Камень плавал.
Соня увидела его первой. Тёмно-серый, неровный, размером с грецкий орех, он качался у деревянного мостка вместе с сосновыми иголками и жёлтым листом.
— Тимур, смотри.
— На что?
— На камень.
— Очень редкое зрелище. Тут берег из камней.
— Этот не тонет.
Тимур присел и посмотрел внимательнее.
Камень действительно держался на воде. Волна подняла его, ударила о доску мостка и отнесла обратно.
Они были в летнем экологическом лагере у небольшого лесного озера. Утром группа измеряла прозрачность воды, после обеда должна была идти на старую смотровую вышку, а сейчас оставалось двадцать минут свободного времени.
Соня взяла длинный сачок, которым собирали упавшие листья из учебного садка, и подцепила камень.
— Руками из воды не хватай, — сказал Тимур.
— Я и не хватаю.
На берегу находка выглядела ещё страннее. Вся поверхность была в мелких дырочках. Камень казался обожжённым.
Тимур постучал по нему деревянной ручкой сачка.
— Лёгкий.
— Пемза?
Слово они оба знали. Пемза получается, когда в раскалённой вулканической породе остаётся много пузырьков газа, а потом порода застывает. Из-за этих пустот некоторые куски пемзы могут держаться на воде.
Проблема была в другом.
До ближайшего действующего вулкана отсюда было столько километров, что даже руководитель лагеря Андрей Николаевич не стал считать в уме.
— Может, кто-то привёз, — сказал Тимур.
— Или у нас тайный вулкан.
— Тогда он очень хорошо прячется.
Соня принесла камень к столу под навесом. Андрей Николаевич как раз убирал приборы после утренних измерений.
— Можно вопрос?
— Если не про то, можно ли сегодня отменить подъём в семь утра, то можно.
Соня положила находку на пластиковый поднос.
— Он плавал.
Андрей Николаевич взял камень, повертел.
— Интересно. Откуда?
— У мостка.
— Один?
— Пока один.
Тимур спросил:
— Это пемза?
— Похоже. Но «похоже» — это пока всё, что у нас есть.
Он вернул камень на поднос.
— У вас двадцать минут. Хотите проверить версии — начинайте с того, что можно проверить здесь. Только без раскалывания и без химии.
Соня принесла прозрачный таз. Тимур налил воды до отметки в пять литров.
Камень бросили на поверхность. Он подпрыгнул, намок и остался плавать.
— Факт номер один, — сказал Тимур. — Не тонет.
— Это мы уже знали.
— Теперь официально.
Они положили рядом обычный гранитный камешек такого же размера. Тот сразу ушёл на дно.
Соня взяла кухонные весы из лагерной столовой. Плавучий камень весил всего двадцать три грамма. Гранитный — почти в четыре раза больше.
— Много воздуха внутри, — сказала она.
— Или это вообще не камень.
Они рассмотрели поверхность через ручную лупу. Поры были очень ровными и мелкими. В некоторых блестели стеклянные стенки.
Андрей Николаевич подошёл снова.
— Что изменилось?
Тимур показал записи.
— Он легче обычного камня. Пористый. Внутри что-то стеклянное.
— Хорошо. А теперь самый скучный вопрос, который часто оказывается полезнее красивой версии: что ещё вокруг выглядит так же?
Они пошли к берегу.
Сначала нашли второй кусок — в траве выше воды. Потом третий, совсем маленький, у канавки, по которой после дождя стекала вода с дорожки.
— Вот, — сказала Соня. — Они не из озера. Они туда приехали сверху.
Канавка вела к лагерному хозяйственному двору.
На половине пути след потерялся. Земля была сухая. Тимур уже хотел идти дальше по канаве, но Соня заметила серую крошку около колеса садовой тачки.
— Здесь.
За сараем стояли мешки с надписью «ПЕНОСТЕКЛО. ФРАКЦИЯ 20–40».
— Пеностекло, — прочитал Тимур. — Значит, пена из стекла?
Из сарая вышла завхоз Елена Викторовна.
— Почти угадал. А вы почему изучаете мои мешки?
Соня показала находку.
