— Он уезжает, — сказала Тоня.
— Холодильники не уезжают, — ответил Глеб. — Они максимум размораживаются.
Холодильник стоял посреди двора на маленькой платформе с четырьмя колёсами и медленно катился к воротам. Внутри звякали банки с лимонадом, которые жильцы приготовили для дворового праздника. Следом бежала тётя Марина с удлинителем в руке.
— Ловите его! Только не толкайте на бок!
Глеб перегородил дорогу складным стулом. Холодильник упёрся в него и остановился. Тётя Марина выдернула вилку из розетки.
— Кто поставил его на тележку? — спросила она.
— Дядя Коля, чтобы вывезти из подвала, — сказала Тоня.
— А кто забыл закрепить колёса?
Все посмотрели на дядю Колю. Он посмотрел на колёса.
— Я думал, у них есть тормоза.
Тормоз был только у одного колеса и не держал. Двор слегка спускался к воротам, поэтому холодильник решил участвовать в празднике самостоятельно.
Его вернули под навес, подложили под колёса деревянные клинья и включили. Компрессор загудел, лампочка загорелась. Через десять минут тётя Марина открыла дверцу и нахмурилась.
— Тепло.
— Он же только включился, — сказал Глеб.
— Но внутри теплее, чем было.
На верхней полке лежал кухонный термометр. Он показывал двенадцать градусов и медленно полз вверх.
— Всё пропадёт, — сказала тётя Марина. — Через три часа придут гости.
— Не всё, — возразила Тоня. — Лимонад можно переставить в ванну со льдом. А холодильник проверить.
Они перенесли бутылки в большие тазы. Дворник принёс мешки льда из магазина. Глеб хотел сразу открутить заднюю решётку, но Тоня отобрала у него отвёртку.
— Сначала простое. Дверца закрывается?
Дверца закрывалась, но бумажная полоска легко вытаскивалась из щели.
— Уплотнитель неплотный, — сказала тётя Марина. — Но вчера он холодил.
Они осмотрели резиновую ленту по краю. В одном месте она была прижата нормально, в другом отходила. Причина нашлась внизу: холодильник стоял криво. Переднее колесо платформы попало в трещину, корпус наклонился, и дверца под собственным весом чуть открывалась.
— Уберём с тележки, — предложил Глеб.
— Он тяжёлый и уже подключён, — сказала Тоня. — Лучше выровнять платформу и закрепить.
Под низ подложили широкую доску, колёса стянули ремнём. Теперь бумажная полоска держалась плотно. Температура перестала расти, но снижалась слишком медленно.
— Значит, была не одна причина, — сказал Глеб. — Мой любимый вид неприятностей.
Сзади холодильник почти касался стены навеса.
— Ему нужен воздух, — объяснила тётя Марина. — Решётка отдаёт тепло наружу. Если воздуху некуда уходить, он греется вокруг.
Они отодвинули платформу на ладонь от стены. Глеб поставил рядом вентилятор.
— Не надо дуть внутрь механизма, — остановила его Тоня. — Просто оставим свободное место.
Прошло двадцать минут. Термометр показал десять градусов. Потом девять.
— Работает! — сказал Глеб.
И тут холодильник снова тронулся.
На этот раз он поехал не к воротам, а боком, потому что доска под передним колесом сдвинулась. Удлинитель натянулся, вилка выскочила, музыка у соседнего стола выключилась.
— Почему музыка была в том же удлинителе? — спросила Тоня.
— Потому что розетка одна, — ответил дядя Коля.
— А чайник?
— Пока не включали.
Глеб сел на корточки и пересчитал приборы: холодильник, колонка, гирлянда, будущий чайник и аппарат для сахарной ваты.
— Если всё включить вместе, защита отключит линию, — сказал он. — Или удлинитель нагреется.
Электрик из третьего подъезда подтвердил. Он принёс два кабеля: холодильник подключили к отдельной розетке в подсобке, а праздничные приборы разделили между двумя линиями. Провода провели вдоль стены и закрыли резиновыми накладками, чтобы никто не споткнулся.
Для платформы сделали упоры из двух реек. Дядя Коля просверлил в них отверстия и связал верёвкой, чтобы упоры не разъезжались. Глеб проверил каждое колесо. Тоня толкнула холодильник плечом. Он даже не качнулся.
К четырём часам внутри было пять градусов. Лимонад вернули на полки, оставив промежутки между бутылками, чтобы холодный воздух проходил свободно.
Праздник начался вовремя. Аппарат сахарной ваты жужжал, гирлянда мигала, музыка играла. Холодильник стоял под навесом и честно выполнял единственную работу, которую от него ожидали.
— Никаких приключений, — сказала Тоня.
— Не сглазь, — ответил Глеб.
В этот момент дядя Коля вывез на такой же тележке огромный торт.
— У колёс есть тормоза? — одновременно спросили Тоня и Глеб.
Дядя Коля молча развернул тележку обратно к подвалу. Через минуту он вернулся с двумя клиньями, ремнём и очень серьёзным выражением лица.