— Их пятьдесят две.
— Пятьдесят.
— Я умею считать до пятидесяти двух, Миша.
— А я умею читать накладную. Здесь написано: пятьдесят белых гвоздик.
Так началось самое шумное утро Лады и Миши на цветочном рынке.
Они приехали помогать тёте Оксане всего на два часа. Тётя Оксана собирала букеты для школьного праздника и обещала потом отвезти их завтракать в кафе. План казался простым: взять на складе заказ, загрузить коробки в машину и уехать.
Проблема стояла в синем пластиковом ведре.
В нём было пятьдесят две белые гвоздики.
— Может, две подарочные, — сказала Лада.
— Склады не дарят цветы просто за красивые глаза.
— У меня красивые.
— У меня тоже. Но накладная всё равно на пятьдесят.
Тётя Оксана уже разговаривала с кладовщицей у соседнего ряда. Лада вытащила один цветок и посмотрела на резинку, которой был стянут пучок.
— Тут двадцать пять.
— Откуда знаешь?
— На резинке бумажка.
Второй пучок тоже был по двадцать пять.
А две лишние гвоздики стояли отдельно.
— Значит, пятьдесят плюс две, — торжественно сказала Лада.
— Это я понял ещё три минуты назад.
— Тогда почему они здесь?
Миша поднял одну из лишних гвоздик. На стебле была тонкая жёлтая лента.
— А вот это уже улика.
— Ты слишком много смотришь детективов.
— А ты слишком мало смотришь на жёлтые ленты.
Они пошли к кладовщице.
— Эти две не наши? — спросил Миша.
Кладовщица взглянула на ленту и сразу нахмурилась.
— Жёлтая маркировка — заказ кафе «Лимон». У них сегодня пробная поставка. Где вы их взяли?
— В нашем ведре.
— Тогда у кого-то ещё чего-то не хватает.
Тётя Оксана проверила свои коробки. Пятьдесят белых гвоздик были на месте. Значит, их заказ был полным.
— Отнесём две обратно и поедем, — сказала она.
Но пройти обратно оказалось сложнее, чем сказать.
Утренний рынок уже проснулся окончательно. Между рядами катились тележки. Из холодильных камер выносили коробки с розами. Кто-то искал зелень, кто-то спорил о количестве упаковок, кто-то кричал: «Дорогу, вода!»
Лада держала две гвоздики высоко, чтобы их не помять.
— Мы похожи на очень маленькую демонстрацию.
— С лозунгом «Верните две гвоздики владельцу»?
— Именно.
У стойки заказов выяснилось, что кафе «Лимон» получило свой ящик десять минут назад.
— Значит, догоним, — сказал Миша.
— А если они уже уехали?
— Тогда сначала узнаем.
Это было разумно, и Лада не стала спорить.
Кладовщица нашла в журнале номер заказа. Курьер кафе ещё не отметился на выезде. Где-то на огромном рынке находилась тележка с жёлтой биркой.
— Разделимся? — предложила Лада.
— Нет. Потом будем искать ещё и друг друга.
Они пошли вдоль рядов вместе.
Первая жёлтая бирка оказалась на коробке лимонов.
— Очень смешно, — сказал Миша.
Вторая — на рулоне упаковочной бумаги.
Третью Лада увидела на тележке возле холодильной камеры.
— Стоять!
Курьер в зелёной куртке обернулся.
— Я и стою.
— У вас гвоздики?
— У меня всё.
— Возможно, не всё.
Курьер снял с тележки пластиковый контейнер и открыл крышку. Внутри лежали белые гвоздики, перевязанные жёлтыми лентами.
— Двадцать пачек по десять, — сказал он. — Двести.
Миша посмотрел на две гвоздики в руке Лады.
— Тогда у вас должно быть двести две.
— Почему?
— Потому что две случайно попали к нам.
Курьер рассмеялся.
— Нет, ребята. У меня заказ ровно двести. Если эти две мои, значит, в какой-то пачке восемь.
Все трое замолчали.
— Теперь придётся считать, — сказала Лада.
— Вот поэтому я и люблю накладные, — вздохнул Миша. — На бумаге всё уже посчитано.
Курьер снял пачки с тележки. На каждой была маленькая наклейка: 10. Они проверяли быстро. В первой было десять. Во второй десять. В третьей тоже.
На шестой пачке Лада сказала:
— Девять.
Миша пересчитал.
— Девять.
Курьер пересчитал.
— Девять.
— Тогда одна из наших двух сюда, — сказала Лада.
Они вложили цветок в пачку.
— Осталась ещё одна.
— Значит, есть ещё девятка, — сказал Миша.
Они дошли до тринадцатой пачки.
Там было одиннадцать.
— Прекрасно, — сказала Лада. — Теперь у нас не нехватка, а избыток.
— Подожди. Если здесь одиннадцать, а где-то девять, всё может снова стать ровно.
На пятнадцатой пачке оказалось девять.
Лада вложила последнюю лишнюю гвоздику туда.
Теперь общее количество в заказе кафе снова стало двести, но одна пачка всё ещё содержала одиннадцать.
— Один цветок гуляет между пачками, — сказал Миша.
— Он карьерист. Хочет работать сразу в двух местах.
Курьер уже смотрел на часы.
— Мне через пятнадцать минут выезжать.
— Мы почти закончили, — сказала Лада.
Они пересчитали оставшиеся пачки. Все были по десять.
— Значит, в тринадцатой лишний, — сказал Миша. — Но если его просто убрать, будет сто девяносто девять.
— Нет, — возразила Лада. — Мы добавили две. До этого было сто девяносто восемь плюс один лишний в тринадцатой. Получалось сто девяносто девять.
— Стоп.
Они начали считать заново, уже не пачки, а итог.
Девятнадцать правильных десятков дали сто девяносто. Одна пачка с одиннадцатью — итого двести один.
— Вот! — сказал Миша. — Значит, после наших двух добавлений одна пачка всё равно лишняя.
— То есть изначально здесь было сто девяносто девять, а две у нас — двести один.
Курьер почесал затылок.
— Тогда один цветок вообще не из моего заказа.
На лишней гвоздике жёлтой ленты не было.
Все посмотрели на неё.
— А вот и настоящий путешественник, — сказала Лада.
Они вернулись к стойке. Кладовщица увидела гвоздику без ленты и хлопнула ладонью по столу.
— Белая без маркировки! Это образец от поставщика. Утром стоял в стакане рядом с заказами.
— И решил присоединиться, — сказал Миша.
— Скорее, кто-то поставил стакан слишком близко к вашему ведру.
Кладовщица забрала образец, пересчитала заказ кафе ещё раз по пачкам и расписалась в журнале.
Тётя Оксана ждала рядом с машиной.
— Я начинаю подозревать, что две гвоздики можно возвращать дольше, чем пятьдесят покупать.
— Это была не просто доставка, — сказала Лада. — Это была инвентаризация.
— Это было арифметическое приключение, — поправил Миша.
— И кто победил?
Лада и Миша посмотрели друг на друга.
— Накладная, — сказали они одновременно.
В кафе они всё-таки успели. Тётя Оксана заказала им по большой булочке и какао.
Когда официантка поставила на стол три салфетки вместо двух, Миша сразу поднял палец.
— Нет.
— Что «нет»? — спросила Лада.
— Сегодня я ничего лишнего не возвращаю.
Лада забрала третью салфетку себе.
— Тогда я её официально принимаю по накладной.