— Только не говори, что это уже палатка, — сказал папа.
— Я и не говорю.
— Хорошо. Потому что сейчас это похоже на огромного зелёного осьминога.
Я стоял посреди стоянки, держал в руках две длинные дуги и смотрел на зелёную ткань, которая занимала почти всё место между соснами.
Мы приехали к озеру на одну ночь. Мама разгружала машину, папа ставил маленькую газовую плитку на стол, а я сам вызвался собрать палатку.
В прошлом году я уже помогал её ставить.
Правда, тогда со мной был дядя Витя. Он говорил: «Сева, подай серую дугу», «Сева, найди красную петлю», «Сева, не наступай на окно».
Мне казалось, что это почти то же самое, что собирать самому.
Теперь выяснилось: не то же самое.
Из чехла высыпались четыре связки гибких трубок, два коротких штыря, пакет колышков, верёвки и инструкция, напечатанная на ткани размером с носовой платок.
Я начал с самого понятного: соединил все трубки.
Получились две очень длинные дуги и две покороче.
Потом нашёл на палатке четыре кармана и протолкнул туда длинные дуги крест-накрест.
Ткань поднялась.
Я обрадовался.
Через минуту перестал.
Вместо нормального домика получился широкий низкий купол. Один край упирался в куст черники, другой почти касался машины. Вход оказался где-то сбоку и смотрел прямо в багажник.
Мама подошла с двумя спальниками.
— Интересно, — сказала она.
— Неправильно?
— Я не специалист. Но в прошлом году я могла стоять внутри.
Я залез под ткань.
Встать там можно было только на четвереньки.
— Зато ветром не сдует, — сказал папа из-за стола.
— Потому что ветер её не заметит, — ответила мама.
Над озером уже собирались серые тучи. До дождя оставалось неизвестно сколько, но явно меньше вечности.
Я вылез.
— Сейчас переставлю дуги.
— Если нужна помощь, зови, — сказал папа.
— Не нужна.
Через три минуты я сказал:
— Нужна.
Папа подошёл, вытер руки о полотенце и посмотрел на палатку.
— Что уже проверял?
— Дуги стоят крестом.
— Это вижу. А почему ты решил, что они должны идти именно в эти карманы?
Я показал на инструкцию.
На рисунке действительно были две пересекающиеся линии.
— Убедительно, — сказал папа. — Только у нас четыре дуги.
Мы посмотрели на две короткие, которые лежали на земле.
— Может, они запасные?
— Обе сразу?
— Очень предусмотрительная фирма.
Папа рассмеялся.
Я тоже, хотя фирма мне уже не нравилась.
Мама принесла фонарик.
— На ткани есть цветные метки, — сказала она. — Я когда складывала палатку весной, видела красные и жёлтые петельки.
Я нашёл их быстро.
На концах длинных дуг были маленькие красные резинки. На коротких — жёлтые.
— Вот! — сказал я.
Красные петли находились по углам палатки. Жёлтые — не по углам, а выше входов.
Мы вынули одну длинную дугу.
В тот же момент палатка сложилась пополам и накрыла папу.
Из зелёной кучи раздалось:
— Я временно вышел из обсуждения.
Я вытащил его наружу.
— Давай всё снимем, — сказал папа. — И соберём сначала каркас, потом ткань.
— На рисунке ткань уже лежит.
— Тогда наоборот. Но теперь будем смотреть не на весь рисунок, а на детали.
Мы положили палатку ровно.
Оказалось, у неё было два слоя. Внутренняя часть — светлая, с сетчатыми окнами. Сверху лежал зелёный тент от дождя.
Я проталкивал дуги сразу через оба слоя.
— Поэтому она такая широкая? — спросил я.
— Поэтому она такая сердитая, — сказал папа. — Тент вообще не должен держать форму сам.
Мы сняли его и отложили.
Внутренняя палатка оказалась гораздо понятнее.
Две длинные дуги действительно пересекались крестом. Только проходили не в карманах, а крепились к пластиковым крючкам. Их концы вставлялись в металлические кольца по углам.
Я согнул первую дугу.
— Осторожно, — сказал папа. — Она гнётся, но не любит резких перегибов.
— Я тоже.
— Очень полезное сходство.
Когда обе длинные дуги встали на место, палатка поднялась почти сама. Получился высокий купол.
Я залез внутрь и встал.
— Вот теперь похоже! — крикнул я.
— Не спеши, — ответила мама. — У тебя дверей две, а крыши над ними нет.
Мы посмотрели на короткие жёлтые дуги.
Они оказались распорками для двух маленьких навесов над входами. В инструкции эти детали были нарисованы сбоку и поэтому казались просто чёрточками.
Я закрепил первую.
Вторая никак не хотела вставляться.
— Короткая, — сказал я.
Папа взял её за середину.
— Такая же.
— Тогда палатка длинная.
— Она тоже такая же, как пять минут назад.
Я проверил петли.
Жёлтая дуга была вставлена правильно с одной стороны и в соседнюю петлю — с другой.
Переставил.
Щёлк.
Всё совпало.
— Никому не рассказывай, — попросил я.
— Обязательно расскажу твоим внукам.
— Пап!
— Хорошо. До внуков подожду.
Оставался зелёный верхний тент.
Мы накинули его сверху. Он лёг ровно, но вход снова оказался со стороны багажника.
— Опять? — сказал я.
Мама молча указала на маленький логотип фирмы.
На внутренней палатке такой же логотип был над дверью. Мы совместили их — и тент повернулся как надо.
Первые капли дождя упали, когда я забивал второй колышек.
— Успеваем! — сказал я.
Папа уже закреплял противоположный угол.
— Колышки под углом от палатки, — напомнил он. — И не в корень.
Я переставил один.
Мама натянула верёвку от тента.
Через пять минут дождь пошёл всерьёз.
Мы втроём сидели внутри палатки. По зелёной крыше стучало. Ни одна капля не падала внутрь.
Я смотрел на стенки и пытался понять, почему утром эта палатка казалась мне устройством из четырёх палок и одной тряпки.
На самом деле у каждой детали была своя работа. Длинные дуги держали основную форму. Короткие распирали навесы. Внутренняя палатка оставляла воздух и сетку. Внешний тент принимал дождь. Верёвки не давали ему лечь на внутренний слой.
— Ты чего молчишь? — спросила мама.
— Запоминаю.
— Инструкцию?
— Палатку.
Папа открыл молнию и выглянул наружу.
— Дождь слабее. Можно ужинать.
Когда мы вышли, рядом на соседней стоянке мужчина расправлял новую синюю палатку. Пока она лежала плоско, вокруг неё уже были разложены шесть дуг.
Он поднял одну и спросил жену:
— Как думаешь, запасная?
Я посмотрел на папу.
Папа посмотрел на меня.
— Ни слова, — сказал я.
Мы выдержали примерно четыре секунды.
Потом я всё-таки подошёл.
— Посмотрите на цветные метки, — сказал я. — Они иногда очень полезные.
Мужчина нашёл синюю резинку на конце дуги и такую же петлю на ткани.
— Спасибо. Уже ставил такую?
Я оглянулся на нашу зелёную палатку. Она стояла ровно, занимала ровно одно место и совершенно не была похожа на осьминога.
— Да, — сказал я. — Сегодня особенно много.