— Потому что ваш мешок, кажется, дошёл до озера.
Елена Викторовна взяла кусок.
— Точно наш. Весной утепляли грядки у теплицы. Это лёгкий засыпной материал. Там внутри много закрытых пузырьков, поэтому он почти ничего не весит.
— И плавает, — добавил Тимур.
— Некоторые кусочки — да.
За хозяйственным двором стояла учебная теплица. Вокруг её фундамента тянулась полоса серых пористых гранул. В одном месте край был размыт недавним ливнем.
Соня присела.
— Смотрите. Вода прошла отсюда к дорожке. Потом в канавку. Потом к мостку.
На земле действительно виднелась неглубокая борозда.
— Значит, не вулкан, — сказал Тимур.
— Очень жаль, — сказала Елена Викторовна. — Я уже хотела потребовать надбавку за работу в сейсмоопасной зоне.
Андрей Николаевич подошёл позже, когда дети уже принесли таз, весы и записи к теплице.
— Версия?
Соня ответила:
— Это не природная пемза. По крайней мере наши куски — пеностекло из засыпки. После ливня часть смыло по канавке в озеро.
— Чем подтверждается?
Тимур перечислил: одинаковый вид найденных кусков и материала из мешка, дорожка стока, размытый край засыпки, низкая масса, стеклянные поры.
— А чем не подтверждается?
Они замолчали.
— Ну? — спросил Андрей Николаевич.
Соня посмотрела на первый камень.
— Мы не проверяли состав в лаборатории.
— Верно.
— И не можем доказать, что вообще каждый плавающий серый камень в озере именно отсюда.
— Тоже верно.
Тимур нахмурился.
— Но этот почти наверняка отсюда.
— Вот так и запишите: «по совокупности признаков». Не «доказано навсегда», а ровно столько, сколько вы действительно выяснили.
После обеда группа должна была идти к вышке, но перед выходом Елена Викторовна позвала Соню и Тимура.
Она принесла совок, два невысоких пластиковых бортика и мешок обычного щебня.
— Раз уж нашли путь побега, помогайте закрывать границу.
Вместе они поправили край засыпки у теплицы. Там, где вода во время ливня шла прямо к дорожке, поставили бортик и сделали небольшой карман с тяжёлым щебнем. Вода теперь должна была замедляться, а лёгкие гранулы — оставаться на месте.
— Проверять дождём будем? — спросил Тимур.
— Из ведра, — сказала Елена Викторовна. — Настоящий дождь заказывать дорого.
Она вылила воду на край дорожки. Поток пошёл к бортику, растёкся по щебню и уже без серых гранул добрался до канавки.
— Работает, — сказала Соня.
— Один раз работает, — поправил Тимур. — После сильного ливня надо проверить снова.
Андрей Николаевич услышал и кивнул.
— Вот теперь вы опасны. Начинаете сами требовать повторных измерений.
На вышку группа ушла позже на десять минут.
Вечером Соня и Тимур сделали для лагерной доски маленькую заметку. Сначала Тимур написал заголовок: «В НАШЕМ ОЗЕРЕ НАЙДЕН ВУЛКАНИЧЕСКИЙ КАМЕНЬ».
Соня перечеркнула.
— Мы же выяснили обратное.
— Зато красиво.
— И неправильно.
Второй заголовок был скучнее: «Почему серый камень плавал у мостка».
Под ним они прикрепили фотографии находки, мешка с пеностеклом и размытой дорожки. Сам кусок положили в прозрачную коробочку.
На следующий день возле доски остановились младшие ребята.
— Это пемза? — спросил мальчик в красной кепке.
Тимур уже открыл рот.
Соня успела первой:
— Похоже на пемзу. Но этот кусок приехал от теплицы. Пойдём покажем.
У мостка в тот день плавали только иголки, лист и одна очень самоуверенная водомерка.
Тимур посмотрел на воду.
— Камней нет.
— Хорошо.
— Немного скучно.
Соня бросила в таз тот самый серый кусок. Он качнулся и остался на поверхности.
— Можешь посмотреть на этот.
— Уже не то.
— Конечно. Теперь ты знаешь, откуда он взялся.