— Не отпускай!
— Я не отпускаю!
— Тогда почему он уезжает?
— Потому что ветер тоже не отпускает!
Так началось субботнее утро, когда Соня и Паша должны были помочь повесить длинный тканевый флаг к празднику двора.
Вообще-то это был не обычный флаг. Жильцы пяти домов целый месяц рисовали на квадратных кусках ткани всё, что считали важным для своего района: старую водонапорную башню, первую трамвайную остановку, липы у школы, булочную с круглыми окнами, собаку участкового врача, которая на старой фотографии почему-то сидела в коляске.
Потом квадраты сшили в одну длинную полосу.
По плану полоса должна была растянуться над сценой вдоль стены спортзала. На бумаге рядом с эскизом было написано: «примерно 16 м».
В действительности флаг оказался таким длинным, что, когда его вынесли из клуба и начали разворачивать, конец уже добрался до песочницы, а начало всё ещё лежало на крыльце.
— Шестнадцать? — переспросила Соня.
Организатор праздника Марина Андреевна посмотрела на рулон ткани так, словно тот лично её подвёл.
— Мне передали шестнадцать.
Паша ухватил край, который ветер пытался завернуть вокруг урны.
— Может, это шестнадцать без хвоста?
— У флага нет хвоста.
— Теперь есть.
Соня принесла из клуба тридцатиметровую рулетку. Паша пошёл с нулевой отметкой, Соня разматывала ленту вдоль ткани. На двадцати метрах Паша дошёл до кустов. На двадцати пяти — до калитки. Конец флага оказался на отметке 28 метров 40 сантиметров.
Все помолчали.
— Хорошая новость, — сказал Паша. — Он не тридцать.
— Плохая — стена шестнадцать с половиной, — сказала Соня.
Марина Андреевна посмотрела на часы. До открытия праздника оставалось два часа двадцать минут.
— Резать нельзя, — сказала она. — Там каждый рисунок подписан. И складывать рисунок на рисунок тоже не хочется.
— Можно свернуть гармошкой, — предложил Паша.
Соня представила двадцативосьмиметровую гармошку на ветру.
— И получить музыкальный инструмент для урагана.
Сначала взрослые попробовали самый очевидный вариант: пустить ткань двумя рядами по стене спортзала. Верхний ряд — слева направо, нижний — обратно.
Но между рядами оказалось окно запасного выхода. Его нельзя было закрывать ни тканью, ни верёвкой. Кроме того, на стене висели две камеры и фонарь.
— Всё, что нельзя закрывать, почему-то находится ровно там, где удобнее всего вешать, — заметил Паша.
Соня уже измеряла стену по участкам. Она записала в блокнот:
«От угла до окна — 6,2 м. Окно и выход — 2,8 м. От выхода до водостока — 4,1 м. Дальше угол».
— Нам не стена нужна, — сказала она через минуту.
— А что?
— Длина, на которой флаг можно показать целиком. Она может быть не прямой.
Паша посмотрел на двор. С трёх сторон его окружал невысокий металлический забор. Четвёртой была стена клуба. По периметру места хватало с запасом.
— По забору?
— Если не перекрывать две калитки.
Марина Андреевна покачала головой.
— На заборе он будет низко. Дети начнут тянуть за ткань.
Тогда Паша увидел верёвочную гирлянду с бумажными треугольниками. Она шла от стены клуба к двум высоким стойкам, потом к дереву.
— А если сверху?
— К дереву ничего тяжёлого не привязываем, — сразу сказал дворник Виктор Степанович. — И на фонарные столбы тоже.
— Сегодня все заранее знают мои идеи, — пожаловался Паша.
Соня обошла двор ещё раз. У сцены стояли шесть сборных металлических стоек для света. Они были рассчитаны на оборудование и имели широкие тяжёлые основания. Четыре пока не использовались.
— А эти можно переставить?
Техник Артур проверил стойки и кивнул.
— Можно. Но флаг должен висеть невысоко и свободно. Если натянуть как парус, ветер положит стойки.
Так возник новый план: поставить стойки вдоль двух сторон двора и пустить флаг не прямой линией, а большим открытым зигзагом — так, чтобы между участками оставались широкие проходы. Начало у сцены, потом поворот у клумбы, потом вдоль забора и обратно к стенду с фотографиями.
— Получится выставка, по которой надо идти, — сказал Паша.
— Если длина сойдётся, — сказала Соня.
Она снова взяла рулетку.
Первый участок: 7 метров. Второй: 6 метров 80 сантиметров. Третий: 8 метров 20 сантиметров. Четвёртый: оставшиеся 6 метров 40 сантиметров.
