В городе Белые Ключи был сад, где дорожки иногда менялись местами. Не каждый день и не у всех на глазах. Просто утром садовник открывал ворота и замечал: вчерашняя тропинка к пруду теперь ведёт к оранжерее, а дорожка от фонтана упирается в куст сирени.
Горожане привыкли. У входа висела табличка: «Не спорьте с дорожками. Смотрите на указатели».
Но однажды указатели тоже перепутались.
Саша пришёл в сад с набором для починки скворечников. Лена несла коробку с рассадой мяты для аптекарской грядки. Их друг Артём вёз на тележке три пустые рамки для ульев. На дальней поляне пчеловод собирался показать детям, как пчёлы строят соты.
— До поляны десять минут, — сказал Саша.
Через десять минут они оказались у пруда.
— Значит, повернули не там, — сказала Лена.
Они вернулись к развилке и пошли по стрелке «Пчелиная поляна». Дорожка обогнула старый дуб и вывела их к воротам, откуда они только что вошли.
— Сад нас выпроваживает, — заметил Артём.
— Или кто-то переставил стрелки, — сказал Саша.
Лена присела возле столбика. В рыхлой земле были видны свежие царапины от лопаты. Столбик действительно недавно вынимали.
— Переставили, — сказала она. — Но зачем все сразу?
Из-за кустов вышел садовник Егор Петрович. На плече у него висела моток верёвки.
— Вы не дошли до поляны?
— Дважды не дошли, — ответил Артём.
Садовник нахмурился.
— Ночью был сильный ветер. Я думал, он только ветки уронил. Пойдёмте к плану сада.
У входа под стеклом висела большая схема. На ней дорожки были нарисованы цветными линиями. Красная вела к пруду, зелёная — к оранжерее, жёлтая — к пчелиной поляне.
Но в самом саду цветных меток почти не осталось. Ветер сорвал ленты с низких столбиков и развесил их по кустам. Некоторые указатели наклонились, а два столбика рабочие утром переставили, освобождая проезд для машины с землёй.
— До открытия надо было всё проверить, — сказал Егор Петрович. — Не проверил.
— Можно закрыть сад, — предложил Саша.
— Можно. Но на поляне уже ждёт пчеловод, в оранжерее группа малышей, а у пруда ветер повалил ограждение. Сначала надо вывести людей туда, куда они шли.
Они разделили работу. Егор Петрович отправился к пруду. Саша решил восстановить указатели по схеме. Лена предложила сначала отметить места, которые невозможно перепутать: дуб с раздвоенным стволом, каменный фонтан и круглую оранжерею. Артём взял тележку и стал перевозить столбики.
Поначалу всё шло хорошо. От фонтана до дуба они натянули жёлтую верёвку. За дубом дорожка раздваивалась. По схеме надо было выбрать правую ветку.
Но правая ветка закончилась у заросшего оврага.
— Схема старая, — сказал Саша. — Здесь дорожку перекрыли.
— А новая появилась слева, — заметила Лена. На земле лежала свежая щепа, которой посыпали тропинки после дождя.
— Значит, одной схеме доверять нельзя, — сказал Артём. — Как компасу возле магнита.
Он слышал эту историю от инструктора на лодочной базе и теперь очень гордился сравнением.
Лена посмотрела на пчёл. Несколько пчёл летели над кустами в одну сторону и возвращались обратно с жёлтой пыльцой на задних лапках.
— Они знают, где ульи.
— Мы не можем идти за одной пчелой, — возразил Саша.
— За одной нет. Но можно посмотреть направление у многих.
Они встали у развилки. Пчёлы летели над левой дорожкой. Там же на влажной земле были следы узких колёс — пчеловод утром вёз оборудование на маленькой тележке.
Артём поднял свою тележку за ручку.
— Колёса такие же.
Они пошли налево и через пять минут услышали голоса. На поляне пчеловод успокаивал посетителей, которые решили, что показ отменён.
— Мы принесли рамки, — сказал Артём. — И нашли дорогу по пчёлам и следам.
— Хорошо, что не по мёду, — ответил пчеловод. — Мёд у меня в рюкзаке, и он бы привёл вас ко мне слишком рано.
Саша поставил временный указатель. Лена привязала жёлтую ленту так, чтобы ветер не мог её стащить: не одним узлом вокруг столба, а двумя короткими петлями через отверстия.
Оставалось проверить путь к оранжерее. Там ждали дети, и часть группы могла уйти по неверной стрелке к ремонтируемому пруду.
Они поспешили обратно. У дуба встретили воспитательницу с шестью малышами.
— Нам сказали идти к выходу, но стрелка привела сюда, — сказала она.
Лена заметила на рукаве одного мальчика листик мяты.
— Вы были возле аптекарской грядки?
— Да. Там пахнет зубной пастой.
Лена знала, что грядка находится рядом с оранжереей. Она показала тропинку, посыпанную белой каменной крошкой.
— Эта ведёт к воротам. Мы проверим вместе.
Саша пошёл впереди и сверял повороты с заметными местами. Артём замыкал группу, чтобы никто не отстал. Лена объясняла детям, почему временные ленты теперь завязаны низко и крепко.
У выхода их встретил Егор Петрович. Он уже закрыл проход к пруду и вызвал рабочих восстановить ограждение.
— Все посетители на месте, — сказал он. — Теперь можно исправлять сад спокойно.
До полудня они прошли каждую дорожку от начала до конца. На новых указателях появились не только названия, но и простые знаки: пчела для поляны, стеклянный домик для оранжереи, волны для пруда. Под каждым знаком нарисовали цветную полосу, совпадавшую с метками на столбиках.
Старую схему сняли. Саша вместе с садовником нанёс на новую закрытый овраг и дорожку со щепой. Лена составила список постоянных ориентиров. Артём предложил хранить запасные столбики не у дороги, где их могли принять за установленные, а в сарае.
Когда работа закончилась, дорожки снова выглядели послушными.
— А если ночью они опять поменяются? — спросил Артём.
Егор Петрович пожал плечами.
— Тогда утром мы пройдём их до открытия, как следовало сделать сегодня.
Пчеловод принёс им по ложке мёда. Саша попробовал и сказал:
— Всё-таки по мёду тоже можно искать дорогу.
— Можно, — ответила Лена. — Но только когда уже пришёл.