В конце августа сойка Рута завела себе город.
Никаких улиц, домов и фонарей в нём не было. Город состоял из мест, куда Рута прятала жёлуди.
Один — под корнем старой липы. Два — возле плоского камня. Ещё три — в мху у забора. Самые хорошие она несла дальше, за детскую площадку, туда, где земля была мягкой и пахла грибами.
— Ты опять всё растащишь и забудешь, — сказал белка Тишка.
Он сидел на ветке вниз головой и грыз орех.
— Я не забываю, — ответила Рута.
— В прошлом году ты искала жёлудь под урной.
— Потому что урну переставили.
— Жёлудь был в пяти метрах от неё.
— Именно. Урну переставили очень далеко.
Тишка спрыгнул на ствол.
— А зачем тебе столько?
Рута посмотрела на дуб у пруда. Под ним лежали сотни желудей. Большинство зимой съедят мыши, белки, кабаны в дальнем лесу и сами сойки. Часть сгниёт. Несколько прорастут там, где им повезёт.
Сойка не рассчитывала на везение. Она делала запасы.
За день Рута могла спрятать десятки желудей. Некоторые она помнила по форме корня, некоторые — по камню рядом, некоторые — по тому, как падал свет между ветками. Если зимой выпадал снег, город становился невидимым, но не исчезал.
В сентябре в парк пришли люди в оранжевых жилетах.
Они поставили сетчатый забор, привезли маленький трактор и начали переделывать дорожку у пруда.
— Вот, — сказал Тишка. — Теперь твой город точно снесут.
Рута сидела на фонаре и смотрела вниз.
Рабочие сняли старый асфальт, выкопали канаву для воды и сложили землю длинными тёмными валами. Три Рутиных тайника оказались прямо под будущей дорожкой.
Она забрала оттуда жёлуди вечером, когда техника уехала.
Четвёртый тайник находился у куста шиповника. Его Рута тоже решила перенести.
Жёлудя не было.
Она раскопала листья глубже.
Ничего.
— Тишка!
Белка появилась быстро, что уже выглядело подозрительно.
— Что?
— Здесь был жёлудь.
— Здесь много чего было.
— Большой. Тёмный. С полоской.
— Очень подробный портрет.
— Ты его взял?
Тишка оскорбился так сильно, что перестал жевать.
— Я беру орехи. Иногда семечки. Один раз взял сухарь, но пожалел. Твои жёлуди мне без надобности.
На следующий день пропал ещё один.
Потом ещё два.
Рута начала следить.
Она спряталась в густой рябине и целое утро смотрела на землю. Приходили голуби. Пробежала собака. Прошёл дворник с метлой. Тишка дважды показался на соседнем дереве и оба раза демонстративно ел орех.
Никто не раскапывал тайники.
А жёлуди исчезали.
— Они уходят ночью, — сказал Тишка.
— Жёлуди не ходят.
— Тогда очень медленно ползут.
— Тоже нет.
— Значит, это скучная загадка.
Рута решила проверить не жёлуди, а землю.
У одного тайника листья лежали так же, как вчера, но рядом появилась узкая бороздка. Словно по земле провели пальцем. Бороздка тянулась к ограждённой дорожке.
За сеткой рабочие насыпали свежую землю в деревянные ящики. В них должны были посадить кусты.
Рута перелетела через забор.
В первом ящике ничего интересного не было. Во втором торчала пластиковая табличка. В третьем Рута увидела знакомый тёмный жёлудь с полоской.
Он лежал на поверхности.
— Нашла! — крикнула она.
Тишка, конечно, уже сидел на заборе.
— Он сам пришёл?
Рута посмотрела вокруг.
Нет. Сам он прийти не мог.
Зато рядом лежал ком старой земли, скреплённый корнями травы.
Рабочие не брали землю из одного места. Когда копали канаву, часть почвы складывали в кучу, а потом переносили в ящики для новых посадок. Вместе с землёй переехали мелкие камни, корешки и Рутины жёлуди.
