Первый свист Макар услышал в половине седьмого вечера, когда они с дядей Антоном уже собирались уходить с набережной.
Он был тонкий, почти ровный и такой чистый, будто кто-то под мостом долго тянул одну ноту на маленькой флейте.
Макар остановился.
— Слышишь?
Дядя Антон уже убирал рулетку в ящик.
— Что именно?
Свист оборвался.
— Поздно, — сказал Макар.
Дядя работал инженером в службе, которая следила за городскими мостами. В тот день он не ремонтировал мост и даже не искал неисправность: раз в несколько месяцев специалисты обходили конструкцию, смотрели крепления, швы, водоотводы, отмечали ржавчину и фотографировали места, за которыми нужно наблюдать.
Макар приехал к нему после школы. Ходить под проезжей частью ему, конечно, никто не разрешал. Они были на открытой технической площадке у опоры, за ограждением, куда дядя Антон взял его только потому, что сам уже закончил основную работу.
Мост был пешеходный, металлический, через узкий городской канал. Сверху шли люди и велосипеды, снизу медленно тянулась вода. По бокам стальные фермы складывались из треугольников, а перила были сделаны из круглых труб.
— Наверное, тормоза велосипеда, — сказал дядя Антон.
— Велосипед ехал бы дальше. А звук стоял на месте.
— Тогда ветер.
— Ветер сам по себе не свистит. Ему что-то нужно.
Дядя посмотрел на Макара внимательнее.
— Это уже правильная формулировка.
Они подождали минуту.
Свист появился снова.
На этот раз Макар успел заметить, что он начинается не сразу после порыва. Сначала на канале шла рябь, потом шевелились ветки у парапета, и лишь через секунду возникала нота.
— Где?
Макар показал вниз, под настил.
Дядя Антон прислушался.
— Кажется, там.
Они спустились по обычной лестнице на нижнюю набережную. Оттуда мост выглядел иначе: над головой шли поперечные балки, между ними тянулись трубы, кабельные короба и водостоки.
Свист исчез.
— Вот тебе и расследование, — сказал дядя Антон.
— Мы просто пришли не туда.
Они прошли к другой стороне.
Тишина.
Макар вернулся на середину.
Ничего.
Потом сверху прокатился велосипед, кто-то хлопнул калиткой у кафе, ветер ударил вдоль канала — и опять появилась нота.
Теперь она будто шла слева.
Макар шагнул влево.
Звук стал тише.
Шагнул вправо.
Ещё тише.
— Значит, центр?
— Не обязательно, — сказал дядя. — Металл хорошо передаёт колебания. Звук может возникать в одном месте, а слышаться в другом.
Он постучал костяшкой по одной из стальных стоек. Глухой удар отозвался дальше по конструкции.
— Как по батарее? — спросил Макар.
— Почти. Только здесь деталей больше.
Они снова ждали.
Свист пришёл через три минуты. Макар решил не искать глазами. Закрыл их и медленно повернул голову.
Слева звук казался сильнее. Он сделал несколько шагов, снова послушал. Потом ещё.
В конце концов они оказались у массивной опоры, где никакой щели, похожей на свисток, не было.
— Значит, я ошибся.
— Или звук пришёл сюда по балке.
Дядя Антон достал телефон и включил запись.
— Зачем?
— Чтобы сравнить потом. И чтобы не спорить с собственной памятью.
Следующий свист длился семь секунд.
На экране записи получилась почти ровная полоса.
— А если это что-то опасное? — спросил Макар.
Дядя не стал отмахиваться.
— Опасные повреждения иногда действительно дают звуки. Но один свист ничего не доказывает. Сначала ищут источник, потом смотрят причину. Нельзя решить заранее, что мост ломается, только потому что звук неприятный.
Они поднялись обратно наверх.
Макар заметил, что ветер теперь идёт почти поперёк моста. На флагштоке у кафе узкий флажок вытянулся в сторону.
— Давай проверим, зависит ли от ветра.
Дядя Антон открыл на телефоне данные ближайшей метеостанции.
— Сейчас около пяти метров в секунду.
— А когда тише?
Они подождали. При слабых порывах свиста не было. При сильных — иногда был, иногда нет.
— Значит, мало знать скорость, — сказал Макар.
— Верно.
— Направление?
Дядя кивнул.
Они перешли на другую сторону моста. Здесь ветер бил прямо в перила.
И тут свист раздался совсем рядом.
Макар даже пригнулся от неожиданности.
— Вот!
Они замерли у крайней секции перил.
Ветер стих — звук исчез.
Порыв вернулся — нота появилась.
Дядя Антон провёл ладонью вдоль круглой трубы.
На одном конце стояла чёрная пластиковая заглушка. На другом — тоже. А на средней стойке, чуть ниже поручня, обнаружилось маленькое отверстие.
— Это оно? — спросил Макар.
— Может быть дренажное. В полой трубе иногда оставляют отверстие, чтобы внутри не скапливалась вода.
Макар наклонился.
Само отверстие было совсем маленькое.
— Из такой дырки может быть такой звук?
— Если воздух проходит правильно — вполне.
Дядя оторвал короткий кусочек малярной ленты из рабочего ящика и прикрыл отверстие.
Порыв.
Тишина.
Он снял ленту.
Следующий порыв принёс свист.
— Нашли! — сказал Макар.
Но дядя Антон не улыбнулся.
— Нашли место, где звук прекращается от ленты. Это ещё не вся причина.
Он осмотрел стойку сверху и снизу. Потом постучал по заглушке на конце поручня.
Она сидела неплотно.
— Смотри.
Дядя слегка повернул её пальцами. Заглушка качнулась.
— Обычно труба почти закрыта. А здесь с торца есть щель. Ветер входит через неё, проходит по полости и выходит через маленькое отверстие. Получается что-то вроде свистка.
— То есть весь поручень — флейта?
— Очень плохая флейта, но да.
Макар снова заклеил маленькое отверстие и прислушался.
— А почему звук слышался снизу моста?
— Стойка приварена к раме. Колебание передавалось в металл. Плюс под настилом звук отражался от балок.
Дядя снял ленту, чтобы не оставлять временную заплатку вместо нормальной работы, и сфотографировал заглушку крупным планом.
— Теперь это пойдёт в заявку?
— Да. Заглушку заменят. Заодно проверят, не набралась ли внутрь вода.
— А если просто заклеить дырку?
— Тогда вода может остаться внутри. Мы устраним звук и создадим другую проблему.
Макар посмотрел на крошечное отверстие с новым уважением.
— Удобная вещь. Сразу показывает, когда рядом человек, который хочет сделать быстро.
Дядя Антон усмехнулся.
На следующий день они вернулись к мосту ненадолго. Рабочий уже заменил торцевую заглушку и проверил дренаж. Старую деталь положил в пакет для отчёта.
Ветер был почти такой же, как вчера.
Они прошли мост туда и обратно.
Никакого свиста.
Макар даже немного расстроился.
— Было интереснее, когда он пел.
— Мосты вообще лучше работают молча, — сказал дядя Антон.
Они спустились на набережную. Вода шла под балками, велосипедные колёса гудели сверху, где-то звякнула ложка о чашку.
Макар остановился под серединой пролёта и прислушался.
— Всё равно шумный.
— Конечно.
— Но теперь каждый звук отдельно.
Дядя Антон посмотрел на него.
— Вот это уже полезный навык.
На обратном пути ветер снова ударил поперёк перил.
Мост не свистнул.