— Прошу не мешать артисту! — объявил лифт и уехал на восьмой этаж без Кати.
Катя осталась на первом с пакетом булочек и ключами от квартиры. На табло мигала цифра 8, хотя кнопку никто не нажимал. Через минуту кабина вернулась, двери раскрылись, и из динамика раздался строгий голос:
— Выход графини. Пауза. Поворот головы.
— Какая графиня? — спросила Катя.
— Следующая сцена, — ответил лифт и закрыл двери.
В их доме лифт был старый, но обычно не разговаривал. Он пищал, дребезжал и иногда думал дольше положенного, однако театром не увлекался.
Из подъезда вышла соседка Тамара Львовна с рулоном ткани.
— Опять на восьмой? — спросила она. — Сегодня он уже возил туда мой табурет.
— Зачем?
— Видимо, табурет играет князя.
Тамара Львовна шила костюмы для районного театра. Вчера в её мастерской на восьмом этаже была репетиция спектакля. Актёры не помещались в комнате и ждали своих выходов на лестничной площадке. Режиссёр командовал через переносной громкоговоритель.
Катя посмотрела на маленькую решётку над дверями лифта.
— Может, он услышал команды?
— Услышать мог. Исполнять не обязан.
Лифт снова приехал.
— Сцена вторая. Графиня входит с хлебом.
Катя подняла пакет.
— Это про меня?
— Реквизит принят, — сказал лифт.
Двери закрылись, прежде чем Катя успела шагнуть внутрь.
На площадке появился дворник Арсен с ведром.
— Он вас тоже не возит? — спросила Катя.
— Меня возит. Но только на третий, — сказал Арсен. — Там у него, кажется, антракт.
Вместе они дождались следующего приезда. Арсен придержал дверь щёткой, Катя вошла, и кабина тронулась. На втором этаже лифт остановился.
— Слуга приносит письмо.
Двери открылись. Никого.
На третьем:
— Антракт пятнадцать минут.
Свет погас, осталась аварийная лампа.
— Вот видите, — сказал Арсен. — Очень убедительно.
Катя нажала кнопку связи с диспетчером. Вместо диспетчера динамик произнёс:
— Тише в зале!
— Это уже невежливо, — сказала Катя.
Через несколько секунд свет включился. Лифт поднялся на восьмой. На площадке стояли вешалки с костюмами, коробка париков и переносной громкоговоритель. Его провод тянулся к открытой двери мастерской.
Тамара Львовна поднялась пешком и тяжело дышала.
— Репетицию закончили вчера в десять. Почему эта штука включена?
Громкоговоритель молчал. Катя наклонилась к нему и увидела на панели маленькую красную лампочку. Рядом лежал радиомикрофон, прижатый тяжёлой книгой с текстом пьесы.
— Кнопка нажата, — сказала она.
Катя убрала книгу. Лампочка погасла.
Лифт в коридоре произнёс:
— Графиня удивляется.
— Очень точное замечание, — сказала Тамара Львовна.
Но лифт не успокоился. Он поехал вниз пустым, остановился на пятом, затем снова поднялся.
Катя заглянула в кабину. Над панелью кнопок был приклеен серебристый кружок — метка от костюма. Такие метки Тамара Львовна пришивала к одежде, чтобы на складе ручной сканер показывал номер костюма.
— Это магнит? — спросила Катя.
— Внутри маленький магнит, — ответила соседка. — Чтобы метка держалась на металлической стойке.
Кружок прилип как раз возле панели. Катя осторожно сняла его. Под ним оказалась кнопка восьмого этажа. Она была слегка вдавлена.
— Вот почему он всё время ехал сюда, — сказала Катя. — Но откуда реплики?
Арсен открыл шкафчик с оборудованием на площадке. Внутри стоял радиоприёмник, которым монтажники пользовались при проверке лифта. Его забыли после вчерашнего ремонта. Приёмник был настроен на ту же частоту, что и театральный микрофон.
— Получается, режиссёр командовал актёрам, а слушал лифт, — сказал Арсен.
— И очень старался, — добавила Катя.
Они выключили приёмник и позвонили в лифтовую службу. Мастер приехал через сорок минут. Он проверил кнопку восьмого этажа, связь и автоматику. Кнопка не сломалась, но метка действительно прижимала её достаточно сильно.
— Сам лифт спектакль не выучил, — сказал мастер. — Просто получал две разные команды: одну по радио, другую от кнопки.
Тамара Львовна собрала костюмы. Арсен унёс ведро. Катя наконец поднялась домой вместе с булочками.
Вечером у подъезда повесили объявление: «Не оставлять магнитные метки возле кнопок. Театральную аппаратуру после репетиции выключать».
На следующий день Катя вошла в лифт и нажала шестой этаж.
Кабина спокойно поехала вверх.
На третьем этаже она на секунду замедлилась.
— Только не антракт, — предупредила Катя.
Лифт молчал.
Зато из пакета выпала булочка, покатилась к двери и остановилась точно посередине кабины.
— Выход реквизита, — сказала Катя сама и подняла её.