— То есть твой город переселили, — сказал Тишка.
— Без объявления.
— Люди часто так делают.
Рута перелетела к другому ящику и стала разгребать листья. Там нашёлся второй жёлудь. Третий она не увидела.
Зато заметила что-то зелёное.
Из земли торчал тонкий стебелёк с двумя листьями.
— Это сорняк, — сказал Тишка.
Рута наклонила голову.
У основания стебля из земли выглядывала коричневая скорлупа жёлудя.
— Это дуб.
Тишка спрыгнул ближе.
— Маленький.
— Пока да.
Рута никогда раньше не думала о своих тайниках после весны. Зимой тайник был запасом. Если жёлудь оставался несъеденным, весной он переставал быть запасом и становился чем-то другим.
Она обошла все ящики.
Нашла ещё два проростка.
Рабочие их не заметили. На следующий день в ящики начали сажать кусты, и один маленький дуб едва не оказался под лопатой.
Рута подняла такой шум, что люди остановились.
— Что она там орёт? — спросил молодой рабочий.
Женщина в зелёной куртке, которая руководила посадками, присела.
— Погоди. Тут сеянец дуба.
Она осторожно вынула его вместе с комом земли.
— Откуда он здесь взялся?
— Землю же с той стороны таскали, — сказал рабочий.
Женщина посмотрела на второй ящик и нашла ещё один.
— Эти перенесём к питомнику. Здесь им тесно будет.
Рута летела над тележкой до самого дальнего края парка.
Питомник оказался не магазином и не домом для щенков, как предположил Тишка. Это был небольшой огороженный участок, где выращивали молодые деревья перед посадкой.
Три маленьких дуба поставили в ряд.
Рута села на сетку.
— Вот теперь это город, — сказала она.
— Три палочки?
— Три дуба.
— Пока три палочки.
Рута не спорила.
Осенью она продолжала делать запасы, но изменила карту. Под будущими дорожками больше не прятала. Возле мест, где часто копали люди, тоже. Зато нашла дальний склон, заросший травой, и старую поляну за ручьём.
Тишка наблюдал за ней несколько дней.
— Ты теперь выращиваешь лес?
— Я прячу еду.
— Но выбираешь места, где жёлуди могут вырасти.
— Это совпадение.
— Очень удобное.
Зимой снег лёг толстым слоем. Рута находила далеко не все тайники. Иногда она садилась на ветку, смотрела на белую землю и точно знала: здесь было что-то важное, но где именно — непонятно.
Тишка однажды увидел, как она безуспешно копает сугроб.
— Не забываешь, говорила?
— Я помню район.
— Великолепно.
Весной в питомнике распустились листья на трёх молодых дубах. Один оказался слабым, зато два вытянулись почти до колена взрослого человека.
Женщина в зелёной куртке принесла таблички.
На первой написала: «Дуб черешчатый. Сеянец».
На второй — то же самое.
Рута была возмущена.
— И всё?
Тишка сидел рядом.
— А что ты хотела?
— «Основан Рутой». Или хотя бы «Найден в городе семян».
— Они не знают про город.
В мае один дуб посадили у новой дорожки — не рядом с прудом, а на высоком месте, где после дождя не стояла вода. Второй уехал в школьный двор.
Рута проводила тележку до ворот парка.
— Ну вот, — сказал Тишка. — Город развалился.
Рута посмотрела на молодой дуб у дорожки, потом на ворота, за которыми исчез второй.
— Наоборот.
Летом у старого дуба снова появились маленькие зелёные жёлуди.
Рута дождалась августа.
Выбрала самый тяжёлый, отнесла его далеко от пруда и спрятала под корнем липы.
Потом задумалась, выкопала обратно и перелетела на высокий склон.
— Опять карту меняешь? — крикнул Тишка.
— Нет.
— А что?
Рута аккуратно прикрыла жёлудь листьями.
— Расширяю город.