Когда Соня пришла к старой сторожке у городского сада, дом стоял как будто устал: левый угол опустился, дверь цепляла доски крыльца, а на окне сверху появилась косая щель.
— Он не падает, — сказал мастер Андрей, заметив, как Соня смотрит на стену. — Но ползёт вниз по одному углу. Сегодня попробуем вернуть его на место.
Сторожку не собирались сносить. Ей было больше ста лет, внутри ещё сохранились резные наличники и узкая печная дверца с клеймом старого завода. После ремонта там хотели открыть маленькую мастерскую для школьников.
Соня пришла помогать маме-архитектору с обмерами. У неё был складной метр, карандаш и блокнот в клетку. Она уже записала высоту четырёх углов крыльца, когда увидела под домом четыре толстых металлических столбика.
— Это и есть винты? — спросила она.
— Винтовые домкраты, — ответил Андрей. — Внутри резьба. Крутишь рукоять — площадка медленно поднимается. Но дом нельзя дёргать сразу на два сантиметра. Дерево такого не любит.
Он показал на тонкую полоску, проведённую карандашом на стене, и на лазерный уровень. Красный луч шёл вдоль фасада совершенно прямо, а карандашная метка возле левого угла была ниже луча почти на палец.
— Сколько поднимать? — спросила Соня.
— Вот это нам и надо решить. Сначала проверим, что происходит со всеми четырьмя точками.
У каждого домкрата лежала табличка: А, Б, В, Г. Андрей велел Соне читать показания рейки — длинной линейки с миллиметровыми делениями. Мама держала рейку у стены, Андрей смотрел на лазер, Соня записывала.
Получилось так: угол А был ниже нужной отметки на восемнадцать миллиметров, Б — на семь, В — почти на месте, а Г оказался на два миллиметра выше.
— Значит, А поднимаем сразу на восемнадцать, — сказала Соня.
Андрей покачал головой.
— Если бы это был металлический шкаф — возможно. Но у дома стены связаны между собой. Поднимешь один угол резко — перекос уйдёт в окно, дверь или крышу. И треснуть может не там, где ожидаешь.
Он дал Соне мел и попросил нарисовать на доске маленький квадрат. Соня нарисовала.
— Представь, что это дом. Потяни один угол вверх.
Она потянула доску за край.
— Остальные тоже двигаются.
— Вот. Поэтому работаем маленькими шагами и после каждого снова измеряем.
Первый шаг был всего два миллиметра на домкрате А и один на Б. Андрей надел длинную рукоять на квадратный хвост винта и повернул. Металл коротко скрипнул.
Соня ждала чего-то заметного. Дом не шелохнулся.
— Всё? — спросила она.
— Всё.
— Я даже не увидела.
— Это хороший признак.
Они снова промерили углы. А поднялся на два миллиметра, Б — тоже почти на два, хотя его крутили меньше. В не изменился, Г опустился на один.
— Почему Б поднялся больше, чем мы ему дали? — Соня нахмурилась.
— Потому что балки работают вместе. Записывай не только то, что крутили, но и то, что получилось.
После второго шага дверь перестала цеплять крыльцо. После третьего она вдруг начала закрываться слишком легко и сама приоткрываться обратно.
— Стоп, — сказала мама.
Андрей не спорил. Они положили уровень на подоконник. Пузырёк ушёл к краю.
Соня посмотрела в записи. Угол А ещё не дошёл до цели пять миллиметров. Б уже почти совпал. В оставался на месте, а Г опустился ещё немного.
— Если сейчас продолжать только А, окно снова перекосится, — сказала она.
— Что предлагаешь?
Соня долго смотрела на цифры.
— Наверное, чуть поднять В? Тогда середина стены не будет висеть между двумя углами.
Андрей присел рядом с блокнотом.
— Почему именно В?
Соня провела пальцем по схеме балки, которую мама нарисовала утром.
— А и В держат одну длинную стену. А поднимается, В остаётся. Получается наклон. Если В дать один миллиметр, наклон станет меньше.
— Проверим.
Домкрат В повернули совсем немного. Потом снова измерили все точки. Дверь перестала сама открываться, пузырёк вернулся ближе к середине.
— Сработало, — сказала Соня.
— Пока да, — ответил Андрей. — В ремонте слово «сработало» произносят после повторной проверки.
К полудню сторожка поднялась всего на несколько миллиметров, но работа уже заняла почти три часа. Соня начала понимать, почему мастер не торопится. После каждого поворота они слушали дом, смотрели на щели у окон, проверяли двери и записывали цифры.
Самый неприятный звук появился после шестого шага. Где-то внутри стены сухо щёлкнуло.
Все остановились.
— Что это? — спросила Соня.
— Сейчас найдём.
Никто не стал крутить следующий винт. Андрей обошёл дом снаружи, мама — изнутри. Соня заметила, что щель над окном стала не шире, а наоборот, чуть уже. Потом Андрей нашёл причину: старая доска обшивки, которая много лет была прижата к наличнику, освободилась и отскочила на пару миллиметров.
— Не авария, — сказал он. — Но правильно, что остановились.
После перерыва они дошли до последнего этапа. По расчёту угол А оставалось поднять два миллиметра, Б — один, В трогать не надо, Г сам опустился почти к нужной линии.
Соня посмотрела на таблицу и вдруг сказала:
— А если завтра дом снова сядет?
— Немного может, — ответила мама. — Дерево и грунт привыкают к новой нагрузке. Поэтому сегодня мы не объявляем победу. Оставим метки и утром всё проверим.
Последний поворот рукояти оказался самым коротким. Андрей сделал четверть оборота и убрал руки.
Красный луч лазера лёг почти точно на четыре карандашные отметки. Разница между самым высоким и самым низким углом была меньше двух миллиметров.
Соня закрыла дверь. Та прошла над крыльцом без скрипа и осталась там, где её оставили.
— Вот теперь сработало? — спросила она.
Андрей посмотрел на часы.
— Сегодня — сработало.
На следующее утро Соня пришла раньше мамы. Ей хотелось самой увидеть, что сделал дом за ночь. Андрей уже ставил лазер.
Они проверили отметки. Угол А опустился примерно на миллиметр, остальные почти не изменились.
— Один миллиметр, — сказала Соня. — Это много?
— Для старого деревянного дома после подъёма — вполне ожидаемо.
Они подправили только один домкрат. На этот раз Соня сама повернула рукоять. Медленно, до метки, которую Андрей поставил мелом.
Дом опять не сделал ничего зрелищного. Не вздрогнул, не скрипнул, не поднял облако пыли. Просто красная линия совпала с карандашной.
Когда пришла мама, Соня уже переписывала итоговые цифры в чистую таблицу.
На крыльце Андрей прикрутил временную табличку: «Подъём завершён. Контроль через 7 дней».
Соня добавила в блокноте рядом с четырьмя буквами А, Б, В, Г маленькую пятую строку: «Дверь закрывается нормально».
— Это не измерение, — заметил Андрей.
— Зато проверка.
Он подумал и кивнул.
— Оставляй.