Сумма получалась ровно 28 метров 40 сантиметров.
Паша подозрительно посмотрел на сестру.
— Ты это специально?
— Я двигала последнюю стойку, пока не сошлось.
— А. То есть чудо отменяется.
— До обеда — да.
Пока Артур с Виктором Степановичем переносили стойки, Соня и Паша раскладывали флаг по порядку. И тут выяснилось, что длина была не единственной проблемой.
После квадрата с трамваем сразу шёл рисунок нового сквера. Потом — снова трамвай. Причём тот же самый.
— У нас два трамвая? — спросил Паша.
Марина Андреевна посмотрела подписи.
— Один рисовал дом номер восемь, второй — дом номер десять. Оба выбрали остановку.
Дальше встретились три липы, две голубые водонапорные башни и четыре кота, ни один из которых не был подписан.
— Историческая точность растёт, — сказал Паша.
— Ничего не переставляем, — решила Соня. — Панели пришли в таком порядке, так и оставим.
— Почему?
— Потому что это не учебник. Это то, что люди решили нарисовать.
Паша согласился, но возле четвёртого кота всё-таки прикрепил временную бумажку: «Личность уточняется».
Ветер усилился ровно в тот момент, когда начали поднимать первый участок.
Ткань надулась, первая стойка качнулась.
— Опускаем! — сказал Артур.
Все опустили флаг на траву.
— Значит, нельзя натягивать, — сказала Соня.
— Я это говорил, — напомнил Артур.
— Теперь мы ещё и увидели.
Они добавили больше точек крепления, но вместо жёсткой натяжки оставили ткани небольшую слабину. Нижний край фиксировали мягкими лентами через каждые полтора метра, чтобы полоса не превращалась в большой парус. Артур проверял каждую стойку и её грузовое основание.
Паша отвечал за проходы. Он ходил между участками с раскладным стулом в руках: если со стулом можно было спокойно пройти, значит, человеку с сумкой или детской коляской будет тем более удобно.
— Почему именно со стулом? — спросила Соня.
— Потому что холодильник мне не дали.
У второй калитки пришлось сдвинуть стойку на сорок сантиметров. Из-за этого последний участок стал длиннее расчётного.
— У нас не хватает тридцати пяти сантиметров, — сказала Соня.
— Отрежем двор, — предложил Паша.
Марина Андреевна даже не повернула головы.
— Паша.
— Уже думаю правильно.
Правильное решение нашлось у самого конца. Флаг не обязан был заканчиваться строго на стенде. Последнюю стойку можно было поставить чуть ближе к клумбе, а конец ткани развернуть под небольшим углом. Соня перемерила — хватало с пятью сантиметрами запаса.
За сорок минут до открытия вся полоса поднялась над двором. Не высоко, но достаточно, чтобы рисунки были хорошо видны. Флаг не перекрывал ни одну дверь, не касался деревьев и не был натянут до звона. Он шёл по двору четырьмя длинными участками, и люди могли проходить между ними, рассматривая панели с обеих сторон.
Паша отошёл к воротам.
— Сверху похоже на букву «М».
— На очень плохую букву «М», — сказала Соня.
— Зато нашу.
Первые гости пришли раньше времени. Они начали искать свои рисунки. Кто-то спорил, какая из трёх лип старше. Хозяева двух трамваев обнаружили друг друга и стали выяснять, у кого остановка нарисована точнее. Четвёртого кота через десять минут опознала женщина из третьего подъезда.
— Это Марсик! У него левое ухо белое.
Паша торжественно снял бумажку «Личность уточняется» и написал: «Марсик, эксперт по подвалам».
В середине праздника снова налетел ветер. Флаг вздулся между стойками, но мягкие крепления удержали его, а слабина не дала ткани натянуться как парусу. Артур прошёл вдоль всей линии и проверил основания.
— Нормально, — сказал он.
Соня впервые за утро перестала считать сантиметры.
Вечером флаг начали снимать. Это оказалось сложнее, чем повесить, потому что каждый второй человек хотел помочь и каждый третий сворачивал ткань в свою сторону.
— Стойте! — крикнула Соня. — Сначала складываем участками по семь метров!
— Почему по семь? — спросил Паша.
— Потому что тогда он влезет в четыре одинаковых рулона.
Паша подумал.
— А можно я подпишу их «не шестнадцать метров»?
Марина Андреевна наконец рассмеялась.
На следующий год в плане праздника рядом со строкой «общий тканевый флаг» появилась новая запись: «Фактическую длину измерить до составления схемы размещения».
А ниже кто-то другим почерком добавил: «И сразу выяснить количество котов».