— Почему самый медленный? — спросил Матвей.
— Потому что самый быстрый вы уже строили три раза, — сказал Алексей Сергеевич.
— И что плохого?
— Ничего. Но сегодня победит тот корабль, который пройдёт бассейн за время от тридцати пяти до сорока пяти секунд и не расплескает груз.
— Какой груз?
Руководитель кружка поставил на стол шесть маленьких пластиковых стаканчиков, в каждом было по две ложки воды.
— Вот этот.
Матвей посмотрел на стаканчик.
— Это пассажир?
— Нет.
— Топливо?
— Нет.
— Тогда зачем он кораблю?
— Чтобы вы перестали считать хорошей конструкцией ту, которая первой врезалась в противоположный борт.
В кружке засмеялись.
Испытательный бассейн был длинным синим лотком, поставленным на столы. В одном конце кораблики запускали, в другом стояла мягкая сетка. Двигатели разрешались только резиновые: на ось винта наматывалась резинка, потом она раскручивалась и вращала винт. Никаких батареек.
Матвей сразу взял самую толстую резинку.
— Ты опять делаешь ракету? — спросила Лиза за соседним столом.
— Это корабль.
— Пока ты не намотал резинку, да.
Матвей сделал корпус из пенопласта, поставил широкий винт и укрепил ось двумя трубочками. На предыдущих соревнованиях такая схема работала отлично: чем сильнее закрутишь, тем быстрее старт.
Алексей Сергеевич прошёл мимо.
— Не забудь про стакан.
— Он будет посередине.
— Почему?
— Чтобы не мешал.
— Это технический ответ или желание закончить разговор?
— Оба.
Первый пробный запуск длился одиннадцать секунд.
Кораблик рванул вперёд, стакан подпрыгнул, половина воды вылетела на палубу, а сам корпус ударился в сетку и развернулся боком.
Лиза посмотрела на секундомер.
— Почти сорок секунд.
— Где?
— Если повторить ещё три раза подряд.
Матвей вытер палубу салфеткой.
— Значит, надо слабее закручивать.
Во второй раз он сделал меньше оборотов.
Двадцать секунд.
Вода почти не расплескалась, но до нужного времени всё равно не хватало.
— Ещё меньше, — сказал Матвей.
— Тогда он может остановиться посередине, — заметил Алексей Сергеевич.
— Не остановится.
Остановился.
Винт перестал крутиться примерно на двух третях пути. Кораблик медленно поплыл по инерции, подумал и остался стоять.
— Он устал, — сказала Лиза.
— Он ждёт буксир.
— Буксира по правилам нет.
Матвей нахмурился.
Проблема оказалась страннее, чем выглядела. Нельзя было просто уменьшить мощность. Если резинка раскручивалась слишком быстро, корабль летел и плескал воду. Если слишком слабо — не доплывал.
— Нужна передача, — сказал Матвей.
— Коробка передач? — спросила Лиза.
— Ну да. Чтобы резинка раскручивалась быстро, а винт медленно.
— У тебя есть шестерёнки?
— Нет.
— Отличный план.
Матвей начал рыться в коробках с деталями. Нашёл две пластиковые катушки, старую ось, кусок тонкой трубки и три зубчатых колеса, ни одно из которых не подходило к другому.
— Можно сделать ременную передачу, — подсказал Алексей Сергеевич.
Он натянул резиновое колечко между двумя катушками разного размера.
— Если маленькая катушка крутит большую, большая вращается медленнее.
— Но сильнее?
— Крутящий момент увеличится. Скорость уменьшится.
Матвей покрутил катушки пальцами. Маленькая сделала несколько оборотов, большая повернулась заметно меньше.
— Вот это уже похоже на корабль, который никуда не торопится.
— Не обижай корабль, — сказала Лиза.
Матвей переделал ось. Теперь резинка крутила маленькую катушку, та через тонкое резиновое колечко вращала большую, а большая — винт.
Система выглядела как маленькая сушилка для белья.
— Красиво, — сказала Лиза.
— Работает — и ладно.
— То есть некрасиво.
Пробный запуск: сорок восемь секунд.
— Медленно! — сказал Матвей.
— Впервые слышу от тебя это как жалобу, — ответил Алексей Сергеевич.
Матвей немного уменьшил большую катушку, заменив её другой.
Тридцать девять секунд.
Стакан остался почти полным.
— Всё, — сказал Матвей.
— Нет, — сказала Лиза.
— Почему?
Она показала на кораблик. Тот всё ещё медленно полз вдоль борта.
— Ты его запускаешь прямо. Через два метра он уходит вправо.
