Красный чемодан стоял у дяди Марата на верхней полке шкафа.
На нём не было наклеек из аэропортов, царапин от поездов и даже пыли. Он выглядел так, будто его купили вчера и тут же запретили ему стареть.
— Что там? — спросил Тим.
— Город.
— Очень смешно.
— Спасибо.
Дядя Марат умел отвечать так, что через две минуты становилось совершенно непонятно, пошутил он или сообщил важную семейную тайну.
Тим приехал к нему на выходные. Мама сказала:
— Только не разбирайте опять кофемолку.
— Мы её в прошлый раз собрали, — возразил дядя.
— У неё после этого три скорости: «громко», «очень громко» и «соседи пришли».
Поэтому в субботу Тим старательно обходил кофемолку стороной.
А потом дядя ушёл в магазин за хлебом.
И красный чемодан щёлкнул.
Сам.
Тим замер.
Щёлкнул второй замок.
Потом третий.
— Нет, — сказал Тим чемодану. — Мы с тобой незнакомы.
Крышка приподнялась.
Из щели пахнуло булочками, мокрой мостовой и чем-то электрическим.
Тим поставил стул, забрался и осторожно открыл чемодан.
Внутри был город.
Не игрушечный.
Настоящий.
Только маленький.
По улицам ехали трамвайчики размером с спичечный коробок. На площади бил фонтан с настоящей водой. На балконах сушилось бельё размером с почтовые марки. На перекрёстке человек в зелёной кепке сердито размахивал руками перед крошечным грузовиком.
И тут Тим понял ещё одну странность.
Город быстро рос.
Край чемодана уже стал шире шкафа.
— Ой.
Улицы раздвинулись.
Дом с башенкой поднялся до потолка.
Стул под Тимом исчез — точнее, превратился в огромную деревянную конструкцию посреди площади.
Через секунду Тим стоял уже не в комнате дяди Марата, а на мостовой.
Чемодан исчез.
Над площадью висело обычное голубое небо.
— Прекрасно, — сказал Тим. — Я залез в багаж.
К нему подбежал человек в зелёной кепке.
Теперь он был нормального роста.
— Ты кто?
— Тим.
— Профессия?
— Второй класс закончил.
— Не профессия.
— Тогда пока без профессии.
Человек тяжело вздохнул.
— Очень не вовремя. Я диспетчер Грин. У нас до закрытия города сорок семь минут.
— До чего?
— До закрытия чемодана.
Тим посмотрел вверх.
На небе мигнула огромная цифра: 46:59.
— А что будет, когда время закончится?
— Город сложится.
— А люди?
— Тоже.
— Это больно?
— Нет. Но если три вещи не окажутся на местах, при следующем открытии город соберётся неправильно.
— Насколько неправильно?
Грин показал на памятник в центре площади.
У памятника вместо головы была автобусная остановка.
— Это ещё после прошлого раза.
Тим сглотнул.
— Какие три вещи?
Грин достал список.
— Колокол Северной башни. Синяя книга правил мостов. И ключ от главного водопровода.
— Они потерялись?
— Нет. Их доставляют.
— Тогда в чём проблема?
— Доставщики тоже потерялись.
Сверху мигнуло: 45:38.
— Почему я должен помогать?
— Потому что ты высокий.
— Я обычный.
— Для человека, пришедшего снаружи, ты немного больше города.
Тим посмотрел на ноги.
Действительно: подошвы его кроссовок были шире тротуарной плитки, а низкие фонари доходили до пояса.
— И что делать?
— Бежать.
— Вот теперь похоже на профессию.
Первым был колокол.
Он лежал на платформе грузового трамвая, который застрял посреди улицы из-за стада голубей.
Но голуби в этом городе были размером с индюков.
— Они нас съедят? — спросил Тим.
— Нет.
— Хорошо.
— Они едят расписания.
— Что?
Грин показал на остановку. Вместо таблички там торчал обгрызенный угол.
— Очень любят бумагу с цифрами.
Тим подумал.
Потом вынул из кармана старый чек из магазина дяди Марата.
На нём было много цифр.
— Подойдёт?
Голуби одновременно повернули головы.
— Ой, — сказал Грин.
Тим бросил чек в боковую улицу.
Стадо ринулось за ним.
— Это была сдача за мороженое! — крикнул Тим.
— Город запомнит твою жертву!
Они подбежали к трамваю.
Колокол был тяжёлый, но для Тима — как большая кастрюля.
Он взял его и понёс к Северной башне.
В башне не оказалось лестницы.
— Где она?
— Сегодня суббота. Лестницы по субботам на профилактике.
— Все?
— В муниципальных зданиях — да.
Тим посмотрел на башню.
Потом на колокол.
Потом просто поднял руку и поставил колокол в окно верхнего этажа.
Грин молчал.
— Что?
— Иногда внешний человек очень удобен.
На небе: 36:12.
Вторая вещь — синяя книга правил мостов — ехала на лодке по каналу.
Лодка не двигалась.
Канал тоже.
— Вода закончилась? — спросил Тим.
— Обеденный перерыв.
— У воды?
— У шлюзовщика.
Они нашли шлюзовщика за углом. Он ел суп.
— Я имею право на тридцать минут, — сказал он.
Грин посмотрел на небо.
31:04.
— У города нет тридцати минут!
— Это нарушение правил труда.
Тим сел рядом.
— А можно книгу получить без лодки?
Шлюзовщик пожал плечами.
— Если умеете ходить по воде.
Тим посмотрел на канал. Для него он был глубиной по щиколотку.
— Кажется, умею.
