— Не нажимай красную кнопку.
— Я и не собирался.
— Ты держишь над ней палец.
— Я показываю, какую кнопку не нажимаю.
Лена убрала руку Тима от пульта. За стеклом студии ведущий районного радио Аркадий Львович рассказывал слушателям о ремонте моста. Перед ним горела красная лампа «ЭФИР». Пока она светилась, любой кашель, шорох бумаги и неудачная шутка попадали в радиоприёмники по всему району.
Тим и Лена пришли записывать школьное объявление о сборе книг. Им обещали две минуты у микрофона и экскурсию по студии.
— Через десять минут ваша запись, — сказала звукорежиссёр Майя. — Сначала новости, потом погода, потом вы.
— А красная кнопка? — спросил Тим.
— Включает микрофоны в этой комнате.
— Значит, не нажимать, — сказала Лена.
— Я уже усвоил сюжет.
В этот момент свет погас.
Красная лампа в студии мигнула и исчезла. Компьютеры замолчали. За стеклом Аркадий Львович продолжал говорить ещё секунду, потом понял, что никто его не слышит.
Через несколько мгновений под потолком включились тусклые аварийные светильники. Они работали от аккумуляторов.
— Спокойно, — сказала Майя. — Сейчас запустится резервное питание.
Ничего не запустилось.
Она открыла шкаф в коридоре. Внутри гудел небольшой сервер, а рядом мигала жёлтая надпись «ОШИБКА ЗАПУСКА».
— Генератор во дворе не завёлся, — сказала Майя. — До автоматической записи у нас семь минут.
— Какой записи? — спросила Лена.
— Если студия молчит дольше семи минут, передатчик начинает крутить старую программу. Сегодня там прошлогоднее поздравление с Новым годом.
Тим посмотрел в окно. Был июль.
— Это хотя бы неожиданно.
— Это будет очень неожиданно, — ответила Майя. — И директор не оценит.
Аркадий Львович уже звонил электрику. Тот застрял на другом конце района. Майя проверяла кабели. Тим и Лена стояли посреди коридора, стараясь не мешать.
— А радио совсем не может работать без компьютеров? — спросила Лена.
— Передатчик работает, — сказала Майя. — Но звук до него идёт через студийный пульт. Пульт обесточен.
Тим показал на маленький переносной микшер, который стоял в коробке возле стены.
— А это?
— Запасной пульт для выездов. Он работает от двенадцати вольт.
— Как автомобильный холодильник? — спросила Лена.
— Именно.
— Значит, ему нужен аккумулятор.
Майя замерла.
Во дворе стоял редакционный фургон. Его использовали для репортажей с праздников и спортивных матчей. Внутри находились аккумулятор, складная антенна и длинные кабели.
— До старой записи пять минут, — сказал Аркадий Львович.
Все четверо побежали во двор.
Фургон не заводился. Тим повернул ключ — только щёлкнуло реле.
— Аккумулятор сел, — сказала Майя.
— Отличный резерв, — заметил Тим.
— Он вчера работал шесть часов на ярмарке, — возразила Майя. — Его должны были зарядить.
Лена заглянула под соседнюю лестницу. Там стоял электрический погрузчик, которым в типографии через двор перевозили пачки бумаги. К нему тянулся толстый зарядный кабель.
— У него тоже двенадцать вольт?
— Нет, сорок восемь. Если подключить напрямую, запасной пульт станет очень короткой радиопередачей с дымом.
— А в студии есть обычные батарейки?
— Много. Но пульту нужна большая сила тока.
Тим открыл багажный отсек фургона. Под катушками проводов лежал серый ящик.
— Что это?
— Источник бесперебойного питания, — сказала Майя. — Он обычно держит ноутбук во время выездов.
Это был тяжёлый аккумулятор в корпусе с розеткой. Когда электричество пропадало, такой ящик некоторое время выдавал обычное напряжение, чтобы техника не выключилась сразу.
Майя нажала кнопку. Загорелись три зелёных деления из пяти.
— Три минуты, — сказал Аркадий Львович.
Они понесли ящик наверх. Тим взял один бок, Лена другой. На лестнице он оказался тяжелее, чем выглядел.
— Если уронишь, — сказала Лена, — я сообщу об этом в прямом эфире.
— Сначала надо вернуть прямой эфир.
В студии Майя подключила запасной пульт к ящику. Пульт загорелся. Потом она протянула кабель от пульта к линии передатчика.
— Микрофон, — сказала она.
Лена подала микрофон.
— Наушники.
Тим распутал провод быстрее, чем обычно распутывал свои наушники дома, то есть всего за сорок секунд.
— Осталась минута, — сказал Аркадий Львович.
Майя подвинула вверх один ползунок. В наушниках зашипело.
— Есть сигнал. Но у нас нет заставки и новостей.
— Говорите сами, — предложила Лена.
— О чём?
— О том, что произошло.
Аркадий Львович сел перед микрофоном.
Майя нажала красную кнопку.
— Доброе утро, — сказал ведущий. — В нашей студии временно отключилось электричество, но районное радио вернулось в эфир благодаря переносному оборудованию и двум гостям, которые очень вовремя заметили заряженный аккумулятор.
Тим шёпотом спросил:
— Теперь можно говорить?
Лена показала на красную лампу.
— Теперь особенно нельзя.
Аркадий Львович улыбнулся и продолжил:
— А раз гости уже здесь, передаём им микрофон.
Лена оказалась готова. Она рассказала, куда приносить книги, какие издания нужны школьной библиотеке и почему не стоит отдавать учебник, если половина страниц использована для самолётиков.
Потом микрофон оказался у Тима.
— Приносите приключения, фантастику, книги о технике и хорошие детективы, — сказал он. — Плохие детективы тоже можно, но мы быстро поймём, что они плохие.
Лена толкнула его локтем.
— Это было официальное объявление? — спросил ведущий.
— Его живая часть, — ответила Лена.
Через четыре минуты в коридоре снова загудели компьютеры. Генератор всё-таки запустился после того, как дворник обнаружил закрытый топливный кран. Майя вернула основной пульт в работу, включила заставку и погоду.
Старое новогоднее поздравление так и не прозвучало.
Когда Тим и Лена уходили, Майя приклеила на серый аккумулятор бумажку: «ЗАРЯЖАТЬ ПОСЛЕ КАЖДОГО ВЫЕЗДА».
Ниже Тим добавил карандашом: «И ДО КАЖДОГО ИЮЛЯ».
Лена хотела стереть, но передумала. В конце концов, это была самая точная поправка за весь день.