— Совсем чуть-чуть.
— На соревновании справа стенка.
Матвей поставил кораблик на стол и посмотрел сзади. Винт был установлен не точно по центру. Пока судно шло быстро, этого почти не было заметно. На медленной скорости маленький перекос постепенно разворачивал корпус.
— Переставлю ось.
— А если после перестановки станет тянуть влево?
— Тогда переставлю обратно, но умнее.
Они измерили расстояние от оси до краёв корпуса линейкой. Разница была всего три миллиметра.
Матвей передвинул крепление на полтора.
Новый запуск: сорок одна секунда. Почти прямо.
— Теперь стакан, — сказал Алексей Сергеевич.
— Что стакан?
— Ты его приклеил?
— Конечно.
— А воду наливать как?
Матвей посмотрел на намертво приклеенный стаканчик.
Лиза отвернулась, но было видно, что она смеётся.
— Воронка, — сказал Матвей.
— Можно, — согласился Алексей Сергеевич. — Но судьи выдают стакан перед стартом. Свой использовать нельзя.
Матвей молча отклеил стакан.
Пришлось делать площадку с бортиком, куда судейский стакан можно было быстро поставить. Сначала Матвей сделал её слишком тесной. Потом слишком свободной. На третьей попытке стакан входил сверху и не болтался.
— Теперь всё? — спросил он.
— Теперь проверь с полным количеством воды.
— Там же две ложки.
— Две ложки тоже имеют массу.
С водой кораблик сел чуть глубже. Винт оказался ближе к поверхности и начал хватать воздух. Скорость упала.
— Да что ж такое.
— Физика, — сказала Лиза. — Она сегодня настроена против тебя.
Матвей поднял ось на два миллиметра и снова испытал.
Тридцать восемь секунд.
Вода осталась в стакане.
Перед соревнованием каждому дали одну попытку настройки и два официальных запуска. Побеждал лучший результат: время должно было попасть в окно от тридцати пяти до сорока пяти секунд, а за каждую потерянную ложку воды начисляли штраф.
Первый участник пришёл за двадцать девять секунд. Быстро, красиво и совершенно бесполезно.
Второй — за пятьдесят две.
Лиза закончила за сорок три, потеряв несколько капель.
— Нормально, — сказала она.
— Очень нормально, — признал Матвей.
— Запиши дату.
— Зачем?
— Ты впервые сказал это без добавления «но».
Матвей вышел на старт.
Алексей Сергеевич поставил стакан на его площадку, налил две ложки воды и поднял руку.
— Готов?
— Да.
— Запуск.
Кораблик тронулся почти смешно медленно. В первые секунды Матвею захотелось подбежать и подтолкнуть его пальцем.
— Не смотри так, — сказала Лиза. — Он старается.
— Он стареет на глазах.
На середине бассейна кораблик пошёл чуть правее.
Матвей напрягся.
— Только не стенка.
Корпус приблизился к борту, но не коснулся. Ременная передача тихо шуршала. Винт вращался ровно. Стакан стоял спокойно.
Тридцать секунд.
До финиша оставалось меньше четверти пути.
— Медленнее! — неожиданно сказал Матвей.
— Ты точно Матвей? — спросила Лиза.
На тридцать девятой секунде нос пересёк линию финиша.
В стакане не хватало только нескольких капель, прилипших к стенкам.
— Тридцать девять и четыре, — объявил Алексей Сергеевич.
Матвей выдохнул.
Во втором запуске кораблик прошёл за сорок и одну. Тоже без штрафа.
Победителем Матвей всё-таки не стал. Лиза во второй попытке показала сорок ровно и сохранила воду до последней заметной капли.
Матвей занял второе место.
— Обидно? — спросила она.
— Немного.
— Ты же сделал медленный корабль.
— Да.
— Который едет прямо.
— Почти.
— И не устраивает душ пассажиру.
Матвей посмотрел на свой кораблик.
— Знаешь, что надо сделать?
— Что?
— Следующий конкурс.
— Самый быстрый?
— Нет. Самый медленный, который ещё и умеет разворачиваться.
Алексей Сергеевич услышал.
— Записал.
— Серьёзно?
— Конечно. Только добавим ещё одно правило.
— Какое?
— Груз будет компотом.
Лиза засмеялась.
Матвей задумался.
— Тогда стакан нужен с крышкой.
— Крышка будет запрещена.
— Алексей Сергеевич!
— А иначе чему вы научитесь?
Матвей взял кораблик и пошёл к столу.
— Ладно. Где у нас самые медленные винты?