Он вошёл в воду, дошёл до лодки и взял книгу.
— Формально, — сказал шлюзовщик, — доставка нарушена.
— Формально город скоро сложится.
— Тоже верно.
Тим отнёс книгу в здание управления мостами.
Там сидела женщина с огромными очками.
— Наконец-то! — сказала она. — Без этой книги мы не можем разрешить мостам складываться.
— Они сами не умеют?
— Умеют. Но без разрешения нельзя.
— Конечно.
На небе: 22:51.
Остался ключ от главного водопровода.
Он должен был находиться у мастера труб господина Булька.
Господина Булька нашли на площади.
Он сидел на бордюре и был совершенно мокрый.
— Ключ упал в трубу, — сказал он.
— Глубоко?
— До самого водохранилища.
Грин побледнел.
— Это на другом конце города!
На небе: 18:33.
— Есть карта труб? — спросил Тим.
Господин Бульк достал свёрток.
Карта была огромной и очень сложной.
Красные линии, синие линии, стрелки, номера клапанов.
Тим сел на землю.
— Отсюда упал?
— Да.
— Вода идёт сюда?
— Да.
— Потом через клапан семь?
— Если он открыт.
— Он открыт?
— По субботам наполовину.
— Почему у вас всё по субботам странно?
— Традиция.
Тим провёл пальцем по синей линии.
— Тогда ключ не обязательно дошёл до водохранилища. Здесь сетка.
— Какая сетка?
— Вот значок.
Грин прищурился.
— Это фильтр!
Они побежали к фильтру.
Он находился под круглой крышкой на улице.
Господин Бульк поднял крышку специальным крюком.
Внутри журчала вода.
На решётке блестел ключ.
— Достать не могу, — сказал Бульк. — Рука не проходит.
Тим лёг на живот.
Его рука проходила.
Он достал ключ.
На небе: 09:42.
— Всё! — крикнул Грин.
— А вернуть куда?
Все замолчали.
Господин Бульк сказал:
— В центральный шкаф водопровода.
— Где он?
— За площадью.
Они побежали.
Город вокруг начал готовиться к складыванию.
Фонари втягивались в тротуары.
Деревья аккуратно собирали ветки.
Трамваи заезжали в депо один за другим.
Дома закрывали окна.
На памятнике автобусная остановка вместо головы повернулась и сказала:
— До складывания семь минут.
— Памятник разговаривает? — спросил Тим на бегу.
— Только перед закрытием.
Они добежали до водопроводной станции.
Дверь была заперта.
— Ключ! — сказал Тим.
— Этот ключ от водопровода, а не от двери, — сказал Бульк.
— А от двери где?
— У сторожа.
— Где сторож?
— Уже сложился.
На небе: 05:21.
Тим оглянулся.
Окна домов начали становиться плоскими.
Грин схватился за голову.
— Всё. В следующий раз город соберётся с фонтаном внутри библиотеки.
— Это плохо?
— Очень шумно.
Тим посмотрел на дверь.
Потом на окно станции.
Оно было узкое.
Для Грина.
Для Тима — обычное.
Он просунул руку, нащупал защёлку и открыл окно изнутри.
— Внешний человек, — прошептал Грин. — Как же мы раньше жили?
В шкафу было отверстие для ключа.
Бульк вставил ключ.
На небе: 02:03.
Система загудела.
Где-то заработал фонтан.
— Всё? — спросил Тим.
— Всё!
— А как мне выйти?
Грин замер.
— Через Центральную площадь.
Они побежали обратно.
01:21.
00:58.
00:41.
Город складывался на ходу.
Улица стала уже.
Дом свернулся, как книжная страница.
Тим перепрыгнул через канал, который уже превращался в синюю линию.
На площади появился красный край чемодана.
— Прыгай! — крикнул Грин.
— А вы?
— Мы дома!
Тим остановился.
— Подождите.
— Что?!
Он схватил памятник с автобусной остановкой вместо головы.
— Это что такое?
— Ошибка прошлого складывания!
— Исправим.
Тим снял остановку, нашёл лежавшую рядом настоящую каменную голову и поставил её на место.
00:12.
— Тим!
Он прыгнул через красный край.
Крышка захлопнулась.
Тим сидел на стуле перед шкафом.
В комнате пахло хлебом.
Дядя Марат стоял в дверях с пакетом.
— Ты открыл чемодан.
— Да.
— Город собрался?
— Вроде.
— Вроде?
Дядя быстро поставил хлеб и открыл чемодан на два сантиметра.
Внутри было тихо.
Потом оттуда раздался крошечный голос:
— Памятник исправлен!
Дядя закрыл крышку.
— Неплохо.
Тим спрыгнул со стула.
— Ты знал, что там город?
— Я же сказал.
— Почему не предупредил про сорок семь минут?
— Обычно у них час.
— Обычно?!
Дядя Марат задумался.
— Наверное, опять переводили городское время.
Тим посмотрел на него.
— Я больше ничего у тебя без спроса не открываю.
— Разумное решение.
Из шкафа донёсся тихий стук.
Три раза.
Тим поднял голову.
— Что это?
— Почта.
— Из города?
— Вероятно.
— Открывать?
Тим посмотрел на красный чемодан.
Потом на часы.
Потом на дядю.
— Сначала поужинаем.
— Очень разумное решение.
За ужином Тим обнаружил в кармане маленький билет.
На нём было написано:
«Почётному внешнему специалисту по высоким полкам, мелким каналам и нештатным дверям».
А ниже:
«Голубям чеков больше не давать».
Тим положил билет в кошелёк.
Сдачи за мороженое всё равно было жалко.