Барс не боялся качающегося мостика, спокойно проходил между стойками и мог ждать у миски, пока хозяин не скажет «можно». Но синий тоннель он обходил.
Лиза заметила это не сразу. По субботам она помогала тёте Оле на площадке собачьей школы: расставляла конусы, носила миску с водой и после занятий собирала лёгкие пластиковые перекладины. Барс приходил уже третью неделю вместе с хозяином, Сергеем Николаевичем. Большой рыжеватый пёс работал неторопливо, зато внимательно.
В тот день тётя Оля подвела его к короткому складному тоннелю — широкой синей трубе из плотной ткани на гибких кольцах.
— Барс, вперёд.
Пёс посмотрел в тёмный круглый вход, сделал два шага, остановился и ушёл вправо. Без рывка, без паники. Просто обогнул тоннель и сел рядом с тётей Олей с таким видом, будто именно это и требовалось.
— Хитрый, — засмеялся Сергей Николаевич.
Тётя Оля не засмеялась и не потянула поводок.
— Ещё раз не будем. Дадим ему подумать.
Барсу предложили другое упражнение. Он прошёл низкую перекладину, обошёл конус и нашёл спрятанный в траве мяч. Всё было обычно.
Лиза убирала пустые миски и краем глаза смотрела на тоннель. Ветер шевелил его край. Ткань вздувалась и опадала.
На следующем занятии Барс снова обошёл тоннель.
На этот раз Лиза увидела кое-что странное: к одному входу пёс подошёл почти вплотную. Он даже вытянул шею внутрь. Потом тётя Оля развернула упражнение, и Барс оказался у другого конца. Здесь он остановился раньше.
Лиза запомнила это, но ничего не сказала. Разница могла быть случайной.
После занятия она сама прошла вокруг тоннеля. Один конец был обращён к забору, другой — к открытому полю. Возле поля ветер чувствовался сильнее. На синей ткани дрожал ремешок, которым тоннель стягивали при переноске. Его металлическая пряжка тихо постукивала о пластиковое кольцо.
Тук. Пауза. Тук-тук.
Лиза присела.
Из человеческого роста звук был почти незаметным. Возле земли он становился чётче.
— Тёть Оль, можно завтра кое-что проверить?
— Если это не включает пролезание Лизы по собачьему тоннелю во время занятия.
— А после занятия?
— Особенно после занятия.
Лиза объяснила про два входа и пряжку. Тётя Оля выслушала, потом потрогала ремешок.
— Хорошее наблюдение. Но пока это только версия.
— Я знаю.
— Тогда что сравниваем?
Они договорились ничего не менять сразу. В воскресенье тоннель положили так же, как раньше. Барс подошёл со стороны забора почти к самому краю, понюхал ткань и отступил. Со стороны поля он остановился дальше.
Тётя Оля попросила Сергея Николаевича просто пройти с Барсом рядом, без команды «вперёд». Когда пряжка стукнула, пёс повернул левое ухо и чуть отвёл голову.
— Слышит, — тихо сказала Лиза.
— Слышит точно. Вопрос — мешает ли именно это.
Тётя Оля закрепила ремешок мягкой лентой, чтобы металл не касался кольца. Тоннель снова положили на место. Барс дошёл до входа со стороны поля ближе, чем прежде, но внутрь не пошёл.
Лиза разочаровалась.
— Значит, не пряжка.
— Значит, не только пряжка, — поправила тётя Оля.
Сергей Николаевич присел рядом с собакой и почесал её за ухом.
— Может, он просто не любит синий цвет?
— Тогда у нас проблемы с половиной оборудования, — сказала тётя Оля. — Синий ещё и мостик.
Они убрали тоннель и продолжили занятие. Лиза думала о том, что Барс делал перед каждым отказом. Он смотрел внутрь. Потом нюхал воздух. Потом выбирал обход.
