор.
Гоша вскочил.
— Не в общий бак, надеюсь?
— В пакет под столом.
В пакете нашлась размокшая коробка. На её боку сохранилась половина надписи красным фломастером: «...ника, 4».
— Значит, пирог с листьями от Вероники из четвёртого, — сказала Мила.
— Если Тимка переложил именно его.
— Я именно его! — возмутился Тимка.
— Верю. Просто теперь проверяем всё дважды.
Вероника пришла через минуту. Она подтвердила: её пирог был с творогом и сверху она вырезала листья.
Один пирог обрёл хозяина.
Остались три одинаковые косички.
— Что мы знаем? — спросила Мила.
Гоша начал загибать пальцы.
— Один с капустой — тётя Рая. Один с рыбой — дядя Аркадий. Один с яблоками — семья Смирновых из третьего. У Аркадия должны быть дырочки вилкой. Но дырочки есть у двух.
— У яблочного могли тоже быть дырочки, чтобы пар выходил.
— Значит, смотрим не только сверху.
Мила наклонилась к пирогам.
— Запах?
— Ты сама запретила научный метод.
— Я запретила есть. Понюхать можно.
Они осторожно приподняли крышку первого. Пахло печёным тестом и чем-то сладким.
— Яблоки, — сказала Мила.
Гоша понюхал.
— Или капуста, которая очень старается быть яблоками.
— Не смешно.
— Немного смешно.
Второй пах сильнее и совсем не сладко.
— Рыба, — сказали они одновременно.
Дядя Аркадий победно кивнул.
— Я же говорил.
— Вы говорили только, что у вас рыба.
— И это оказалось важным.
На всякий случай они спросили его ещё про край.
— Я форму маслом смазывал плохо, поэтому справа кусочек корочки отломился, когда вынимал.
У второго пирога справа действительно не хватало маленького уголка корочки.
— Всё, этот ваш, — сказал Гоша.
Остались два: капустный и яблочный.
Первый пах сладко. Второй — почти ничем.
— Яблочный первый, — сказала Мила.
Тут пришла мама Смирновых.
— Наш яблочный сверху с корицей.
Мила посмотрела на первый пирог.
На косичке были тёмные точки.
— Похоже на корицу.
— А ещё мы добавляли сушёную клюкву по краю.
Гоша осторожно приподнял край декоративной косички. В двух местах виднелись красные кусочки.
— Всё. Яблочный найден.
Последний автоматически становился капустным.
Тётя Рая нахмурилась.
— А вдруг вы ошиблись раньше?
Гоша посмотрел на Милу.
Мила посмотрела на Гошу.
— Правильный вопрос, — сказал он.
Они ещё раз прошли цепочку с самого начала. Вероника — листья и старая коробка с надписью. Аркадий — запах рыбы, проколы и отломанный край. Смирновы — корица и клюква. Оставшийся — Раисин.
Тётя Рая разрезала маленький кусочек своего пирога сбоку.
Под корочкой была капуста.
— Ну вот, — сказала она. — Теперь верю.
— Теперь уже поздно не верить, — сказал Гоша. — У нас доказательство съедено.
Мила быстро переписала карточки. На каждой крупно указала начинку и отдельно — орехи или их отсутствие.
— А новые наклейки куда клеить? — спросил Тимка.
— Не на крышки, — сказала Мила.
Они нашли деревянные прищепки. Каждую карточку прикрепили к ручке коробки, а второй такой же листок положили внутрь под прозрачный уголок пищевой плёнки, так чтобы он не касался еды.
— Две подписи? — спросил Гоша.
— После сегодняшнего — да.
Праздник открылся вовремя.
Через полчаса от пирогов остались половинки, потом четвертинки, потом несколько кусков.
Гоша подошёл к столу и увидел один одинокий кусочек в белой тарелке.
— Чей это пирог?
Мила даже не повернулась.
— Не начинай.
— Я просто спросил.
Тимка подбежал с карточкой на прищепке.
— Этот мой!
— Ты тоже пёк?
— Нет. Я его себе оставил.
Гоша посмотрел на Милу.
— Наконец-то хозяин нашёлся сразу.
— Запиши время. Исторический момент.