В мастерской «Починим» по субботам пахло утюгом, шерстью и кофе из маленькой кружки мастера Ирины. На стене висели катушки ниток, коробочки с пуговицами и деревянные грибки для штопки. Их вставляли внутрь носка или рукава, чтобы ткань лежала ровно и игла не прихватывала второй слой.
Лёша пришёл туда со свитером.
Свитер был тёмно-синий, мягкий и совершенно обычный, если не считать дырки на левом локте. Дырка была размером с монету и выглядела так, будто кто-то очень терпеливо растягивал одну петлю за другой.
— Упал? — спросила Ирина.
— Нет.
— Зацепился?
— Тоже нет.
Лёша положил свитер на стол.
— Это дедушкин. Он его мне отдал. А дырка уже была.
Ирина не стала спрашивать, почему тогда дедушка сам её не зашил. Она только разровняла рукав ладонью и посмотрела на свет.
— Нитка здесь тонкая. Точно такой синей у нас нет.
Лёша оглянулся на полки.
Синих мотков было много: тёмные, светлые, сероватые, почти чёрные. Но рядом со свитером каждый оказывался немного неправильным.
— А если взять самый похожий?
— Можно.
Ирина положила три мотка на рукав.
При электрическом свете средний казался подходящим. У окна он вдруг стал фиолетовым.
— Будет видно, — сказал Лёша.
— Будет.
Он пришёл именно затем, чтобы дырки не было видно.
Свитер дедушка носил много лет. На фотографии с рыбалки он был в этом свитере. На другой фотографии — у дачного костра. Потом свитер стал дедушке тесен в плечах, а Лёше оказался почти впору. Только рукава пришлось один раз подвернуть.
Лёша представлял ремонт так: иголка ходит туда-сюда, дырка уменьшается и исчезает.
Но теперь выходило, что исчезнуть она не может.
Ирина открыла коробку с остатками пряжи.
— Есть другой способ. Не прятать ремонт.
Она достала клубок зелёной шерсти.
Лёша посмотрел на него.
— Очень другой способ.
— Очень.
Ирина объяснила не словами, а показала. Взяла старый тренировочный лоскут, в котором была прорезана дырочка, и натянула его на деревянный грибок. Сначала проложила несколько нитей поперёк отверстия, будто маленькие мостики. Потом стала проводить иглу поперёк этих нитей: над одной, под следующей, снова над.
Получилась крошечная тканая заплатка.
— Это не обычный шов, — сказал Лёша.
— Потому что здесь уже нечего сшивать край с краем. Мы строим новый кусочек.
Он потрогал образец пальцем. Заплатка была плотнее старой ткани.
— А почему зелёная?
— Чтобы никто не подумал, будто мы пытались спрятать и не получилось.
Лёша усмехнулся, но свитер к грибку не потянул.
В мастерскую вошла женщина с рюкзаком. Потом мальчик принёс куртку без кнопки. За соседним столом мужчина подшивал брюки. Работа шла вокруг спокойно, и никто не торопил Лёшу.
Он снова положил зелёный клубок на тёмно-синий рукав.
Цвет был не яркий. Скорее хвойный.
— Дедушка скажет, что я испортил.
— Это твой свитер? — спросила Ирина.
— Теперь мой.
— Тогда решать тебе. Но можно сначала сделать маленький образец на внутренней стороне подгиба. Увидишь, как цвет смотрится рядом.
Они выбрали место у самого низа. Лёша сам вдевал нитку в иголку три раза. Первые два раза кончик распушился, и нитка не попадала в ушко.
— Я могу, — сказала Ирина.
— Я тоже могу. Только не сразу.
На третий раз получилось.
Он сделал четыре коротких стежка. На тёмной шерсти зелёная нить выглядела спокойнее, чем на клубке.
Лёша поднял рукав к окну.
— Похоже на мох.
— Немного.
— Дедушка любит мох. В смысле в лесу. Не на одежде.
Ирина улыбнулась.
Дырку они начали укреплять с краёв. Несколько петель рядом уже были растянуты, и если сразу натянуть новые нити, отверстие стало бы больше. Лёша подхватывал иглой целые петли, а Ирина показывала, где лучше не тянуть.
— Слишком свободно?
— Сейчас чуть-чуть. Шерсть должна двигаться.
— А если затянуть?
— Локоть станет деревянный.
Это Лёша понял сразу. Он согнул руку и посмотрел, как ткань растягивается на его собственном локте.
Первые поперечные нити легли неровно. Одну пришлось вынуть.
— Можно оставить, — сказал он без уверенности.
— Можно. Но она собирает край.
Он вынул.
Вторая попытка получилась лучше.
Потом началось переплетение. Над, под, над, под. В следующем ряду порядок менялся, чтобы новая ткань держалась вместе.
Работа была медленной. Сначала Лёша постоянно путался. Потом пальцы запомнили движение.
За окном два раза проехал один и тот же автобус. Женщина с рюкзаком ушла. Мальчик получил куртку с новой кнопкой. Ирина успела выпить свой кофе и налить другой.
Зелёный прямоугольник рос.
Он вышел не совсем прямоугольным. Один угол был выше.
Лёша нахмурился.
— Криво.
Ирина посмотрела.
— Да.
Он ждал, что она сейчас предложит распустить всё.
— И что делать?
— Решить, мешает ли это.
Лёша надел свитер.
Заплатка оказалась как раз на локте. Когда рука висела свободно, зелёный кусочек был заметен. Когда Лёша сгибал локоть, он немного растягивался и становился похож на неправильный лист.
— Не мешает.
— Тогда можно закончить.
Края закрепили короткими стежками. Конец нитки Ирина показала, как спрятать внутрь вязания, чтобы не торчал узел.
Лёша снова надел свитер и долго смотрел в зеркало.
— Всё равно странно.
— Первый день почти любой заметный ремонт странный.
Он поднял левую руку. Потом правую.
— А на втором локте пусто.
— Это не причина делать там дырку, — сказала Ирина.
Лёша засмеялся.
Дома дедушка сидел на кухне и чистил яблоко длинной спиралью.
— Готов? — спросил он.
Лёша снял куртку.
Дедушка сразу увидел зелёный локоть.
Он не сказал ничего секунд пять. Потом попросил:
— Повернись.
Лёша повернулся.
— А сзади что-нибудь зелёное есть?
— Нет.
— Жаль. Можно было бы издалека узнавать.
— Тебе не нравится?
Дедушка положил нож.
— Я эту дырку два года собирался зашить. И всё хотел найти нитку точно в цвет.
Он потрогал заплатку большим пальцем.
— Не нашёл?
— Нашёл. Потом потерял. Потом снова нашёл и решил, что она всё-таки не того оттенка.
Лёша посмотрел на зелёный локоть.
— А я за один день сделал.
— Вот именно. Поэтому у тебя теперь свитер, а у меня два года был проект.
На следующий понедельник в школе никто не спросил, почему заплатка зелёная. Зато на перемене Саша из параллельного класса показал Лёше рукав своей толстовки.
— Смотри. Тут маленькая дырка. Такое можно?
Лёша осторожно растянул ткань пальцами.
— Можно. Только сначала край надо укрепить. И нитку не тяни сильно, а то локоть будет деревянный.
Он сказал это совершенно тем же голосом, каким Ирина говорила ему в мастерской, и сам это заметил.
После уроков Лёша зашёл в «Починим» вернуть иглу, которую случайно унёс в маленьком бумажном конверте.
Ирина посмотрела на свитер.
— Как живёт?
Лёша согнул руку.
Зелёный лист на локте согнулся вместе с ним.
— Работает.