В нашем городе дни недели обычно ведут себя прилично. Понедельник приходит тяжёлый, вторник — деловой, среда торопится к вечеру, а четверг вообще ничем особенным не выделяется. Но однажды в августе приехал маленький цирк «Ласточка», и у него четверг пропал.
Не в календаре, конечно. В календаре он был. А вот в цирке — нет.
Рита узнала об этом первой, потому что её тётя Лена отвечала в «Ласточке» за свет. Цирк стоял на пустыре за стадионом: полосатый шатёр, два грузовика, фургон с костюмами и ещё один фургон, где хранились прожекторы, кабели и такой порядок, что тётя Лена могла в темноте найти нужную вилку на ощупь.
Рита пришла помочь подписывать цветные фильтры для ламп.
— Завтра генеральная, — сказала тётя Лена. — В пятницу представление.
— Как завтра? Сегодня же среда.
Тётя посмотрела на неё.
— Сегодня пятница.
Рита решила, что это шутка. Потом увидела, что никто не смеётся.
У входа в шатёр висела большая доска с расписанием. На ней мелом было написано:
СРЕДА — монтаж. ПЯТНИЦА — генеральная репетиция. СУББОТА — представление.
Между средой и пятницей оставалось пустое место, аккуратное и совершенно подозрительное.
— А четверг? — спросила Рита.
— Вот именно, — сказал фокусник дядя Аркадий, проходя мимо с тремя одинаковыми чемоданами. — У нас его украли.
— Кто?
— Если бы я знал, я бы вернул. Мне нужен был четверг для репетиции голубых платков.
Следом появилась клоунесса Варя.
— Никаких платков. Четверг был мой. Я должна была проверить номер с чемоданом.
— Какой ещё чемодан?
— Тот, который ты сейчас несёшь.
Аркадий посмотрел на три чемодана и заметно расстроился.
В цирке никто не мог объяснить, куда делся день. В понедельник поставили шатёр. Во вторник натянули страховочные сетки и собрали помост. В среду подключили свет и звук. А потом, по словам всех взрослых, сразу наступила пятница.
Рита обошла шатёр. Никаких дыр, через которые мог провалиться четверг, не было.
Тогда она спросила билетёршу Галину Петровну:
— А вы вчера что делали?
— Вчера? — задумалась та. — Печатала билеты.
— Сколько?
— Двести сорок.
— Долго?
— До ужина.
— А ужин был какой?
Галина Петровна сразу ответила:
— Гречка и котлеты.
Повар дядя Слава возмутился:
— Гречка была в среду. В четверг был рис.
Все замолчали.
— Значит, четверг всё-таки был, — сказала Рита.
— Был рис, — осторожно уточнил фокусник. — Это ещё ничего не доказывает.
Рита пошла на кухню. Там на дверце холодильника висело меню. Среда — гречка. Четверг — рис. Пятница — макароны.
В большой кастрюле на нижней полке лежал вчерашний рис.
— Вот ваш четверг, — сказала Рита.
— Четверг размером с кастрюлю? — спросила Варя.
— Нет. Но вы прожили его. Просто забыли, что он назывался четвергом.
Теперь надо было понять почему.
У цирка было сразу три часовщика, хотя ни один из них не чинил часы. В билетном фургоне висели электронные часы. В кухне тикали круглые настенные. А у директора на столе стоял старый перекидной календарь — коробка с цифрами и названиями дней. Каждое утро директор крутил сбоку маленькую ручку, и внутри щёлкал механизм: карточка переворачивалась, показывая новую дату.
Рита попросила посмотреть календарь.
— Смотри, — разрешил директор. — Только не крути. Он старше тебя раза в четыре.
На календаре было написано «ПЯТНИЦА, 14 АВГУСТА».
Рита заглянула сбоку. За чёрной рамкой виднелся край следующей карточки. Она осторожно качнула ручку — не поворачивая до конца.
Внутри что-то хрустнуло.
— Ага.
— Что «ага»? — директор сразу подошёл ближе.
— Можно открыть заднюю крышку?
Календарь сняли со стола. Дядя Аркадий принёс отвёртку, причём сначала не ту, потом слишком большую, а с третьего раза подходящую.
Внутри оказался валик с тонкими картонными карточками. Одна карточка перекосилась и зацепилась уголком за соседнюю. Когда директор утром повернул ручку, механизм перескочил сразу через две.
Рита вытянула застрявший уголок пинцетом.
На карточке было написано: «ЧЕТВЕРГ».
— Нашёлся, — сказал дядя Слава.
— Я же говорил, что его украли, — обрадовался Аркадий. — Вот преступник: календарь.
— Никакой он не преступник, — сказала Рита. — Карточка размокла.
Она показала на тёмное пятнышко у края.
Тётя Лена вспомнила, что в среду вечером директор поставил рядом с календарём бутылку холодной воды. На столе остался круглый мокрый след. Картон слегка набух, карточка стала толще и застряла.
Получалось так: в четверг утром директор посмотрел на календарь, увидел «пятницу» и сказал всем, что до генеральной остался один день. Кто-то перенёс репетицию, кто-то ускорил монтаж, билетёрша начала печатать билеты раньше, а клоунесса Варя решила, что её четверговую проверку уже поздно проводить. Через час весь цирк жил в пятнице.
— Но часы-то показывали правильное время, — сказал директор.
— Время — да, — ответила Рита. — А день вы узнавали друг у друга.
Это всем почему-то не понравилось.
Особенно директору.
— Значит, мы целый день торопились из-за куска картона?
— Из-за куска мокрого картона, — уточнил дядя Аркадий.
— Спасибо, Аркадий.
Оставалась другая проблема. Настоящая пятница действительно наступила, а часть четверговых репетиций никто не провёл.
Директор собрал всех у расписания.
— Представление переносить не будем. Но и делать вид, будто мы всё успели, тоже не будем. Что обязательно проверить?
Тут впервые за день люди перестали спорить о пропавшем четверге и занялись делом.
Тётя Лена попросила двадцать минут на световые переходы. Варя — пятнадцать на номер с чемоданом. Воздушные гимнасты сказали, что им нужна полная проверка страховки, и её поставили первой, без сокращений. Аркадий выяснил, что голубые платки может прогнать прямо в фургоне. Музыканты убрали из репетиции два номера, которые и так играли каждую неделю.
Рита стояла у доски и переставляла магнитные полоски.
— А обед? — спросил дядя Слава.
— Обед не двигаем, — сказал директор.
— Наконец-то разумное решение.
К вечеру генеральная прошла целиком. Не идеально: у Вари один чемодан захлопнулся раньше времени, а Аркадий достал из кармана не голубой платок, а салфетку из столовой. Но свет включался когда нужно, музыка начиналась вовремя, страховочные узлы проверили дважды, и никто больше не пытался догнать день недели.
Перед уходом директор поставил старый календарь на полку подальше от бутылок. Рядом приклеил бумажку: «Проверять по телефону».
Дядя Аркадий дописал ниже: «И по обеду».
На следующий день было представление. Рита сидела во втором ряду. В середине номера Варя вынесла на манеж тот самый чемодан и объявила:
— Сейчас я покажу вам вещь, которую невозможно потерять!
Крышка открылась, и из чемодана вылетела табличка: «ЧЕТВЕРГ».
Зал засмеялся. Рита тоже.
А директор — громче всех.