На берегу Белого моря стояла старая сигнальная башня.
Она была невысокая — всего три этажа, — но из-за голого каменистого берега казалась почти маяком. На крыше торчала металлическая рама с двумя длинными крыльями. Когда-то этими крыльями подавали сигналы кораблям.
Теперь башня принадлежала биологической станции. Внизу хранили спасательные жилеты и ящики с приборами, на втором этаже стояла метеостанция, а наверху был маленький круглый зал с окнами во все стороны.
В августе туда приехала Вика с мамой.
Мама изучала морских птиц. Вика должна была помогать записывать номера колец на лапках чаек и не уходить одна к воде.
Первые два дня она честно выполняла оба условия.
На третий день заметила, что крылья старого семафора двигаются.
Ветра не было.
Одно крыло поднялось вверх, второе повернулось в сторону моря.
Потом оба замерли.
— Мам, семафор работает?
— Нет. Механизм заклинило ещё до моего первого приезда.
— А он сегодня двигался.
Мама посмотрела на крышу.
— Ветер.
— Ветра нет.
— На высоте есть.
Вика не стала спорить.
Вечером она нашла в старом журнале станции рисунки положений семафорных крыльев. Каждый жест означал букву или короткий сигнал.
Она зарисовала положение, которое видела утром.
Получилось: «О».
На следующий день семафор показал ещё две буквы.
«С».
«Т».
Вика записала их.
К вечеру получилось слово:
ОСТРОВ.
Это было уже слишком длинно для случайного ветра.
Она поднялась на верхний этаж башни.
Там пахло пылью, морем и железом. Посередине стоял большой рычаг, соединённый тягами с крышей. Рычаг был перевязан ржавой цепью.
Вика попробовала его.
Он не сдвинулся.
На столе лежал старый журнал сигналиста.
Последняя запись была сделана много лет назад:
«Система выведена из эксплуатации. Северный знак оставить в нулевом положении».
Ни слова про остров.
Вечером семафор снова задвигался.
ОСТРОВ 4.
На карте рядом со станцией было несколько островов. Самый близкий назывался Каменный, дальше лежал Чаячий, ещё дальше — маленькая безымянная скала.
Четвёртого острова не было.
— Ты уверена, что правильно читаешь? — спросила мама, когда Вика наконец рассказала.
— Да.
Мама не засмеялась.
Она взяла записи и старую таблицу сигналов.
— «Остров четыре» может означать не номер острова. В старых журналах станции были условные обозначения участков.
Они пошли в архивную комнату.
Там нашлась карта пятидесятилетней давности.
На ней акватория была разбита на квадраты.
Остров-4 действительно существовал.
Это был служебный код маленькой скалы на севере.
— Сейчас она называется Круглая, — сказала мама.
— Что там?
— Почти ничего. Камни, колония крачек, автоматический датчик температуры.
Семафор снова показал сигнал ночью.
На этот раз Вика разбудила маму.
Крылья двигались медленно, с тяжёлым металлическим скрипом.
ОСТРОВ 4.
ПТИЦЫ.
Вика почувствовала, как внутри всё сжалось.
— С ними что-то случилось?
Мама уже надевала куртку.
— Не знаем.
На лодке ночью идти было нельзя. Поднялся туман.
Они позвонили дежурному инспектору заповедника.
Тот пообещал проверить остров утром.
Вика почти не спала.
Ей представлялись птицы, застрявшие в сетях, разлив топлива, шторм, неизвестная болезнь.
На рассвете семафор показал:
ВОДА.
— Может, их затапливает? — спросила Вика.
Мама посмотрела на прогноз.
— Прилив высокий, но не настолько.
Инспектор приехал к восьми. С ним был катер.
Вику сначала не хотели брать.
— Я первая увидела сигнал!
— Это не аргумент безопасности, — сказала мама.
Вика уже открыла рот, но закрыла.
Мама была права.
Тогда она принесла спасательный жилет, надела его и сказала:
— Я буду сидеть там, где скажете. И ничего не трогать.
