На верхней полке кладовой стояла банка сливового варенья. На крышке была приклеена бумажка: «Не открывать до субботы».
— Это для гостей, — сказала мама.
Старшая сестра Лера кивнула. Младшая, Нюша, тоже кивнула, только гораздо медленнее.
В среду вечером мама ушла на дежурство в аптеку, папа задержался на работе, а бабушка легла отдохнуть после сада. Сёстрам оставили суп, хлеб и строгую просьбу не устраивать кулинарных опытов.
— Мы и не собирались, — сказала Лера.
— Конечно, — сказала Нюша, глядя в сторону кладовой.
После ужина они стали собирать пазл. Не хватало одного синего кусочка от неба. Нюша заглянула под диван, под ковёр и в коробку с карандашами.
— Он мог попасть в кладовую, — сказала она.
— Каким образом?
— Сквозняком.
— Пазлы не летают сквозняком.
— Этот лёгкий.
Через минуту обе стояли у полки. Синего кусочка там не было. Зато банка блестела в свете лампы, и сквозь стекло были видны половинки слив.
— До субботы осталось всего три дня, — сказала Нюша.
— Именно поэтому можно подождать.
— А если варенье испортится раньше?
Лера посмотрела на сестру.
— Тогда мама сама решит.
Они вернулись к пазлу. Через десять минут из кладовой донёсся лёгкий стук.
— Слышала? — спросила Нюша.
— Банки иногда щёлкают крышками.
Стук повторился. Потом что-то тихо зашуршало.
Лера взяла фонарик. В кладовой на полу сидел кот Пончик и облизывал лапу. Над ним покачивался край полотняного мешка.
— Вот кто шумел, — сказала Лера.
Пончик посмотрел вверх и прыгнул на нижнюю полку. Банка со сливовым вареньем дрогнула.
Лера успела подхватить её обеими руками.
— Ставь обратно, — сказала Нюша.
— Я и ставлю.
Крышка вдруг тихо звякнула. По стеклу поползла густая фиолетовая капля.
— Она протекает! — прошептала Нюша.
Банка была целая, но крышка сидела криво. Наверное, когда Лера ловила банку, край ударился о полку.
— Нужно закрутить, — сказала Нюша.
— Мама сказала не открывать.
— Мы не откроем. Только поправим.
Лера вытерла стекло и осторожно повернула крышку. Та прокрутилась без сопротивления.
— Резьба не держит, — сказала она.
— Какая резьба?
Лера показала винтовые дорожки на горлышке банки и внутри крышки. Когда крышку поворачивают, эти дорожки входят друг в друга и прижимают её к стеклу.
— Значит, крышка сломалась?
— Или была закручена неровно.
Варенье снова выступило тонкой полоской. Оставлять банку так было нельзя. Сливы могли вытечь на полку, а внутрь попал бы воздух.
— Позвоним маме, — решила Лера.
Телефон лежал на кухне, но мама не ответила. В аптеке у неё часто был выключен звук.
— Разбудим бабушку, — предложила Нюша.
— Она весь день полола грядки. Сначала попробуем сами поставить другую крышку.
В ящике хранились чистые крышки. Одна оказалась слишком большой, другая — слишком маленькой. Третья подходила по размеру, но была от банки с горчицей и всё ещё пахла так, что Пончик чихнул.
— Сливовое варенье с горчицей, — сказала Нюша. — Гости запомнят.
— Не в хорошем смысле.
Лера нашла пустую банку из-под мёда. Её крышка закрутилась ровно, зато сама банка была маленькой. Всё варенье туда не поместилось бы.
— Перельём часть, — сказала Нюша.
— Для этого придётся открыть банку.
Они посмотрели на бумажку «Не открывать до субботы».
— Мы уже трогаем её минут пятнадцать, — заметила Нюша. — Запрет всё равно испорчен.
— Запрет не огурец, чтобы портиться.
Но Лера понимала: важнее сохранить варенье, чем буквально не поднимать крышку. Она разбудила бабушку всё-таки — не для того, чтобы та всё сделала, а чтобы спросить, как безопасно переложить варенье.
Бабушка пришла в халате, осмотрела банку и похвалила сестёр за то, что они не стали затягивать крышку силой.
— Стеклянное горлышко могло треснуть, — сказала она. — А причина вот.
На внутреннем крае крышки была маленькая вмятина. Через неё и просачивался сироп.
Бабушка поставила в раковину большую кастрюлю, а в неё — банку. Если варенье прольётся, оно попадёт в кастрюлю. Потом обдала чистую банку кипятком и дала ей высохнуть.
— Вода нужна горячая, чтобы на стенках не осталось того, от чего варенье плесневеет, — объяснила она. — Но банку после кипятка сразу холодным не обливайте: стекло не любит резкой перемены температуры.
Сёстры работали вместе. Лера держала воронку с широким горлышком. Нюша большой ложкой перекладывала сливы. Бабушка следила, чтобы край банки оставался чистым.
В новую банку вошло почти всё. На дне кастрюли остались две ложки сиропа и одна половинка сливы.
— Это уже нельзя возвращать, — сказала бабушка. — Мы касались ложкой и старой крышки, и воздуха вокруг.
— Придётся выбросить? — спросила Нюша.
— Можно съесть сейчас.
Нюша просияла, но тут же посмотрела на Леру.
— Поровну.
Они разделили сливу ножом. Сироп добавили в тёплую воду, и получилось два маленьких стакана морса.
Новую крышку Лера закрутила до упора, но без силы. Нюша переписала записку: «Не открывать до субботы. Уже спасено в среду».
Утром мама увидела в кладовой другую банку и разбудила сестёр раньше будильника.
— Что произошло?
Лера рассказала всё по порядку: Пончик, падающая банка, кривая крышка, звонок без ответа, бабушкина кастрюля.
Мама выслушала и сказала:
— Я рада, что вы позвали бабушку. Но почему на столе фиолетовое пятно размером с тарелку?
Сёстры одновременно посмотрели на кухню.
Пончик сидел возле пятна и старательно делал вид, что он полосатая салфетка.
— Это морс, — сказала Нюша.
— Очень самостоятельный, — добавила Лера.
В субботу пришли гости. Варенье поставили на стол в спасённой банке. Один из гостей прочитал записку и спросил, почему оно «уже спасено».
Нюша набрала полную ложку и ответила:
— У него была трудная среда.
Лера подвинула к ней блюдце.
— И потому оно особенно любит аккуратных людей.
Нюша капнула вареньем точно в середину блюдца.
— Видишь? Я уже опытная.