На поле за старым аэродромом ветер был такой деловой, будто его специально наняли на праздник воздушных змеев. Он шевелил флажки, переворачивал бумажные стаканчики и время от времени проверял, хорошо ли люди держат кепки.
Зоя приехала туда с папой и огромным жёлтым змеем по имени Лимон. Имя придумала она, а змея строили втроём: Зоя вырезала и склеивала оболочку, папа сделал лёгкие рейки, дедушка связал уздечку — короткие шнуры, за которые тянется основная леска. В сложенном виде Лимон занимал половину багажника. В разложенном — примерно половину уважения окружающих.
— Вот это аппарат, — сказал мальчик у соседнего фургона. — Он самолёты не пугает?
— Самолёты отсюда давно не летают, — ответила Зоя. — Теперь будем пугать облака.
Первый запуск назначили на одиннадцать. Папа отошёл с катушкой метров на тридцать, Зоя подняла Лимона над головой и дождалась порыва.
— Пускай!
Она отпустила.
Лимон взлетел красиво. На секунду.
Потом он наклонился вправо, описал широкую дугу и с достоинством сел в траву боком.
— Он просто осматривается, — сказала Зоя.
Второй запуск получился почти таким же, только теперь Лимон успел подняться выше и поэтому сел дальше. На третьем он направился к полосе кустов. Папа быстро отпустил натяжение, и змей опустился раньше, чем добрался до веток.
К ним подошла женщина в красной панаме. На её жилете было написано «Клуб свободного ветра».
— Не тяните сильнее, если уходит в сторону, — сказала она. — Сильнее тянуть кривой змей — это помогать ему лететь криво быстрее.
Зою это замечание заинтересовало.
Они положили Лимона на траву. С виду всё было ровно: две поперечные рейки, жёлтая оболочка, хвост из лент. Зоя встала у головы змея и прищурилась.
— Правая лента короче.
— На четыре сантиметра, — измерил папа.
— Четыре сантиметра на таком хвосте разве заметны?
Женщина в панаме подняла одну бровь.
— Сейчас узнаем. Хороший праздник тем и отличается от плохого урока, что здесь можно сначала не знать.
Они удлинили ленту. Зоя выпросила у соседей кусок такой же ткани, привязала его плоским узлом и снова подняла Лимона.
На этот раз змей пошёл прямо, набрал высоту, покачался и вдруг опять начал медленно заваливаться вправо.
— Значит, не хвост, — сказал папа.
— Или не только хвост.
Зоя присела возле уздечки. От двух точек на каркасе сходились шнуры, а дальше к ним крепилась леска. Если взять за место соединения и поднять змея, он должен был висеть с небольшим наклоном носом вверх.
Лимон висел косо.
— Подожди. Здесь узел сдвинут.
Папа посмотрел внимательнее.
— Точно. Сантиметра на два.
— Дедушка так завязал?
— Возможно. А возможно, мы сами сдвинули, когда укладывали его в чехол.
Зоя уже хотела передвинуть узел обратно, но женщина в панаме остановила её.
— Отметьте старое место маркером. Иначе, если станет хуже, будете помнить, что раньше всё было «примерно вот здесь».
На жёлтом шнуре появилась синяя черта. Узел передвинули на два сантиметра, проверили, как висит змей, и пошли на четвёртый запуск.
Лимон поднялся метров на двадцать. Потом на сорок. Он больше не стремился к кустам. Вместо этого он раскачивался, будто выбирал, в какую сторону ему красивее смотреть.
Зоя держала катушку обеими руками. Леска гудела.
— Пап, дай ещё!
— Понемногу.
Она отпустила несколько метров. Лимон поднялся выше, и его хвост вытянулся почти горизонтально.
— Получилось!
И тут ветер решил, что празднику не хватает перемен. Флажки у палаток резко повернулись. Сначала они смотрели к лесу, теперь — к старому ангару. Лимон просел, дёрнулся и начал описывать широкую восьмёрку.
На поле сразу стало оживлённо. Кто-то сматывал леску. Маленький дракон у дальней дорожки кувыркнулся. Огромная синяя рыба, до этого висевшая над палаткой, сложилась пополам.
— Сматываем, — сказал папа.
— Но он же только полетел!
— Поэтому особенно жалко будет посадить его на дерево.
Зоя посмотрела наверх. Лимон пока держался, но порывы приходили с разных сторон. Леска то натягивалась, то провисала.
Она начала крутить катушку.
Это оказалось гораздо труднее, чем красивый запуск. Лимон не хотел возвращаться. Когда леска сокращалась, змей снова набирал силу и тянул в сторону. Папа встал рядом, но катушку не забирал.
— Медленнее. На порыве держи. Когда ослабевает — сматывай.
— Я так до зимы буду.
— Зимой ветер другой. Придётся начинать заново.
Зоя фыркнула и продолжила.
Через десять минут Лимон был на земле. Рядом приземлились ещё несколько больших змеев. Хозяева маленьких продолжали летать: короткие лески и лёгкие конструкции переносили рваный ветер спокойнее.
— Несправедливо, — сказала Зоя, усаживаясь на чехол.
Женщина в красной панаме услышала.
— Конечно. Ветер вообще не подписывал правила соревнований.
— А дальше что? Ждать?
— Можно ждать. Можно взять меньшего змея. Можно пойти есть пирожок. Все три решения технически грамотные.
У Зои был запасной змей — маленький треугольный, купленный год назад. Он лежал под Лимоном и выглядел теперь почти игрушкой.
— Я его даже доставать не хотела.
— Почему?
— Мы же Лимона делали два месяца.
Папа сел рядом.
— Два месяца не пропали из-за того, что сегодня он полетал семь минут.
Зоя покрутила катушку. Ей не нравилось, когда взрослые говорят разумные вещи именно в тот момент, когда хотелось сердиться.
— Ладно. Доставай малыша.
Маленький змей взлетел с первой попытки. Он подрагивал, нырял на порывах, снова поднимался и держался там, где Лимону уже было неудобно. Зоя быстро поняла его движения и стала отпускать леску ровно настолько, чтобы он не попадал в зону над палатками.
Через полчаса ветер снова выровнялся.
— Лимон? — спросил папа.
Зоя посмотрела на флажки. Потом на длинную траву. Потом на маленького змея, который спокойно стоял в небе.
— Ещё пять минут посмотрим.
Они посмотрели десять.
Когда порывы стали одинаковыми, Лимона разложили снова. Синяя отметка на уздечке позволила быстро проверить узел. Хвост был одинаковой длины с обеих сторон. Зоя сама держала катушку, а папа отошёл со змеем.
— Готова?
— Давно.
— Тогда лови ветер.
Лимон поднялся без рывка. Прошёл первые двадцать метров, потом ещё двадцать. Зоя чуть отпустила леску и почувствовала, как натяжение стало ровным. Огромный жёлтый ромб стоял над полем почти неподвижно, а длинный хвост шёл за ним плавной волной.
Мальчик у соседнего фургона снова подошёл.
— Ну что, облака испугались?
Зоя посмотрела вверх.
— Нет. Но кусты теперь могут расслабиться.
К трём часам объявили общий парад. Над полем висели драконы, совы, коробчатые змеи, несколько рыб и один Лимон. Ветер снова шевелил кепки, но уже без прежней вредности.
Перед отъездом Зоя сняла змея и на внутренней стороне жёлтой оболочки написала маркером: «Хвост — одинаковый. Узел — по синей метке. Если ветер чудит, не спорить».
Папа прочитал.
— Последнее — это инструкция змею или нам?
— В следующем году проверим.