Инспектор посмотрел на маму.
Мама вздохнула.
— Хорошо. Но одно нарушение — возвращаемся.
Море было серое и спокойное.
Круглая оказалась низкой скалой, покрытой травой и белыми пятнами птичьего помёта.
Крачки кружили над берегом.
— На первый взгляд всё нормально, — сказал инспектор.
Потом Вика увидела воду.
Посреди острова была большая лужа.
В ней плавали пластиковые детали.
— Датчик!
Автоматическая метеостанция стояла накренившись. Один крепёж вырвало. Корпус открылся, внутрь попала вода.
— И что? — спросила Вика. — Семафор звал из-за сломанного датчика?
Мама присела рядом.
— Похоже.
Вика почувствовала разочарование.
Она ждала тайну, спасение птиц, важное происшествие.
А нашла мокрую коробку.
Инспектор тем временем открыл корпус.
— Странно.
— Что?
— Передатчик отключился три дня назад.
Вика посмотрела на семафор.
Башни отсюда почти не было видно.
— Тогда откуда она знала?
Мама ничего не ответила.
Они заменили аккумулятор, высушили контакты, укрепили стойку.
Потом Вика заметила вокруг лужи мелкие следы.
Птенцы крачек.
— Они сюда ходят?
— Пьют, наверное, — сказала мама.
Но морскую воду птицы могли использовать иначе, а эта лужа была пресной после дождя.
Вика присела.
В воде блестела тонкая радужная плёнка.
— Мам.
Мама сразу стала серьёзной.
Оказалось, из повреждённого прибора вытекла небольшая порция технической жидкости.
Не катастрофа. Но если бы устройство ещё несколько недель разрушалось под дождями, загрязнение могло увеличиться.
Инспектор убрал прибор целиком. Воду из углубления откачали в ёмкости, верхний загрязнённый слой грунта собрали.
— Значит, всё-таки птицы, — сказала Вика.
— Значит, всё-таки вовремя, — ответила мама.
Когда они вернулись, семафор стоял неподвижно.
Вика поднялась наверх.
Цепь на рычаге была цела.
Ржавчина тоже.
Она внимательно осмотрела механизм и нашла тонкий кабель, уходящий в стену.
— Мам!
Пришёл инженер станции.
Кабель оказался старой экспериментальной системой дистанционного управления.
— Этого не может быть, — сказал он. — Её отключили лет тридцать назад.
Они нашли схему.
Когда-то автоматические датчики на островах могли подавать аварийные сигналы на башню. Не буквами, а несколькими стандартными положениями.
— Но он показал слова, — сказала Вика.
Инженер пожал плечами.
— Система не умела показывать слова.
— А могла случайно?
— Три дня подряд? В правильном порядке?
— Тогда что произошло?
Он посмотрел на цепь.
— Я предпочитаю задачи, у которых есть инструкция.
Следующие два дня семафор молчал.
Перед отъездом Вика поднялась попрощаться.
Море было синее, дальние острова — почти чёрные.
Крыло семафора медленно поднялось.
Потом второе.
Вика достала таблицу.
Спасибо.
Она не испугалась.
— Пожалуйста, — сказала Вика.
Семафор повернулся ещё раз.
Теперь получилось:
ПЯТЬ.
— Что пять?
Он повторил:
ПЯТЬ.
Вика вздохнула.
— Только не сегодня. Мы уезжаем через час.
Снизу крикнула мама:
— Вика! Помоги с коробками!
— Иду!
Она уже спускалась, когда металлические крылья снова скрипнули.
ПЯТЬ.
В машине Вика открыла старую карту.
Нашла обозначение «Остров-5».
И засмеялась.
— Что? — спросила мама.
— Ничего.
— Это опасное «ничего»?
— Пока нет.
Остров-5 был материковым мысом прямо напротив станции.
На нём стоял домик смотрителя.
А возле домика на старой карте была нарисована маленькая звёздочка и подпись:
«Запасной сигнальный пост».
Вика закрыла карту.
У следующего августа, похоже, уже были планы.