— Она уплывает!
— Дорожки не умеют уплывать.
— Эта умеет.
Костя поднял голову от пакета с булочками и увидел, что Оля, к сожалению, права.
Красно-белая дорожка в бассейне должна была делить воду на две длинные полосы. Но один её конец отцепился от бортика и теперь медленно плыл к середине. Пластиковые поплавки собрались дугой. Если смотреть сверху, получалось, будто огромная полосатая гусеница решила перебраться на соседнюю дорожку.
До детской эстафеты оставалось двадцать минут.
Оля и Костя пришли раньше, потому что их мама помогала ставить стол с грамотами. Сам Костя должен был плыть третьим этапом. Оля не участвовала: она недавно научилась проплывать только половину бассейна и считала, что в эстафете половина участника вызовет лишние вопросы.
— Позови спасателя, — сказал Костя.
— Ты ближе.
— Я в носках.
— Я тоже.
Они оба посмотрели на мокрый пол, потом друг на друга.
— Логично, — сказала Оля. — Значит, идём оба.
Дежурный инструктор Сергей Михайлович уже заметил бедствие. Он стоял у бортика с длинным шестом и пытался подцепить свободный конец дорожки.
— Не трогайте воду, — предупредил он. — Сейчас достанем.
— Она сломалась? — спросил Костя.
— Отщёлкнулся карабин.
Он показал металлическую скобу на конце троса. Такая же скоба на противоположной стороне держалась за кольцо в стене бассейна. Поплавки были нанизаны на трос, а весь ряд натягивался между двумя бортами.
Сергей Михайлович подцепил конец шестом. Дорожка послушно приблизилась, но в последний момент шест соскользнул. Поплавки снова отплыли.
Оля прыснула.
— Она не хочет участвовать.
— У неё нет допуска врача, — сказал Сергей Михайлович.
Костя уже успел снять носки.
— Я могу зайти в воду.
— Нет. До старта бассейн закрыт для участников. И мне сейчас нужен не пловец, а человек, который найдёт второй шест.
Второй шест лежал в кладовой. Вернее, должен был лежать.
В кладовой были доски для плавания, ласты, сетка с мячами, коробка с детскими нарукавниками и пластиковая акула без одного глаза. Шеста не было.
— Может, акула его съела, — предположил Костя.
— Она пластмассовая.
— Поэтому и не переварила.
Оля заглянула за стойку. Там нашёлся короткий крюк для вытаскивания мячей, но дорожку им было не достать.
В коридоре они встретили уборщицу Галину Петровну.
— Длинная синяя палка? — переспросила она. — Ею утром доставали вентиляционную решётку над душевой. Посмотрите у лестницы.
У лестницы шест действительно стоял, но рядом с ним лежала табличка «ОСТОРОЖНО, МОКРЫЙ ПОЛ». Костя взял шест и тут же задел табличку. Она сложилась, ударила его по пятке и раскрылась снова.
— Это предупреждение с практической частью, — сказала Оля.
Они вернулись к бассейну.
Сергей Михайлович взял второй шест. Теперь он мог одним придерживать дорожку, а другим подтягивать конец. Но свободный карабин оказался перекручен вокруг троса.
— Так. Ещё веселее.
— Можно раскрутить шестом? — спросила Оля.
— Попробую.
Не получилось.
На трибунах уже рассаживались родители. Судья проверял секундомеры. Мама махнула детям рукой, явно решив, что они просто помогают.
Костя посмотрел на часы.
— Четырнадцать минут.
— Спасибо, диспетчер, — сказал Сергей Михайлович.
К ним подошла тренер Вера Алексеевна.
— Что имеем?
— Карабин на свободном конце перекрутился. В воду до начала пускать никого не хочу.
— А если дорожку подтянуть к стартовой тумбе сбоку?
Сергей Михайлович посмотрел на Олю.
