После ночного ливня лес пах мокрой корой и песком. На входе в заказник стояла табличка: «Маршрут открыт. На участке у ручья возможны изменения».
Катя прочитала её дважды.
— Что значит «изменения»? — спросила она.
— Значит, вчера маршрут был одним, а сегодня природа могла немного его передвинуть, — ответил папа.
— Природа не умеет передвигать таблички.
— А вот ручьи умеют передвигать песок, ветки и иногда целые брёвна.
У стойки с картами сидела инспектор заказника Лариса Павловна. Катя взяла бумажную схему маршрута.
— Синяя тропа идёт до смотровой площадки?
— Да. Но если увидите красную ленту поперёк дорожки, дальше не идите. После дождя мы проверяем мостки.
— А если синяя метка показывает прямо за красную ленту?
Лариса Павловна посмотрела на неё внимательнее.
— Тогда верьте ленте и возвращайтесь. Метку могло развернуть или уронить.
Первые два километра всё было обычно. Синие прямоугольники на деревьях появлялись через каждые несколько минут. Тропа шла между соснами, потом спустилась к заболоченной низине по деревянному настилу.
У ручья Катя остановилась.
— Пап, смотри.
На развилке стоял невысокий столбик с синей стрелкой. Стрелка показывала налево, туда, где между кустами блестела вода.
Направо уходила сухая тропа без метки.
— По карте мы должны идти налево, — сказал папа.
— Но здесь раньше был мостик?
Они подошли ближе, не сходя с сухого края. Вода была шире, чем ручей на карте. Поперёк неё лежали две мокрые доски, но одна съехала вниз по течению и застряла у куста.
На дальнем берегу виднелся ещё один синий знак.
— Получается, маршрут действительно там, — сказал папа.
Катя посмотрела на столбик.
— А почему он наклонён?
Столбик стоял не вертикально, а под углом. Земля вокруг была свежая, рыхлая, с полосами от воды.
— Его могло подмыть.
Катя достала телефон.
— Сфотографирую.
— Только с тропы.
— Я и не собиралась лезть в ручей.
Они вернулись к развилке.
— Что делаем? — спросил папа.
— Назад.
— Даже не проверим правую дорожку?
— Лариса Павловна сказала: если маршрут неясен, возвращаться. Правая дорожка на карте вообще не обозначена.
На обратном пути они встретили пожилую пару.
— До площадки далеко? — спросил мужчина.
— Маршрут у ручья повреждён, — сказала Катя. — Мостик частично смыло. Мы возвращаемся.
— А обойти можно?
Катя показала на карту.
— Мы не знаем. Лучше спросить у инспектора.
Женщина кивнула:
— Тогда идём вместе обратно.
У входа Лариса Павловна увидела фотографию и сразу позвонила по рации.
— Сергей, синяя тропа, ручей после третьего километра. Столбик наклонён, мостки разошлись. Нужна проверка.
Из рации ответил голос:
— Принял. Через десять минут выхожу.
— Вы уже знали про мостик? — спросила Катя.
— Знали, что вода поднялась. Утром он ещё был цел, поэтому маршрут оставили открытым. После ливня уровень иногда меняется даже через несколько часов.
— А правый путь на развилке куда ведёт?
— Это старая лесохозяйственная дорога. На туристической карте её нет, потому что она заканчивается у вырубки и к смотровой площадке не выводит.
— Хорошо, что мы не пошли.
— Очень хорошо.
Катя положила карту на стойку.
— А почему синяя стрелка показывала правильно, если столбик упал?
— Он ещё не упал. Но мог повернуться. Покажи фотографию крупнее.
Они увеличили снимок.
На столбике была светлая полоска земли примерно в десяти сантиметрах над почвой.
— Видишь? — спросила Лариса Павловна. — Обычно эта часть была в земле.
— Значит, его вымыло наружу.
— Да. И если вода ещё поднимется, столбик может совсем лечь.
Через двадцать минут вернулся Сергей — молодой инспектор в резиновых сапогах. На плече у него висела сумка с лентой и инструментами.
— Мосток закрываем, — сказал он. — Одна опора ушла в грунт. До ремонта ходить нельзя.
— А маршрут можно провести по другой стороне? — спросила Катя.
— Можно, но не по той правой дорожке. Есть обход выше по склону. Он длиннее примерно на восемьсот метров.
Лариса Павловна открыла служебную карту на планшете.
— Вот он. Старый противопожарный проезд, потом просека и выход обратно к синей тропе.
— Почему его нет на нашей карте?
— Потому что обычно он не нужен туристам. Но как временный обход годится. Сначала мы должны его проверить: нет ли поваленных деревьев, размыва или других проблем.
Сергей посмотрел на Катю.
— Хочешь увидеть, как меняют маршрут?
Катя сразу сказала:
— Да.
