В городском голубятнике птиц различали по кольцам на лапах. У Серого на кольце стояло число 42, поэтому смотритель называл его Сорок Вторым. Сам голубь считал, что число означает должность.
Он доставлял короткие записки между ботаническим садом, метеостанцией и старой водокачкой, где располагался городской кружок наблюдателей. Обычно маршрут был прост: взлететь выше труб, найти реку, повернуть у красной крыши и снижаться к нужному двору.
Но однажды утром над городом лёг туман. Он не был густым у земли, зато висел ровным серым слоем на высоте крыш. Красная крыша исчезла. Река стала похожа на матовое стекло, а башня водокачки растворилась в воздухе.
Смотритель прикрепил к кольцу лёгкую капсулу.
— На метеостанцию. Срочно.
В записке были результаты ночных измерений. Сорок Второй взлетел, сделал привычный круг и сразу понял, что привычного маршрута нет.
Голуби ориентируются не по одной примете. Они замечают направление солнца, запахи, линии улиц и даже то, как устроен ветер между домами. Но сегодня солнце скрывалось, запахи смешались во влажном воздухе, а ветер крутился возле каждой высокой стены.
Сорок Второй решил идти ниже. Он пролетел над двором пекарни и почувствовал поток тёплого воздуха. Над вентиляционной решёткой туман был тоньше. Голубь поднялся по этому невидимому столбу и увидел соседнюю крышу.
На ней блестели три лужицы, а одна полоса оставалась сухой.
Сорок Второй сел на конёк. Под сухой полосой проходила труба отопления. Крыша была тёплой.
Он запомнил место и полетел дальше. Над прачечной воздух тоже поднимался. Над стеклянной теплицей ботанического сада туман дрожал и расходился. Так среди серого города начали появляться островки: сухой скат, прозрачное пятно, струя пара, круг чистого воздуха.
До метеостанции Сорок Второй всё-таки добрался. Дежурная сняла капсулу, дала ему воды и прикрепила ответ. Но обратная дорога оказалась сложнее: туман опустился ещё ниже.
Голубь снова нашёл тёплую теплицу, потом крышу прачечной, потом пекарню. Между ними оставались широкие промежутки, где ничего не было видно. Один раз он свернул слишком рано и оказался над железнодорожными путями. Там ветер потянул его вдоль вагонов, совсем не туда.
Сорок Второй сел на фонарь и стал ждать. Внизу гудел маневровый тепловоз. От его двигателя поднимался горячий воздух. Туман над путями ненадолго разошёлся, и голубь заметил круглую крышу цирка. От неё уже можно было найти голубятню.
Вернувшись, он долго ходил по столу смотрителя и клевал карандаш.
— Что тебе, герой? — спросил тот.
Сорок Второй ударил клювом по листу, потом повернулся к окну, где едва виднелась пекарня.
Смотритель знал характер птицы. Он нарисовал на листе голубятню и пекарню. Голубь успокоился. Тогда рядом появились прачечная, теплица, цирк и станция.
Получилась карта тёплых крыш.
Конечно, голубь не мог объяснить её словами. Смотритель проверял каждую точку сам. Он поднимался на чердак, смотрел, где тает иней, спрашивал у дворников о вентиляционных трубах и отмечал места, над которыми воздух чаще идёт вверх.
К вечеру карта лежала под стеклом. На ней были синие линии улиц и красные кружки тёплых ориентиров.
Через неделю туман вернулся. На этот раз вместе с Сорок Вторым выпустили молодую голубку с зелёным кольцом. Она ещё плохо знала город и сначала держалась у него за хвостом.
Сорок Второй повёл её не по кратчайшему пути. Он сделал крюк к теплице, потом к прачечной и только после этого направился к метеостанции. У каждого тёплого островка молодая голубка видела следующий участок города.
На обратном пути она сама первой заметила сухую полосу на крыше библиотеки. Под ней проходил воздуховод читального зала. Сорок Второй сделал круг, запоминая новое место.
Смотритель добавил на карту ещё один красный кружок.
Зимой карта стала особенно полезной. Там, где снег таял раньше, крыши были заметны издалека. Но смотритель написал внизу предупреждение: «Тёплая крыша — ориентир, а не место для посадки». Некоторые трубы нагревались слишком сильно, а возле вытяжек воздух мог резко толкнуть птицу вверх.
Сорок Второй предпочитал безопасный конёк пекарни. Оттуда пахло хлебом, и в ясные дни был виден почти весь город.
Весной старую систему отопления в прачечной заменили. Крыша перестала греться, и красный кружок на карте зачеркнули. Зато появилась новая точка — мастерская керамистов, где по утрам включали печь.
Карта менялась вместе с городом. На ней были исправления, стрелки и даты. Смотритель говорил школьникам, приходившим в голубятню:
— Это не карта для голубей. Голуби её не читают. Это карта того, что один голубь заставил нас заметить.
Сорок Второй в это время сидел на шкафу и чистил перья. Число 42 на его кольце по-прежнему означало только номер. Но никто в голубятнике уже не сомневался, что должность у него действительно была.