В кладовке у бабушки всегда было прохладнее, чем в доме. Даже в августе там пахло досками, сухой мятой и чем-то сладким, будто прошлогоднее лето не ушло, а просто закрылось на полке вместе с вареньем.
Лида пришла за банкой вишни к блинам и уже потянулась к верхнему ряду, когда услышала короткое: пф-ф.
Она замерла.
На полке стояли одинаковые банки с красными крышками. Ни одна не двигалась. За стеной тикали кухонные часы.
Пф-ф.
Лида позвала: — Бабушка, у тебя варенье разговаривает.
— Если просит блинов, скажи, что сначала пусть помоет посуду, — отозвалась бабушка из кухни.
Лида присела. Звук шёл не сверху, а с нижней полки. Там стояли три банки абрикосового варенья. У средней крышка была чуть выпуклая, как маленький металлический купол.
Лида не стала трогать её. Весной они с папой накачивали велосипедную камеру, и Лида хорошо запомнила, как тонкая резина становилась твёрдой, когда внутри росло давление.
Бабушка пришла с полотенцем на плече.
— Вот эта, — показала Лида. — И крышка у неё не такая.
Бабушка присела рядом. — Верно. Не открываем здесь.
— Почему?
— Внутри что-то работает и делает газ. Может брызнуть. А главное — такое варенье без проверки есть нельзя.
Они отнесли банку на веранду и поставили в глубокий таз. Бабушка надела очки, Лиде дала кухонные перчатки и велела стоять сбоку.
— Но мы же не будем её взрывать? — спросила Лида.
— Если всё делать спокойно, ничего интересного для кино не получится.
Это Лиду устроило.
Бабушка очень медленно поддела крышку открывалкой. Раздался мягкий вздох, словно банка устала держать секрет. На поверхности варенья показались мелкие пузырьки.
Лида наклонилась, но бабушка остановила её ладонью: — Близко не нюхаем и тем более не пробуем.
— А что с ним случилось?
— Посмотрим сначала, почему только с одной банкой.
Они вернулись в кладовку. Лида решила, что расследование должно начинаться с места происшествия, хотя вслух этого не сказала. Она сняла с полки соседние банки и увидела на доске тёмное круглое пятно.
— Здесь мокро.
Бабушка провела пальцем по стене. Та была сухая.
Лида принялась смотреть внимательнее. На нижней полке банки стояли почти вплотную к задней стенке. В дальнем углу лежал сложенный бумажный пакет, а под ним — маленькая лужица.
— Откуда вода?
Над полкой проходила холодная металлическая труба. Сейчас она была сухой, но на нижней стороне висела прозрачная капля.
— Конденсат, — сказала бабушка и тут же провела пальцем по трубе. — Когда воздух тёплый и влажный, на холодной трубе собирается вода. Как на стакане с компотом из холодильника.
Лида сразу вспомнила летние кольца на кухонном столе.
Капля оторвалась и упала ровно туда, где раньше стояла подозрительная банка.
— Но вода была снаружи, — сказала Лида. — Как она залезла внутрь?
— Хороший вопрос. Сама банка целая. Значит, ищем ещё.
Они принесли все шесть банок абрикосового варенья на кухню и сравнили крышки.
Лида решила проверить ещё одну вещь. Она принесла фонарик и стала смотреть банки сбоку, на просвет. В одной старой банке смородины сахар осел светлыми кристаллами, но крышка была втянута и никаких пузырьков не было.
— Это тоже испортилось?
— Нет, — сказала бабушка. — Сахар иногда кристаллизуется. Вид неприятный, но причина другая.
— Значит, одного признака мало?
— Иногда хватает одного, чтобы банку не есть. Но чтобы понять причину, полезно собрать несколько.
Лида записала в блокнот: «выпуклая крышка», «пузырьки», «подтёк под крышкой». Рядом нарисовала трубу с каплей и отдельно поставила знак вопроса.
— А это зачем?
— Чтобы не обвинять трубу без доказательств.
Бабушка рассмеялась: — Справедливое следствие.
На пяти крышках в середине была заметная впадинка. Если на неё нажать, она не щёлкала. На шестой, той самой, крышка выгнулась.
Лида стала читать надписи на маленьких бумажках, приклеенных снизу: «12 июля», «12 июля», «13 июля».
— Эта тоже двенадцатого.
— Я тогда закрывала две партии, — вспомнила бабушка. — Одну утром, другую вечером.
Лида осмотрела резьбу банки. Под краем крышки темнела тонкая липкая полоска.
— Тут варенье вытекало?
Бабушка посмотрела и кивнула. — Скорее всего, край банки был испачкан, когда я закрывала. Крышка села не совсем герметично. Внутрь попал воздух, началось брожение. А мокрая полка тут просто совпала.
Лиде даже стало немного обидно за конденсат. Он выглядел очень виновато.
— То есть у нас было две загадки?
— Именно. И обе полезные.
Бабушка выбросила содержимое банки, а саму банку отложила для мытья и стерилизации. Остальные банки они проверили: крышки втянуты, подтёков нет, стекло целое.
Потом Лида взяла листок и написала крупно: «НЕ СТАВИТЬ ВПЛОТНУЮ К ТРУБЕ». Подумала и ниже добавила: «КРАЙ БАНКИ ПЕРЕД ЗАКРЫВАНИЕМ — ЧИСТЫЙ».
— Ты теперь заведующая кладовкой? — спросила бабушка.
— Нет. Я временно исполняющая обязанности.
— Это гораздо серьёзнее.
Они переставили полки так, чтобы между банками и трубой осталось место. Под трубу бабушка закрепила узкий пластиковый желобок, который уже давно лежал в сарае без дела. Капли теперь стекали в маленькую чашку.
После обеда начался дождь. В доме стало темнее, и Лида снова зашла в кладовку — просто проверить.
Там всё было тихо.
Она коснулась пальцем одной красной крышки. Холодная, чуть вогнутая. На трубе выросла капля, тяжело повисела и упала в чашку.
Тук.
На этот раз Лида знала, что именно услышала.