Папа поднял бровь.
— Если это безопасно и официально.
— Только первая часть, — ответила Лариса Павловна. — Вы пойдёте с нами до начала обхода. Дальше Сергей проверит сам, а вы вернётесь.
Они снова вошли в лес, теперь вместе с инспекторами. У развилки Сергей натянул красную ленту поперёк старого направления и прикрепил табличку: «Проход закрыт. Размыв мостков».
— Почему просто не снять синюю стрелку? — спросила Катя.
— Потому что завтра её снова придётся ставить, — ответил он. — И потому что человек, который уже шёл по синей метке, должен понять: маршрут не исчез, а временно закрыт.
— Тогда нужно показать, куда идти вместо него.
— Верно. Но только после проверки обхода.
Они поднялись метров на двести выше по склону. Там Сергей показал широкую полосу между деревьями.
— Это противопожарный проезд. По нему может пройти техника, если в лесу пожар. Поэтому он шире обычной тропы.
— А туристам по нему можно?
— Когда мы официально включим его в обход — можно.
Лариса Павловна прикрепила временную жёлтую стрелку на дерево.
— Жёлтая — это новый маршрут?
— Временное направление. Синие метки мы не меняем, чтобы потом не путаться.
— Получается, цвет говорит не только «куда идти», но и «какой это маршрут».
— Именно.
У следующего поворота они остановились.
— Дальше вы возвращаетесь, — сказал Сергей. — Я пройду весь обход до соединения с синей тропой.
Катя посмотрела вперёд.
— А если там дерево поперёк дороги?
— Тогда или уберём его, если это безопасно и разрешено, или выберем другой вариант.
— А если другой вариант длиннее?
— Длина не главное. Главное, чтобы маршрут был понятным и безопасным.
— А если люди всё равно полезут через ручей?
Лариса Павловна вздохнула:
— Некоторые пытаются. Поэтому одной ленты мало. Нужны предупреждения на входе, на развилке и на карте дня.
Вернувшись к стойке, Катя помогла написать текст для новой таблички. Первый вариант был длинным:
«В связи с повреждением деревянных мостков вследствие повышения уровня воды после сильных осадков участок синего маршрута временно закрыт».
Катя прочитала и сказала:
— Пока человек дочитает, он уже забудет начало.
Лариса Павловна улыбнулась.
— Предлагай.
Катя написала:
«СИНИЙ МАРШРУТ: МОСТОК ЗАКРЫТ. ИДИТЕ ПО ЖЁЛТЫМ СТРЕЛКАМ. ОБХОД +800 М».
— Так лучше, — сказал папа.
— Добавим дату и время проверки, — сказала инспектор. — Чтобы посетители понимали, что информация сегодняшняя.
Через час Сергей сообщил по рации:
— Обход проверен. Проход свободен. Один мокрый участок, но твёрдый. Жёлтые метки поставил до соединения с синей тропой.
Лариса Павловна обновила табличку у входа.
— Теперь маршрут снова открыт полностью, только длиннее.
Катя посмотрела на часы.
— Мы успеем пройти?
Папа посмотрел на карту.
— Если не будем останавливаться у каждого столбика на десятиминутное расследование.
— Но теперь столбики официальные.
— Это сильно ускоряет дело.
На этот раз у ручья они повернули по жёлтым стрелкам. Обход шёл выше, через сухой сосновый склон. Через двадцать минут тропа снова встретилась с синими метками.
На месте соединения висела табличка: «Конец временного обхода».
Катя остановилась.
— Всё. Теперь понятно.
— Что именно? — спросил папа.
— Утром я думала, что маршрут — это линия на карте. А это ещё и люди, которые проверяют, можно ли по этой линии сегодня идти.
— Запишем как умную мысль дня?
— Нет. Лучше сфотографируем смотровую площадку.
До неё оставалось всего пять минут.
Когда они вернулись вечером, возле стойки уже висела новая распечатанная схема с жёлтым обходом. Рядом лежала старая карта с пометкой «не выдавать до ремонта мостков».
Лариса Павловна увидела Катю и сказала:
— Ваше фото сегодня пригодилось.
— Мостик завтра починят?
— Сначала вода спадёт. Потом проверим опоры. Если грунт размыло сильно, понадобится больше времени.
— А жёлтые стрелки останутся?
— Пока старый путь снова не станет безопасным.
Катя кивнула и положила свою утреннюю карту на стойку.
— Эту тоже лучше не выдавать.
Лариса Павловна перечеркнула на ней участок у ручья и написала: «устарела 07.08, 12:10».
— Теперь можно оставить как пример.
Катя посмотрела на зачёркнутую синюю линию.
— Вот теперь карта честная.
— На сегодня, — уточнила Лариса Павловна.
— На сегодня, — согласилась Катя.