После группы площадка опустела. Тётя Оля разрешила Лизе осмотреть тоннель, но без собаки. Они растянули его полностью. Внутри пахло влажной тканью и сухой травой. На дне лежало несколько песчинок.
— Ничего, — сказала Лиза.
Она уже вылезла наружу, когда ветер снова подул с поля. Синий тоннель чуть сжался между кольцами, и по ткани пробежала волна. Изнутри раздалось короткое глухое «флоп».
Лиза замерла.
— Ещё раз.
Ветер, конечно, команд не слушал. Пришлось ждать.
Через минуту ткань снова хлопнула.
Тётя Оля посмотрела на места креплений.
— Вот это уже интереснее.
Тоннель был старый. В двух местах внутренний слой ткани отстал от наружного. Снаружи этого почти не видно, а при порыве воздуха внутри получался внезапный хлопок совсем рядом с ушами того, кто идёт через трубу.
На следующей тренировке тётя Оля принесла другой тоннель — зелёный, новый и чуть шире. Старый синий остался сложенным у сарая.
Барсу не показывали еду у дальнего выхода и не тянули его внутрь. Сергей Николаевич просто прошёл рядом с тоннелем. Потом бросил мяч так, чтобы он остановился перед входом. Барс забрал мяч.
Через несколько минут мяч оказался на полметра внутри. Пёс сунул голову, достал его и вышел назад.
— Уже победа? — спросила Лиза.
— Нет соревнования, — сказала тётя Оля. — Значит, и победу считать не надо.
Барс полежал в тени, попил воды. Под конец занятия Сергей Николаевич встал у одного края тоннеля, тётя Оля — у другого. Никто не давал команду. Барс заглянул внутрь. Там было светло: зелёный тоннель растянули почти прямо, и дальний выход хорошо виднелся.
Пёс шагнул внутрь.
Лиза заметила, как он на секунду остановился посередине. Потом прошёл дальше и вышел к хозяину.
Сергей Николаевич обрадовался так, будто Барс выиграл кубок, но тётя Оля попросила его не устраивать праздник прямо над собакой.
— Спокойно похвалите. И на сегодня хватит.
— Даже второй раз не повторим?
— Особенно сейчас. Пусть у него останется один нормальный проход, а не пять попыток на усталости.
Старый синий тоннель отвезли в мастерскую. Отставший внутренний слой закрепили, ремешок перенесли выше и поставили пластиковую застёжку вместо металлической пряжки. Через неделю его вернули на площадку.
Лиза ожидала, что Барс сразу войдёт. Он не вошёл.
Пёс подошёл, понюхал край и снова обошёл трубу.
— Он помнит, — сказал Сергей Николаевич.
Тётя Оля кивнула.
— Конечно. Мы же тоже помним дверь, которой однажды прищемили палец, даже если её потом починили.
Синий тоннель оставили лежать рядом во время обычных занятий. Никто Барса к нему не водил. На второй неделе он сам подошёл понюхать. На третьей Сергей Николаевич прокатил через тоннель мяч, и Барс вошёл до половины, развернулся и вышел.
Лиза старалась не смотреть слишком пристально. Ей казалось, что от человеческого ожидания воздух вокруг входа становится плотнее.
В четвёртую субботу шёл мелкий дождь. Группа занималась недолго. Когда начали собирать оборудование, Сергей Николаевич снял с Барса поводок, чтобы надеть дождевик. Мяч выскользнул из его руки и покатился прямо в синий тоннель.
Барс посмотрел на хозяина. Потом на тоннель.
Никто ничего не сказал.
Пёс вошёл, прошёл всю синюю трубу и появился с другой стороны с мячом в зубах.
Тётя Оля только улыбнулась.
— Теперь можно убрать тоннель, — сказала она Лизе.
Лиза сложила его кольцо к кольцу и застегнула новым пластиковым замком. Ничего не звякнуло и не хлопнуло.
Барс уже стоял у калитки и торопил Сергея Николаевича домой. Синий тоннель его больше не интересовал.