— Он опять врёт, — сказала Маша.
На въезде в парк стоял новый электронный счётчик. Каждый раз, когда по пешеходному мосту проходил человек, на табло должна была прибавляться единица. Но утром табло показывало 148, хотя смотритель парка был уверен: до открытия прошли только он, уборщица и дворник.
— Может, голуби считаются? — предположил Саша.
— Тогда здесь должно быть две тысячи.
Их дядя Артём устанавливал счётчик и теперь ходил вокруг металлической стойки с отвёрткой. Внизу находился датчик — небольшое тёмное окошко. Оно посылало невидимый луч поперёк моста. Когда кто-то пересекал луч, прибор отмечал проход.
— Вчера всё работало, — сказал дядя. — Сегодня счётчик решил, что парк пользуется бешеной популярностью в пять утра.
Маша присела возле окошка.
— А если луч прерывает что-то другое?
— Именно это и надо выяснить.
Дядя дал им блокнот и попросил записывать показания каждые пять минут. Сам он пошёл проверять кабель под настилом.
В 8:10 табло показывало 151. По мосту прошли три человека.
В 8:15 — 155. Прошли двое.
— Лишние два, — записал Саша.
В 8:20 показание стало 161. Людей было четверо.
— Ещё два лишних, — сказала Маша. — Причём одинаково.
Они стали смотреть не на людей, а на всё вокруг. По перилам прыгала ворона. Ветер качал ветку ивы. Под мостом плескалась вода. На поручне висела красная лента, оставшаяся после вчерашнего праздника.
Лента взлетала на ветру и иногда пересекала луч.
— Вот! — Саша отвязал её.
Следующие десять минут счётчик работал правильно.
— Значит, всё? — спросил он.
Табло само прибавило ещё две единицы.
Никто не проходил.
Маша посмотрела на воду. По мосту скользнула тень чайки, но датчик был слишком низко. Потом под настилом что-то стукнуло.
Дядя Артём вылез из технического люка.
— Кабель целый. Разъёмы сухие.
— Лента мешала, но не только она, — сказала Маша. — Иногда появляются ровно две лишние единицы.
Дядя нахмурился.
— Две — важная подсказка. Один предмет может пересечь луч туда и обратно.
Они снова заняли наблюдательный пост. Саша встал у одного конца моста, Маша — у другого. Дядя смотрел на экран прибора через служебное приложение.
Десять минут ничего не происходило.
Потом в кустах зашуршало.
На мост выбежала маленькая рыжая собака без поводка. Она пересекла луч, остановилась возле урны и вернулась обратно.
Табло прибавило две единицы.
— Вот и нарушитель, — сказал Саша.
За собакой появился мужчина с синим поводком в руке.
— Рыжик! Я же просил не убегать.
— Ваш пёс сегодня уже много раз бегал по мосту? — спросила Маша.
— Раз пять, наверное. Он любит проверять, не открылась ли палатка с булочками.
Это объясняло часть лишних проходов, но не все сто сорок восемь.
— До пяти утра Рыжик здесь не бегал, — сказал смотритель. — Ворота были закрыты.
Тогда Маша предложила проверить время, когда начался скачок. Прибор хранил журнал — список минут, в которые срабатывал датчик.
Дядя открыл записи.
С 4:47 до 5:03 счётчик сработал сто тридцать шесть раз. Почти равными промежутками.
— Человек так ходить не сможет, — сказал Саша.
— И собака тоже, — добавила Маша. — Слишком регулярно.
Они пришли на мост следующим утром ещё до рассвета. Парк был закрыт, поэтому смотритель впустил их через служебную калитку.
В 4:40 табло не менялось.
В 4:46 над рекой поднялся ветер.
В 4:47 счётчик щёлкнул.
Потом ещё раз. И ещё.
Саша включил фонарик и направил луч вдоль перил. Ничего.
Маша легла на деревянный настил и посмотрела в щель.
Под мостом висела тонкая верёвка. На ней болталась пластиковая бутылка, почти скрытая в тени. Видимо, кто-то привязал её к перилам, чтобы достать из воды мяч или игрушку. Ночью ветер раскачивал бутылку, и она проходила прямо перед нижней частью датчика.
Туда — одно срабатывание. Обратно — второе.
— Вот откуда пары, — сказала Маша.
Смотритель снял верёвку. В бутылке оказались три мокрых камешка.
— Похоже, дети вчера устроили подъёмный кран, — сказал он.
Дядя Артём проверил высоту датчика. Окошко стояло слишком низко и ловило всё, что двигалось под перилами.
— Перенесу его на двадцать сантиметров выше, — решил он. — Тогда ноги людей он увидит, а бутылки под мостом — нет.
Но Саша предложил сначала испытание.
Они взяли картонную коробку, мяч, складную тележку и самокат. По очереди провезли их через мост. Счётчик должен был учитывать человека, а не каждое колесо или предмет.
С коробкой получилось правильно. С мячом тоже. Тележка дала одно лишнее срабатывание.
— Значит, просто поднять датчик мало, — сказала Маша.
Дядя изменил настройку: теперь два быстрых пересечения луча подряд прибор объединял в один проход, если между ними было меньше половины секунды. Так колёса тележки не превращались в отдельных посетителей.
Они снова провели испытание.
Человек с тележкой — один.
Человек с самокатом — один.
Саша пробежал туда и обратно с паузой — два.
Рыжик, снова появившийся возле моста, пересёк луч и вернулся — тоже два.
— Собак считать будем? — спросил Саша.
Смотритель задумался.
— Пусть считаются. Они тоже посетители. Только в отчёте напишем, что прибор считает проходы, а не людей.
На стойке появилась новая табличка:
«Сегодня мост пересекли столько раз».
Это было точнее прежней надписи «Сегодня в парк пришли».
К открытию счётчик показывал девять: смотритель, уборщица, дворник, дядя Артём, Саша, Маша и три прохода Рыжика.
— Он снова ходил за булочками? — спросила Маша.
Хозяин собаки поднял бумажный пакет.
— Нет. На этот раз успешно.
Рыжик сел возле стойки, посмотрел на табло и один раз махнул хвостом. Прибор этого не заметил.
— Наконец-то, — сказал Саша. — Хоть хвосты он не считает.