До старта семейного велопробега оставалось сорок минут, когда в мастерскую вкатили синий велосипед.
— Он едет боком, — сказал мальчик лет десяти. — То есть я еду прямо, а он как будто спорит.
Рита подняла глаза от коробки с камерами. По субботам она помогала дяде Антону в мастерской: подавала ключи, клеила ценники, записывала номера заказов и уже умела менять проколотую камеру. Но сегодня мастерская должна была закрыться раньше. На площади через два квартала собирался велопробег, и дядя Антон обещал быть там механиком на старте.
— Едет боком — это слишком широкое описание, — сказал он. — Ставь на стойку.
Мальчика звали Егор. Он объяснил, что утром всё было нормально, потом велосипед довезли до площади в багажнике машины, а когда он сел, заднее колесо стало задевать тормоз.
Дядя Антон поднял велосипед на ремонтную стойку и раскрутил колесо. Один участок обода действительно уходил влево и шуршал о тормозную колодку.
— Восьмёрка? — спросила Рита.
— Похоже. Но сначала исключаем простое.
Они проверили, ровно ли стоит колесо в раме. Ось была затянута правильно. Покрышка сидела на ободе без бугра. Тормозные колодки стояли симметрично.
— Значит, обод кривой, — сказал Егор. — Его надо выгнуть обратно?
— Руками — точно нет, — ответил дядя Антон. — Обод держат спицы. Каждая тянет его к своей стороне втулки. Если натяжение ушло, колесо начинает вилять.
Он прикрепил к раме пластиковую стяжку так, чтобы её кончик почти касался обода. Получился простой указатель: когда колесо вращалось ровно, между пластиком и металлом оставалась тонкая щель; на кривом месте обод подходил вплотную.
— Хорошая вещь, — сказала Рита. — Стоит три рубля и показывает правду.
— Иногда показывает даже слишком громко.
На кривом участке стяжка затрещала по ободу.
Дядя Антон быстро прошёл пальцами по спицам. Несколько звучали высоким металлическим «тинь», одна — заметно ниже.
— Вот эту подтянуть? — спросила Рита.
— Не спеши. Если тянуть одну спицу до победы, можно получить новую кривизну рядом. Сначала смотрим, куда ушёл обод и какие спицы работают на этом участке.
Он показал ниппели — маленькие гайки у обода, которыми меняют натяжение спиц. Спицевым ключом дядя Антон повернул один ниппель всего на четверть оборота, соседний — чуть меньше. Снова раскрутил колесо.
Шорох стал короче, но не исчез.
В дверь заглянула женщина в жёлтом жилете.
— Антон, через двадцать пять минут закрываем регистрацию. У нас ещё три насоса просят и один шлем потерял хозяина.
— Ирина, насосы у двери. Шлем не чиню, хозяина не ищу, — сказал дядя Антон. — Через десять минут выходим.
Егор побледнел.
— А велосипед?
— Если не успеем сделать безопасно, поедешь на запасном из проката, — ответил мастер. — Старт не повод торопиться с колесом.
Это Рите понравилось меньше всего и больше всего одновременно. Меньше — потому что хотелось починить. Больше — потому что теперь было ясно: никто не станет крутить гайки наугад ради красивого финала.
Дядя Антон дал ей спицевой ключ.
— Попробуешь следующий шаг. Я скажу какой.
Рита поставила колесо так, чтобы кривой участок оказался напротив стяжки.
— Обод уходит влево, — сказала она.
— Значит?
Она посмотрела на спицы. Одни шли от обода к левой стороне втулки, другие — к правой.
— Надо чуть сильнее потянуть вправо. То есть подтянуть правые спицы на этом участке. А левые, если слишком натянуты, немного отпустить.
— Именно. Но маленькими шагами.
Рита повернула первый ниппель. Четверть оборота показалась смешной величиной. Хотелось сделать пол-оборота и сразу увидеть результат. Она удержалась.
Колесо закрутилось. Стяжка всё ещё касалась обода, но теперь лишь один раз.