— Принеси, пожалуйста, верёвку из судейской коробки. Жёлтую, тонкую.
Оля побежала.
В судейской коробке лежали три верёвки: жёлтая, почти жёлтая и такая жёлтая, что рядом с ней первые две выглядели серыми.
— Какая тонкая? — спросила Оля у судьи.
— Та, которой номера на тумбы привязывают.
Все три подходили под описание.
Оля вернулась сразу с тремя.
— Выбирайте. Я не эксперт по оттенкам судейского жёлтого.
Сергей Михайлович взял самую тонкую. Костя держал катушку, Оля передавала свободный конец. Инструктор сделал петлю на крюке и с помощью шеста набросил её на крайний поплавок.
— Теперь тянем медленно. Вместе.
Дорожка поползла к борту.
— Я же говорила, что она умеет плавать, — сказала Оля.
— Сейчас выясним, умеет ли она слушаться.
До стенки оставалось полметра, когда дорожка вдруг остановилась.
Костя потянул сильнее.
— Не надо, — одновременно сказали Сергей Михайлович и Вера Алексеевна.
Он отпустил.
— Почему?
— Если трос где-то зацепился, силой можно повредить поплавки, — объяснила тренер.
Все посмотрели вдоль дорожки.
В середине бассейна из-под красного поплавка торчал синий ремешок.
— Что это? — спросила Оля.
Сергей Михайлович прищурился.
— Похоже на лямку от доски.
Оказалось, утром кто-то оставил тренировочную доску у края воды. Доска соскользнула, ремешок намотался на трос и теперь зацепился за крепление соседней дорожки. Пока трос был натянут, этого никто не заметил. Когда карабин отщёлкнулся, всё перепуталось окончательно.
— То есть она не просто убежала, — сказал Костя. — Она ещё и взяла багаж.
Теперь без человека в воде было не обойтись.
Сергей Михайлович быстро переоделся, спустился по лестнице и за минуту распутал ремешок. Оля с Костей держали верёвку, чтобы свободный конец не уплыл снова.
Карабин оказался целым. Он просто не был закрыт до конца после утренней уборки оборудования.
— Вот это уже причина, — сказала Вера Алексеевна. — Не «дорожка плохая», а карабин не защёлкнули и ремешок попал на трос.
Сергей Михайлович закрепил конец, натянул дорожку и несколько раз дёрнул крепление рукой.
— Держится.
До старта оставалось четыре минуты.
Костя вдруг посмотрел на свои ноги.
— А где носки?
Оля тоже посмотрела.
Носков не было.
— Ты снял их у бортика.
— Я положил их рядом.
У бортика лежало только полотенце.
— Замечательно, — сказал Костя. — Мы спасли дорожку и потеряли два носка.
— По-моему, это хороший обмен.
Искать времени не было. Костя натянул кроссовки на босые ноги и пошёл к команде.
Эстафета началась вовремя.
Оля стояла у бортика рядом с мамой. Когда Костя прыгнул в воду, дорожка слегка задрожала от волн, но осталась прямой. Никаких попыток уйти в соседний бассейн она больше не предпринимала.
Команда Кости заняла второе место. Он был недоволен своим поворотом, доволен медалью и очень недоволен мокрыми кроссовками, потому что после заплыва наступил босой пяткой в лужу.
После награждения Галина Петровна подошла к ним с совком.
На совке лежали два серых носка.
— Ваши?
— Где они были? — спросил Костя.
— Под табличкой у лестницы.
Оля сразу поняла.
Когда Костя нёс шест, складная табличка ударила его по пятке. Видимо, носки были зажаты под мышкой и упали. Табличка раскрылась сверху и честно охраняла их всё это время словами «ОСТОРОЖНО, МОКРЫЙ ПОЛ».
Костя взял носки двумя пальцами.
— Они хотя бы сухие?
Галина Петровна посмотрела на него.
— В бассейне?
На этот вопрос ответа не требовалось.