В половине шестого утра Лев проснулся от длинного свиста.
Сначала он решил, что это поезд. За дачным посёлком проходила железная дорога, и по утрам товарные составы тянулись так медленно, будто ещё не проснулись. Но свист повторился — высокий, тонкий, с дрожью на конце.
— Поезд так не умеет, — сказал Лев вслух.
На соседней кровати дедушка уже сидел и надевал носки.
— Верно, — ответил он. — Это башня.
Водонапорная башня стояла на краю посёлка. Высокая кирпичная нога держала круглый металлический бак. Насос качал туда воду из скважины, а потом вода сама шла по трубам вниз, к домам. Дедушка объяснял это раньше, но башня никогда не свистела.
— Может, у неё чайник внутри? — спросил Лев.
— Тогда чайник литров на пятьдесят тысяч.
Они вышли на улицу. Трава намочила Льву кеды, воздух пах холодной землёй. У калиток уже стояли люди с вёдрами и бутылками. Из некоторых кранов вода шла тонкой струйкой.
Возле башни дежурил мастер Виталий Сергеевич. Он держал ладонь на толстой трубе и смотрел на круглый манометр — прибор со стрелкой, который показывал давление.
— Стрелка скачет, — сказал он дедушке. — Насос включается, давление растёт, потом где-то воздух прорывается и свистит.
— Где? — спросил Лев.
— Вот это и ищем.
Башня была обнесена сеткой. Виталий Сергеевич никого внутрь не пускал, но Льву разрешили идти рядом с оградой и слушать. Свист появлялся примерно раз в три минуты. Лев прикладывал ухо к столбам, к металлическим воротам и даже к деревянному ящику с песком.
— Не трогай трубы, — предупредил мастер. — Под давлением шутки плохи.
После третьего свиста Лев заметил странность.
— Он не сверху, — сказал он. — Звук приходит снизу и справа.
— Эхо, — предположил дедушка.
Лев отошёл к канаве. Там звук был громче. В траве лежала тонкая пластиковая трубка, почти скрытая листьями. Один её конец уходил под землю, другой был заткнут пробкой с маленькой дыркой.
Свист раздался прямо у Льва под ногами.
— Нашёл!
Виталий Сергеевич подошёл, присел и нахмурился.
— Это контрольная трубка. Через неё воздух выходит из защитной оболочки водовода. Но свистеть она не должна.
Он осторожно снял пробку. Из трубки вырвался влажный воздух, а потом показалась вода.
— Значит, внутри оболочки течь, — сказал мастер. — Основная труба дала трещину, вода набралась вокруг неё и гонит воздух наружу.
Лев представил трубу в трубе: внутри идёт вода, снаружи лежит защитный чехол. Если внутренняя труба протекает, чехол не даёт воде сразу уйти в землю. Контрольная трубка показывает, что там случилась беда.
— А почему давление скачет?
— Насос пытается восполнить потерю, — ответил Виталий Сергеевич. — Качает больше, чем обычно.
Мастер перекрыл задвижку — большое колесо на трубе. Когда он поворачивал его длинным ключом, вода в посёлке на несколько минут совсем пропала. Потом открыли запасную линию, и краны снова зашумели.
Свист прекратился.
— Всё? — спросил Лев.
— Нет. Теперь начинается работа, — сказал мастер. — Нужно найти место повреждения.
По посёлку шли две подземные трубы. Одна рабочая, другая запасная. Повреждённый участок был длиной почти двести метров. Перекапывать всё подряд никто не хотел.
Виталий Сергеевич достал из машины длинный металлический стержень с наушниками. Он ставил наконечник на землю и слушал.
— Утечка шумит под землёй, — объяснил он. — Вода вырывается из трещины и шуршит в грунте. Этот прибор усиливает звук.
Леву тоже дали наушники, но только когда мастер держал стержень. У дороги слышались гул машин и шаги. Возле берёзы — тихое шипение. У старой автобусной остановки шипение стало громче.
— Здесь! — сказал Лев.
— Не спеши, — ответил Виталий Сергеевич. — Звук по трубе путешествует. Проверим с другой стороны.
Они прошли ещё двадцать метров. Там было тише. Вернулись назад, переставляя стержень через каждые два шага. Самый сильный шум оказался у края остановочной площадки.
Рабочие поставили ограждение и привезли маленький экскаватор. Ковш снимал землю слоями. Лев смотрел из-за ленты. На глубине показалась чёрная оболочка, а под ней — мокрый песок.
Трещина оказалась рядом с металлическим соединением. Зимой грунт промёрз, весной просел, и трубу слегка согнуло. Сразу она выдержала, но за несколько месяцев трещина стала длиннее ногтя.
— Такая маленькая, а весь посёлок разбудила, — удивился Лев.
— Маленькая под большим давлением бывает очень громкой, — сказал мастер.
Повреждённый кусок вырезали, поставили новый и зажали соединениями. Потом трубу медленно наполнили водой. Виталий Сергеевич следил за манометром. Стрелка поднялась и остановилась.
— Теперь можно открывать основную линию.
К полудню вода снова шла по привычной трубе. Жители унесли вёдра домой. Дедушка поставил чайник.
— Всё-таки башня свистела как чайник, — сказал Лев.
— Почти. Только чайник сообщает, что вода готова, а башня сообщила, что вода уходит.
На следующий день Лев снова проснулся в половине шестого. За окном было тихо. Он прислушался к башне, к железной дороге, к трубам в стене.
Потом в кухне засвистел настоящий чайник.
Лев пришёл первым и выключил его раньше дедушки.