— Только не нажимай красную кнопку, — сказала Лера.
— Я и не собирался, — ответил её брат Костя и тут же положил палец рядом с красной кнопкой.
Они сидели в маленькой студии районного радио. За стеклом стояла тётя Нина, ведущая утренней передачи, и показывала им два пальца: до эфира оставалось две минуты.
Лера пришла сюда читать объявление о школьной ярмарке. Костя пришёл потому, что мама не успевала забрать его с тренировки и попросила Леру взять брата с собой. Теперь он рассматривал пульт, где горели зелёные лампочки, двигались столбики на экране и лежали наушники с мягкими круглыми амбушюрами.
— Что делает красная кнопка? — шёпотом спросил он.
— Включает микрофон.
— Тогда почему её нельзя нажимать?
— Потому что сейчас в эфире музыка. Если включить микрофон, весь район услышит, как ты спрашиваешь, почему нельзя нажимать красную кнопку.
Костя убрал руку.
Тётя Нина вошла в студию, поправила микрофон и сказала:
— После песни я представлю вас, Лера прочитает объявление, а Костя просто тихо посидит.
— Я умею тихо сидеть, — сообщил Костя.
Лера посмотрела на него.
— Иногда, — добавил он.
На экране побежали последние секунды песни. Тётя Нина надела наушники, нажала красную кнопку, и над дверью загорелась табличка «ЭФИР».
— Доброе утро, — сказала она своим радиоголосом, который оказался чуть ниже обычного. — В студии ученица школы номер четырнадцать Валерия Соколова. Она расскажет о благотворительной ярмарке в эту субботу.
Тётя Нина повернула к Лере ладонь: говори.
Лера начала уверенно:
— В субботу, второго августа, в школьном дворе состоится ярмарка. Будут книги, выпечка, настольные игры и мастерская игрушек…
И тут в наушниках тёти Нины раздался треск. Столбики на экране замерли. Красная лампочка у микрофона погасла.
— Что случилось? — одними губами спросила Лера.
Тётя Нина нажала кнопку ещё раз. Лампочка не загорелась. Она потянулась к другому микрофону — тот тоже молчал.
За стеклом звукорежиссёр Артём уже проверял кабели. Потом показал на часы и развёл руками. До конца короткого включения оставалось меньше минуты.
— Передатчик работает, музыка идёт, — сказал он через внутреннюю связь. — Пропал вход со студийного пульта.
Костя наклонился к сестре:
— А телефон работает?
— Какой телефон?
Он указал на обычный чёрный аппарат у стены.
— Этот.
Тётя Нина сняла трубку. Гудок был.
— Это служебная линия, — сказала она. — По ней можно позвонить в аппаратную, но в эфир она не выходит.
Костя посмотрел на стекло. В аппаратной Артём говорил по мобильному и одновременно открывал шкаф с проводами.
— А если позвонить не в аппаратную?
— Куда?
— На номер радиостанции. Туда же звонят слушатели.
Тётя Нина замерла на секунду. Потом схватила листок, набрала внутренний номер и сказала Артёму:
— Подними телефонную линию в эфир.
Через стекло Артём поднял большой палец.
Тётя Нина быстро набрала городской номер радиостанции с мобильного телефона. На пульте в аппаратной замигала отдельная зелёная кнопка. Артём нажал её, и в наушниках появился слегка гулкий голос тёти Нины:
— Проверка связи.
— Есть! — крикнул Костя, но Лера успела закрыть ему рот ладонью.
Тётя Нина протянула мобильный Лере.
— Читай в телефон. Быстро, но понятно.
Лера продолжила объявление. Теперь её голос шёл не через студийный микрофон, а по обычному телефонному звонку: мобильный телефон передавал звук на городскую линию, а Артём включал эту линию в радиопрограмму.
— …все собранные деньги пойдут на новые книги для школьной библиотеки. Начало в одиннадцать часов. Вход свободный.
Она закончила ровно в тот момент, когда Артём показал из-за стекла ноль.
Он включил музыкальную заставку.
Табличка «ЭФИР» погасла.
Лера выдохнула.
— Мы закончили?
— Объявление — да, — сказала тётя Нина. — А неисправность ещё нет.
Костя сиял.
— Значит, я помог?
— Ты предложил рабочий обходной путь, — ответила ведущая. — Это считается.
— А можно теперь нажать красную кнопку?
— Нет.
Артём вошёл в студию с маленьким фонариком. Он снял нижнюю крышку пульта и показал внутри ряд одинаковых разъёмов. Один штекер выскочил из гнезда на несколько миллиметров.
— Вот виновник. Кабель питания блока микрофонов отошёл.
Костя ожидал чего-то более внушительного.
— И всё?
— Большие системы часто ломаются из-за маленьких соединений.
Артём вставил штекер до щелчка. На пульте снова загорелись лампочки.
— Теперь можно проверить микрофон, — сказал он.
Тётя Нина посадила Костю перед ним.
— Скажи что-нибудь обычным голосом.
Костя посмотрел на красную кнопку. На этот раз её нажала сама ведущая.
— Раз, два, три. Я умею тихо сидеть, — сказал он.
Его голос прозвучал в наушниках так отчётливо, будто Костя сидел внутри собственной головы.
— Проверка прошла, — сказал Артём и отключил микрофон.
Лера собрала листки.
— Тебе понравилось радио?
— Да. Тут одна кнопка, которую нельзя нажимать, один провод, который нельзя вытаскивать, и один телефон, которым можно спасти передачу.
— Очень точное описание профессии, — сказала тётя Нина.
Через час в студию позвонила библиотекарь из школы. Она слышала объявление и хотела уточнить, сколько столов приготовить для книг.
— Значит, всё передалось нормально, — сказала Лера.
— Почти, — ответила библиотекарь. — В самом начале я ещё услышала чей-то шёпот: «А если позвонить не в аппаратную?»
Лера медленно повернулась к брату.
Костя поднял руки.
— Зато полезный шёпот.
В субботу на ярмарке радиостанция поставила свой стол. Тётя Нина принесла старые наушники, Артём — маленький учебный пульт, а Косте доверили табличку с надписью: «Красную кнопку нажимает только ведущий».
Он следил за ней очень строго. Особенно когда рядом не было Леры.