Катя первой заметила, что синяя метка на камне стоит уже в воде.
— Стоп, — сказала она.
Идущий впереди инспектор заповедника Артём Сергеевич поднял руку, и вся группа остановилась на деревянном настиле. До смотровой вышки оставалось меньше километра. Слева тянулись серые камни, справа — низкая трава солончака, а впереди дорожка ныряла между валунами к узкому мысу.
Утром здесь было сухо.
Катя точно помнила: на схеме у входа этот участок назывался «нижней тропой», и рядом была нарисована маленькая волна с цифрами времени. Она тогда ещё спросила, зачем у пешеходной тропы расписание.
— Потому что море тоже ходит по расписанию, — ответил Артём Сергеевич. — Только иногда опаздывает, а иногда приходит чуть раньше.
Теперь море явно пришло раньше.
Инспектор достал из кармана сложенный лист.
— По таблице высокий уровень через сорок минут.
— А там уже вода, — сказала Катя.
— Вижу.
Никто не стал проверять глубину ногой. Это было первое правило, которое им объяснили у визит-центра: если прилив перекрыл низкий участок, назад к воде не спускаются и коротких путей по камням не ищут.
Позади зашуршали куртки.
— Мы что, не дойдём до вышки? — спросил Егор.
— Дойдём, если верхняя тропа открыта, — сказал Артём Сергеевич. — Но сначала надо вернуться к развилке.
Они развернулись. Катя шла второй и считала метки. Синие кружки на камнях сменились жёлтыми столбиками. У восьмого столбика должна была быть развилка.
Столбик оказался на месте. Указатель — тоже. Но стрелка «Верхняя тропа» лежала на земле.
Её крепёж вырвало ветром, и теперь деревянная дощечка показывала в кусты совершенно без всякой ответственности.
— Прекрасно, — сказал Егор. — Море съело одну дорогу, ветер вторую.
— Дорогу ветер не съел, — ответила Катя. — Только стрелку.
Артём Сергеевич присел у столба.
— Верно. И направление нам придётся восстановить без неё.
На схеме верхняя тропа отходила от нижней почти под прямым углом, поднималась на гряду и потом шла вдоль старой каменной ограды. Но вокруг развилки было три похожих прохода: один уходил к кустам, второй к небольшому подъёму, третий к серому домику, видневшемуся между соснами.
— Домик на карте есть? — спросила Катя.
Все склонились над листом.
Домик был. Насосная станция, маленький чёрный прямоугольник.
— Значит, этот проход ведёт к ней, — Катя показала вправо. — Его вычёркиваем.
— Не вычёркиваем, а исключаем, — поправил Артём Сергеевич. — Карта нам ещё пригодится.
Егор фыркнул:
— Очень важное различие.
— Когда карта одна — важное.
Осталось два прохода.
Катя посмотрела на землю. Один был широкий и утоптанный, другой — узкий, с редкими плоскими камнями.
— Верхняя тропа должна подниматься, — сказала она.
— Обе поднимаются, — заметил Егор.
Это было неприятно, потому что он был прав.
Ветер принёс запах водорослей. Снизу уже слышалось ровное шуршание воды по камням.
Артём Сергеевич достал маленький компас.
— На схеме гряда идёт на северо-запад.
Широкая тропа уходила почти на север. Узкая — западнее.
— Значит, узкая? — спросила Катя.
— Пока только похоже.
Он показал на карте пунктир. Через сто пятьдесят метров верхняя тропа пересекала старую ограду.
— Ищем ограду. Если её нет — возвращаемся сюда.
Они пошли по узкой тропе.
Первые пятьдесят метров она была почти незаметна. Катя видела только светлые камни среди травы. Потом появились два жёлтых столбика, но без номеров. Егор обрадовался раньше времени.
— Вот! Всё.
— Не всё, — сказала Катя. — Столбики могли быть от старой разметки.
— Ты сегодня решила не радоваться вообще?
— Я радуюсь оградам.
Через минуту они увидели её: низкую стенку из тёмных камней, поросшую лишайником.
Катя действительно обрадовалась.
На стенке была прикручена новая табличка: «Верхняя тропа. До вышки 1,3 км».
— Поздравляю, — сказал Егор. — Твоя ограда победила.
Но дальше оказалось сложнее.
Тропа шла высоко, и прилив ей не мешал, зато ночной ветер свалил поперёк дорожки тонкую сосну. Под стволом можно было бы пролезть, но ветки лежали густо, а справа начинался крутой мокрый склон.
Артём Сергеевич снова остановил группу.
— Здесь не перелезаем.
— Она же маленькая, — сказал кто-то сзади.
— Маленькая сосна может отлично отправить человека вниз по мокрой траве. Обходим только по размеченному ответвлению.
Ответвление нашлось в двадцати шагах назад. Оно вело к старой служебной дороге и возвращалось на тропу через двести метров.
Катя посмотрела на часы. Если бы они продолжили по нижней дорожке и попробовали торопиться, сейчас были бы как раз возле мыса, где вода уже закрывала камни.
От этой мысли ей стало не страшно, а очень ясно: короткая дорога перестала быть короткой в тот момент, когда море накрыло синюю метку.
На служебной дороге идти было легко. Егор даже начал насвистывать.
— Только не говори, что сейчас прилетит орёл и унесёт указатель, — сказал он.
— Здесь нет орлов такого размера.
— Отлично. Значит, только обычные проблемы.
Обычная проблема появилась через десять минут: дорога раздваивалась, а жёлтой метки не было.
Катя уже потянулась к карте, но Артём Сергеевич остановил её:
— Сначала смотрим вокруг.
Справа стоял деревянный столб с выцветшей цифрой 14. На схеме служебные столбы тоже были отмечены, но очень мелко.
Катя нашла четырнадцатый.
— Нам налево. Правый путь идёт к складу оборудования.
— Теперь карта снова умная, — сказал Егор.
— Она всё время была умная.
— А стрелка?
— Стрелка была отдельная.
Они вышли к вышке со стороны леса.
Снизу, где проходила нижняя тропа, море уже лежало широкой блестящей полосой. Синий камень, возле которого Катя остановила группу, исчез совсем. Торчала только верхушка соседнего валуна.
На площадке вышки стояла труба для наблюдения за птицами. В дальнем конце залива на мелководье кормились кулики. Артём Сергеевич показал, как наводить трубу: сначала находишь птицу глазами, потом уже подводишь к ней объектив, иначе в круглом поле зрения можно долго изучать совершенно пустую воду.
Катя нашла стайку с третьей попытки.
Егор — с шестой.
— Они всё-таки пришли по расписанию, — сказал он.
— Кто?
— Птицы.
— Это мы пришли вокруг.
Назад они пошли только по верхней тропе. Возле упавшей стрелки Артём Сергеевич достал из рюкзака два пластиковых хомута и закрепил дощечку на столбе временно, ровно в нужную сторону. Потом сфотографировал крепление и отправил сообщение дежурному инспектору: указатель требовал нормального ремонта.
У входа в заповедник Катя снова увидела большую схему.
Утренняя синяя линия казалась на ней совсем короткой.
Она подошла к доске и прочитала примечание, которое утром пропустила: «При перекрытии нижней тропы используйте верхний маршрут. Не выходите на осушку и камни».
Егор встал рядом.
— Это ты сейчас собираешься сказать: «Я же говорила»?
Катя подумала.
— Нет. Я собираюсь сказать, что стрелку надо крепить двумя болтами.
Артём Сергеевич, проходя мимо, услышал.
— Завтра будут четыре.
И вот этому Катя обрадовалась сразу.