— Ещё! — сказал Егор.
— Нет, сначала проверим натяжение вокруг, — ответила Рита раньше дяди Антона.
Она постучала по спицам пластиковым ключом. Звуки были похожи, но одна правая спица рядом звенела выше остальных.
— Эту уже не тянуть, — сказала она.
— Хорошо. Работай соседними.
Через несколько минут боковое биение почти исчезло. Рита уже собиралась объявить победу, когда дядя Антон указал на верхнюю точку колеса.
— Теперь посмотри не сбоку, а сверху.
Оказалось, обод в одном месте чуть поднимался к стяжке. Рита нахмурилась.
— Мы сделали новую проблему?
— Небольшая была и раньше. Просто боковая мешала её заметить. Колесо может быть кривым не только вправо-влево, но и по радиусу.
— И это тоже спицами?
— Да. Но если начинаешь исправлять всё сразу, легко потерять то, что уже сделал. Поэтому идём по одному параметру и каждый раз перепроверяем.
На площади за окном включили громкоговоритель. Голос ведущего объявил, что участникам пора занимать места у стартовых ворот.
Егор смотрел то на часы, то на колесо.
— Запасной велосипед нормальный? — спросил он наконец.
— Нормальный, — сказала Ирина из дверей. — Красный. Только корзинка впереди.
— Я не поеду с корзинкой.
— Она снимается за двадцать секунд.
— Тогда нормальный.
Рита засмеялась.
Дядя Антон тем временем проверил колесо измерителем натяжения. Это был инструмент с пружиной: он слегка отгибал спицу и показывал на шкале, насколько та сопротивляется. Одного одинакового звона было недостаточно — особенно перед поездкой.
— Допуск есть, — сказал он. — Теперь тормоз.
Они вернули колодки в рабочее положение. Колесо вращалось свободно и нигде не шуршало.
— Готово? — спросил Егор.
— На стойке — да. Теперь короткая проверка под нагрузкой.
На улице дядя Антон проехал на велосипеде вдоль дома, несколько раз затормозил и вернулся. Потом ещё раз поднял заднее колесо и проверил его стяжкой.
Рита заметила едва слышный щелчок на одном участке.
— Там снова касается.
— Вижу. После нагрузки спицы немного уселись. Нормально для только что исправленного колеса. Ещё одна маленькая корректировка.
— А если бы мы сразу уехали?
— Скорее всего, ничего страшного. Но «скорее всего» — плохая единица измерения в мастерской.
Они сделали последнюю поправку. На этот раз стяжка молчала по всей окружности.
Ирина уже стояла в дверях с тремя насосами под мышкой.
— Восемь минут.
— Хватит, — сказал дядя Антон.
Егор сел на велосипед и проехал до угла. Вернулся с таким лицом, будто выиграл гонку, которая ещё не началась.
— Не спорит!
— Велосипеды редко спорят, — сказала Рита. — Обычно просто сообщают, что у них что-то не так.
Они закрыли мастерскую и пошли к площади. Егор укатил вперёд, но у стартовых ворот дождался их. На его руле уже висел номер участника.
Сам велопробег был не гонкой. Колонна медленно прошла по перекрытым улицам, сделала круг через парк и вернулась на площадь. Рита ехала рядом с дядей Антоном на своём зелёном велосипеде и несколько раз специально смотрела на заднее колесо Егора. Оно вращалось ровно.
После финиша Егор подошёл к палатке механиков.
— Всё нормально. Только я теперь слышу каждую спицу.
— Это пройдёт, — сказал дядя Антон.
— А если не пройдёт?
Рита протянула Егору пластиковую стяжку.
— Тогда начнёшь с неё. Но ключ пока не дам.
Егор спрятал стяжку в карман, словно это был настоящий инструмент.
Дядя Антон открыл ящик с насосами и кивнул Рите на велосипед, у которого спустило переднее колесо.
— Следующий пациент. Здесь что проверяем первым?
Рита присела возле покрышки.
— Сначала простое.