В прихожей у Веры было четыре зонта. Один большой чёрный принадлежал папе. Один клетчатый — маме. Один маленький жёлтый с утками — Вере. И ещё один, зелёный, с деревянной ручкой, стоял в углу неизвестно чей.
Зелёный зонт появился весной. Мама сказала, что его, наверное, забыла тётя Лена. Тётя Лена сказала, что никогда в жизни не покупала зелёных зонтов. Папа предположил, что зонт мог остаться от прежних хозяев квартиры, хотя семья жила здесь уже шесть лет и раньше никто его не видел.
На этом взрослые успокоились.
Вера — нет.
Зонт был странным главным образом потому, что каждое утро оказывался мокрым.
Сначала Вера решила, что вода стекает с курток. Но в июне куртки убрали в шкаф, а зонт всё равно блестел каплями.
Потом она поставила его в сухое ведро.
Утром дно ведра было влажным.
— Может, труба? — спросил папа.
Над зонтом не было трубы.
— Конденсат, — сказала мама.
— От чего?
Мама посмотрела на зонт.
— От сложной внутренней жизни.
Это был взрослый способ сказать «не знаю».
Вера решила наблюдать.
Перед сном она вытерла зонт полотенцем, обвязала ручку красной ниткой и поставила поперёк двери табурет. Если кто-нибудь ночью возьмёт зонт, придётся сдвинуть табурет.
Утром табурет стоял на месте.
Красная нитка тоже.
Но зонт был мокрым.
На следующий вечер Вера нарисовала мелом тонкую линию вокруг его наконечника.
Утром наконечник стоял точно в центре круга.
И всё-таки с зелёной ткани капала вода.
Тогда Вера стала слушать.
Первые два часа не происходило ничего. В квартире погас свет, мама пожелала спокойной ночи, папа ещё долго ходил на кухню за водой, потом всё стихло.
Вера почти уснула.
В половине первого из прихожей донёсся звук.
Кап.
Потом ещё раз.
Кап.
Вера села на кровати.
За дверью было темно.
Кап.
Она взяла фонарик и вышла.
Зонт стоял в углу.
На ткани появилась новая капля. Вера видела это совершенно ясно: маленькая блестящая точка возникла посреди сухого зелёного купола и медленно скатилась вниз.
Вера подошла ближе.
Изнутри зонта пахло дождём.
Не мокрой тканью, не сыростью, а именно улицей после дождя: асфальтом, листьями, пылью, которая вдруг перестала быть пылью.
Вера раскрыла зонт.
Ничего.
Только на внутренней стороне висели десятки мелких капель.
Она посветила фонариком вверх и увидела на зелёной ткани крошечное пятно света.
Пятно дрогнуло.
И вдруг в прихожей тихо застучал дождь.
Не настоящий. Дождь шёл только под зонтом.
Капли падали на коврик, хотя потолок был сухой.
Вера вскрикнула и тут же зажала рот ладонью.
Дождь прекратился.
Она закрыла зонт.
Через минуту снова раскрыла.
Под ним было сухо.
— Показалось, — сказала Вера вслух.
Зонт капнул ей на тапок.
На следующий день она никому ничего не рассказала. Не потому что боялась, что ей не поверят. Хуже: папа наверняка разобрал бы зонт, мама стала бы искать объяснение в интернете, а бабушка немедленно объявила бы, что это «что-то энергетическое».
Вере хотелось сначала понять самой.
Вечером она вынесла зонт на балкон.
Ночь была ясная. Ни облачка.
В полночь Вера раскрыла его.
Под зелёным куполом послышался дождь.
За перилами сияли сухие окна соседних домов.
Вера протянула ладонь.
Капли были прохладные.
Она наклонилась ниже и вдруг увидела в лужице на полу не отражение балконной лампы, а совсем другое небо — серое, дневное.
В воде качались ветки незнакомого дерева.
Вера замерла.
