В доме, где жила Лиза, было девять этажей и восемь кнопок в лифте.
Это казалось странным только тем, кто умел считать. Большинство жильцов нажимали свою кнопку и не задумывались. Лиза же однажды пересчитала этажи по лестнице, потом кнопки в лифте и вечером спросила у папы:
— А где девятый?
— Наверное, на ремонте, — сказал папа, не отрываясь от кастрюли с макаронами.
Ответ был совершенно бессмысленным. Этаж нельзя снять и отнести в ремонт, как ботинок. Лиза решила проверить сама.
На следующий день началась гроза. Ветер загнал во двор бумажные пакеты, ветки стучали по окнам, а лифт весь вечер ездил сам по себе. Он приезжал на шестой этаж пустым, открывал двери, ждал пять секунд и уезжал. В десять часов Лиза вышла вынести пакет с пластиком и увидела, что над кнопкой «8» загорелась тонкая зелёная черта.
Она нажала её.
Лифт вздрогнул и поехал вверх.
После восьмого этажа он не остановился. Цифра на табло исчезла. Кабина поднималась ещё секунд двадцать, хотя над восьмым этажом находилась только крыша.
Двери открылись в сад.
За порогом качались серебристые кусты, дорожки были покрыты белым гравием, а вместо забора вокруг сада лежали облака. Самые настоящие. Они медленно текли между клумбами и иногда переливались через край площадки.
— Закрывай! — крикнул кто-то.
Лиза отскочила. Из-за дерева выбежал мальчик в жёлтом дождевике. Он схватил створку лифта, но было поздно: в кабину влетел клубок облака. Лампочка мигнула, двери захлопнулись, и лифт уехал вниз.
— Отлично, — сказал мальчик. — Теперь у нас нет лифта.
— А ты кто?
— Тим. Я здесь поливаю дождь.
— Дождь поливают?
— А ты думала, он сам получается?
Тим говорил так сердито, будто Лиза должна была знать устройство облачных садов с детского сада.
Он отвёл её к круглому бассейну. В нём вместо воды лежала тёмная туча. Над бассейном вращались три медных колеса. Одно остановилось.
— Вот почему гроза застряла над вашим районом, — сказал Тим. — Ветер должен проталкивать тучу дальше. А колесо заклинило.
Гром ударил так близко, что гравий подпрыгнул.
Лиза присела.
— Тут безопасно?
— Пока молниеотводы работают. Но если вода поднимется до верхней дорожки, сад станет слишком тяжёлым.
— И что тогда?
Тим посмотрел на облака за краем.
— Опустится.
— На крышу?
— На весь квартал.
Лизе сразу расхотелось выяснять, как именно выглядит сад весом в несколько сотен тонн, падающий на девятиэтажный дом.
Они побежали к механизму. Колесо было выше Лизы. Между его зубьями застряла чёрная ветка, но дотянуться до неё мешали вспышки, пробегавшие по металлическим спицам.
— Руками нельзя, — сказал Тим. — Ударит.
— А палкой?
— Все деревья здесь проводят грозу.
Лиза огляделась. На краю клумбы лежал керамический совок.
— Это проводит?
Тим просиял.
Они привязали совок к длинному шлангу. Лиза забралась на каменную тумбу, Тим держал её за пояс. Ветер стал таким сильным, что кусты легли почти горизонтально. Где-то внизу завыла автомобильная сигнализация.
Совок дважды соскользнул. На третий раз Лиза подцепила ветку.
— Тяни!
Ветка вылетела. Колесо дёрнулось, сделало пол-оборота и снова остановилось.
— Там ещё что-то! — крикнула Лиза.
В зубьях блеснул металлический предмет.
Это был ключ.
Обычный квартирный ключ с синей пластиковой головкой.
— Откуда он здесь?
Тим побледнел.
— Это мой.
Он признался, что утром потерял ключ от технической двери. Искал в траве, в карманах, под бассейном, но никому не сказал. Боялся, что смотрительница сада запретит ему работать с дождевыми машинами.
— Значит, ветка ни при чём, — сказала Лиза.
— Ветка тоже мешала. Немного.
Гром прогремел ещё раз. Вода уже текла по белой дорожке.
Достать ключ совком не получалось: он лежал глубоко между зубьями. Тим показал на узкую площадку за колесом.
— Там есть аварийный рычаг. Он размыкает привод. Но до него надо пройти по мостку.
Мосток висел над бассейном с тучей.
Лиза посмотрела вниз. Туча клубилась, и внутри неё вспыхивали маленькие молнии. Это было похоже на огромного сердитого зверя, который дышит во сне.
— Я не пойду, — сказала она.
Тим кивнул.
— Я тоже боюсь.
Они постояли несколько секунд.
— Значит, пойдём вместе, — сказала Лиза.
Мосток был рассчитан на одного. Поэтому «вместе» означало: Лиза идёт впереди, Тим — в трёх шагах сзади и всё время говорит, куда ставить ногу.
На середине бассейна ветер ударил сбоку. Лиза вцепилась в перила. Внизу загрохотало. Ей хотелось закрыть глаза, но с закрытыми глазами мосток становился ещё страшнее.
— Смотри на рычаг! — крикнул Тим. — Только на рычаг!
Она посмотрела.
Красная ручка была уже близко.
Три шага. Два. Один.
Лиза дёрнула рычаг.
Колесо остановилось окончательно. Электрическое потрескивание исчезло. Тим просунул руку между зубьями и вытащил ключ.
— Теперь обратно!
— Нет, — сказала Лиза. — Сначала ключ.
Тим понял. Он вставил его в маленький замок на корпусе машины. Открылась крышка, внутри оказалась рукоятка ручного привода.
Они крутили её вдвоём. Колесо сначала сопротивлялось, потом пошло легче. Второе колесо подхватило движение, третье завертелось следом.
Тёмная туча в бассейне начала вытягиваться длинной лентой и уходить за край сада.
Через минуту гром отдалился.
Через две прекратился ливень.
А ещё через пять из облака у лифтовой шахты показалась кабина.
Двери открылись. Внутри стояла невысокая женщина в резиновых сапогах и держала гаечный ключ.
— Тимофей, — сказала она очень спокойно. — Где был ключ?
Тим глубоко вдохнул.
— В приводе. Я его уронил и не сказал.
Женщина посмотрела на мокрые дорожки, на Лизу, на остановленный аварийный рычаг.
— Понятно. Завтра будем разбирать колесо и проверять зубья.
Тим опустил голову.
— Меня больше сюда не пустят?
— Почему? Пустят. Но сначала ты неделю работаешь со мной, а не один. И научишься сообщать о потерянных инструментах раньше, чем они меняют погоду в половине города.
Она повернулась к Лизе.
— А тебе вниз.
— Я могу ещё прийти?
— Если увидишь зелёную кнопку. Она появляется только во время грозы.
Лиза вошла в лифт.
На первом этаже её встретил папа с мусорным пакетом.
— Ты где была? Я уже сам пошёл пластик выносить.
Лиза посмотрела на табло. Там снова было восемь кнопок.
— На девятом.
Папа вздохнул.
— Лиза, у нас восемь этажей.
— Я тоже раньше так думала.
Утром весь двор был усыпан мокрыми листьями. На асфальте блестели лужи, а на подоконнике Лиза нашла маленький белый камешек из облачного сада.
Она положила его в карман.
На всякий случай — до следующей грозы.