— Следующий! — объявил автомат на стене.
Никто не подошёл.
— Следующий следующий! — поправился автомат.
В пункте выдачи при районном Доме культуры стояли девять человек, три тележки и гора пустых коробок. Коробки занимали отдельную очередь. Она начиналась у окна номер два, огибала колонну и заканчивалась возле Петиных ботинок.
Петя пришёл забрать набор деталей для школьного кружка. Ему дали талон Б-17. На табло горело Б-12, но окно номер два вызывало какие-то странные номера: К-0, К-0, снова К-0.
— Это очередь коробок, — объяснила сотрудница тётя Рая. — У нас сегодня возврат тары.
— Коробки умеют брать талоны?
— Сегодня я уже ничему не удивляюсь.
У стены стоял новый сортировочный стол. На одном конце лежал сканер, похожий на маленький фонарь. На другом была лента с роликами. Сотрудник ставил коробку на ленту, проводил сканером по наклейке, и коробка должна была отправляться либо в склад, либо в пресс для картона.
Должна была. Вместо этого каждая коробка получала талон К-0 и возвращалась к окну номер два.
— Следующий следующий следующий! — сообщил автомат.
— Ещё раз скажешь, я тебя выключу, — предупредила тётя Рая.
— Обслуживание временно улучшено, — ответил автомат.
Петя посмотрел на часы. Через полчаса начинался кружок. Без деталей ребята могли только рассматривать пустой стол и обсуждать его устройство.
— А почему коробки возвращаются?
— Потому что система считает их посылками без получателя, — сказала тётя Рая. — Мастер будет после обеда.
— А вы не можете просто отнести их в пресс?
— Могу. Но среди них есть оборотные коробки. Их нельзя мять: поставщик забирает их и использует снова. На них должен быть зелёный знак.
Петя взял ближайшую коробку. На боку остался кусок белой наклейки с чёрными полосками.
— Это штрихкод?
— Был штрихкод. Половину оторвали.
Сканер пискнул. Автомат немедленно сказал:
— К-0, пройдите к окну номер два.
— Вот видишь, — вздохнула тётя Рая.
Петя перевернул коробку. На дне был зелёный круг, почти закрытый прозрачной лентой.
— Эта оборотная.
— Верно. Только система смотрит на старую наклейку раньше, чем на зелёный знак.
— Тогда закройте старую наклейку.
Тётя Рая наклеила сверху чистый белый прямоугольник. Коробку снова поставили на ролики. Сканер промолчал, но и зелёный круг не заметил.
— Не видит, — сказала тётя Рая.
— Потому что круг снизу.
Они поставили коробку набок. Сканер поймал зелёную метку. На экране появилась надпись: «ВОЗВРАТ ПОСТАВЩИКУ». Лента впервые отправила коробку не к окну, а в левый проход.
Очередь людей одобрительно зашумела.
— Молодой человек починил систему! — сказала женщина с фикусом в пакете.
— Пока одну коробку, — ответил Петя.
Вторая коробка оказалась без зелёного круга. Зато внутри лежала ещё одна коробка. А внутри той — третья, совсем маленькая.
— Это матрёшка для почты? — спросил Петя.
— Покупатель возвращал настольную лампу, — сказала тётя Рая. — Упаковал с запасом.
На каждой коробке была своя старая наклейка. Сканер по очереди выдал три талона К-0.
— Получается, одна посылка заняла три места в очереди, — сказал Петя.
— Если найдёшь внутри четвёртую, я уйду работать в гардероб.
Четвёртой не было. Маленькую коробку сложили, среднюю отнесли к прессу, большую оставили для повторной упаковки. Очередь коробок уменьшилась сразу на три.
Петя заметил закономерность. Почти все коробки стояли наклейками наружу, потому что так их было удобнее читать человеку. Но зелёные метки у оборотной тары печатали на дне. Сканер висел сбоку и сначала ловил старый код. Если код был повреждён, программа создавала неизвестную посылку К-0.
— Можно повернуть сканер вниз? — спросил Петя.
Сотрудник ослабил винт на кронштейне. Сканер наклонился, но теперь бил красной полосой прямо в ролики.
— Коробку придётся поднимать, — сказал он.
Петя взял две толстые книги из стойки буккроссинга и положил по краям ленты. На них устроили короткий мостик из фанерной полки. Коробка проезжала выше, а сканер видел её дно.
— Это разрешено? — спросила женщина с фикусом.
— Фанерная полка официально числилась полкой до этой минуты, — сказала тётя Рая. — Теперь она временное технологическое приспособление.
Первая оборотная коробка ушла налево. Вторая тоже. Третья остановилась посередине и стала крутиться на одном ролике.
— Она сопротивляется возврату, — заметил мужчина в велосипедном шлеме.
— У неё дно вогнуто, — сказал Петя.
Зелёная метка находилась слишком высоко, и луч проходил под ней. Петя подложил внутрь плоский кусок картона. Дно выпрямилось. Коробка проехала.
Автомат помолчал, словно потерял тему для разговора.
Потом сказал:
— Б-13, окно номер один.
Люди задвигались. Пока сотрудник сортировал коробки, тётя Рая снова начала выдавать посылки. Табло дошло до Б-16.
Осталась последняя коробка — огромная, квадратная, с нарисованным креслом. Зелёного знака не было. Старую наклейку заклеили. Сканер ничего не обнаружил.
— В пресс она не влезет, — сказала тётя Рая. — И хранить негде.
Петя заглянул внутрь. На дне лежал листок: «Упаковка является частью товара. Не утилизировать до окончания гарантии».
— Значит, это не мусор и не возвратная тара.
— А что?
— Чья-то упаковка, которую принесли по ошибке.
На боковой стороне фломастером было написано: «Кресло для сцены, малый зал».
Тётя Рая закрыла глаза.
— Дом культуры заказал кресло для спектакля. Его распаковали утром. Коробку должны были отнести декораторам.
Из малого зала прибежал режиссёр.
— Где наш домик?
— Какой домик?
— Картонный. В третьей сцене из него выходит великан.
Он увидел коробку и обнял её за угол.
— Вот же он! Почему стоит в очереди?
— У него был талон К-0, — сказал Петя.
— Главная роль, а талон нулевой. Типичная судьба артиста.
Коробку унесли в зал. Очередь коробок исчезла полностью.
— Б-17, окно номер один, — объявил автомат.
Петя получил небольшой пакет с деталями. Он ожидал коробку, но набор лежал в плотном бумажном конверте.
— Экономим тару, — сказала тётя Рая.
— Правильно. Коробок у вас и так было достаточно.
Перед уходом Петя написал на листе три пункта: закрывать старые наклейки, проверять зелёный знак снизу, отдельно складывать упаковку Дома культуры. Тётя Рая прикрепила лист рядом со сканером.
— До мастера продержимся, — сказала она.
Из малого зала донёсся громкий голос режиссёра:
— Великан, выходите из коробки медленнее! Вы сносите дверной проём!
Автомат на стене оживился:
— К-0, пройдите на сцену.
Тётя Рая посмотрела на Петю.
— Теперь выключай.
Петя нажал кнопку питания. Автомат погас, но из малого зала тут же закричали:
— Следующий великан!
Очередь людей засмеялась и подвинулась вперёд.