Кто-то там, по ту сторону лужицы, прошёл мимо. Видны были только ноги в резиновых сапогах.
— Эй! — сказала Вера.
Шаги остановились.
Вера отшатнулась.
Из лужицы донёсся детский голос:
— У тебя мой зонт?
Вера молчала несколько секунд.
— Какой?
— Зелёный.
— Наверное.
— С деревянной ручкой?
— Да.
— Я его потерял.
— Где?
— Здесь.
Ответ был совершенно бесполезным.
— А «здесь» — это где?
Голос назвал улицу, которую Вера не знала.
Потом город.
Город она знала. Он находился в четырёхстах километрах.
— Ты сейчас там?
— Конечно.
— А у нас ночь.
— А у нас день.
Вера посмотрела на серое отражение.
— Как зонт попал ко мне?
— Не знаю. Я открыл его во время грозы. Очень сильно грохнуло, я испугался и бросил. Он упал за автобусную остановку. Я потом искал.
— Когда?
Мальчик назвал дату.
Два месяца назад.
Вера села на корточки.
— Тебя как зовут?
— Артём.
Они разговаривали минут десять. Выяснилось, что Артёму восемь лет, что он живёт рядом с парком и что зонт подарил ему дедушка. Ничего другого волшебного в жизни Артёма не происходило.
— Можешь вернуть? — спросил он.
Вера посмотрела на ручку зонта.
— Как?
Артём не знал.
На следующую ночь они экспериментировали.
Если зонт раскрывала Вера, под ним появлялся дождь из города Артёма.
Если Артём в это же время стоял под дождём на том месте, где потерял зонт, лужица становилась шире.
Но предметы сквозь неё не проходили. Вера попробовала опустить карандаш — он упёрся в кафель.
— Значит, не дверь, — сказала она.
— Тогда что?
— Может, окно.
На третий день дождь в городе Артёма закончился.
Зонт остался сухим.
Вера даже расстроилась.
Через неделю прогноз снова показал дождь у Артёма. Они заранее договорились о времени.
Вера открыла зонт.
Под ним застучали капли.
В лужице появилось серое небо.
— Я здесь! — крикнул Артём.
— Я тоже!
— Попробуй закрыть его и бросить.
— Куда?
— В лужу.
Вера посмотрела на крошечную лужицу.
Зонт был больше раза в четыре.
— Это глупость.
— Других идей нет.
Это было убедительно.
Вера закрыла зонт, взяла его за середину и осторожно положила на мокрый коврик.
Ничего.
— Видишь?
И тут громыхнуло.
Не у Веры — у Артёма.
Зелёный зонт дёрнулся.
Деревянная ручка первой ушла в лужицу.
Вера схватила её.
На секунду ей стало страшно. Не из-за зонта. Из-за того, что если отпустить, странная вещь закончится навсегда.
— Вера? — донёсся голос Артёма.
Она разжала пальцы.
Зонт бесшумно исчез.
На полу осталась только вода.
Утром мама заметила пустой угол.
— А где зелёный зонт?
— Вернулся хозяину.
Мама кивнула, открывая шкаф.
Потом остановилась.
— Ты всё-таки выяснила, чей он?
— Артёма.
— Какого Артёма?
— Из другого города.
Мама посмотрела на Веру.
— Понятно.
— Непонятно.
— Это я и имела в виду.
Через три недели пришла посылка.
На ней был адрес Веры, написанный детским почерком.
Внутри лежала открытка с фотографией незнакомой улицы и маленький складной дождевик.
На обороте было написано:
«Спасибо. Зонт теперь сухой. Почти всегда».
В тот же вечер в прихожей Вера заметила под дождевиком маленькую каплю.
Она посмотрела на потолок.
Потолок был совершенно сухой.
Вера повесила дождевик подальше от обуви и решила пока ничего не проверять.
В конце концов, у некоторых вещей действительно бывает сложная внутренняя жизнь.