— Он сломался именно сегодня? — спросил Тимур.
— Такие вещи всегда ломаются в подходящий для них день, — ответил мастер Вадим Павлович.
На учебной станции у канала стоял судоподъёмник — большая наклонная платформа, которая перевозила лодки из нижнего бассейна в верхний. Ребятам объясняли, что это похоже на лифт, только кабина наполнена водой, а вместо пассажиров в ней плывут суда.
Сегодня должны были показать подъёмник школьной группе. Но створки нижнего затвора закрылись, платформа остановилась, а внутри осталась маленькая исследовательская лодка «Стриж» с двумя сотрудниками станции.
— Они в опасности? — спросил Тимур.
— Нет. Вода есть, связь есть. Но выйти своим ходом они не могут.
— Значит, проблема в моторе?
— Если бы. Мотор работает.
На щите мигала надпись: «РАЗНОСТЬ УРОВНЕЙ». Вадим Павлович показал на две прозрачные трубки. В одной вода стояла выше красной черты, в другой ниже.
— Автоматика не откроет затвор, пока давление с обеих сторон не станет почти одинаковым. И правильно делает.
— А почему уровни разные?
— Вот это и выясняем.
Тимур пришёл на станцию с кружком моделистов и больше всего хотел увидеть редуктор — механизм с шестернями, который медленно тянул тяжёлую платформу. Остальные ребята уже ушли в музейный зал. Он остался рядом с мастером и услышал в служебной связи голос капитана «Стрижа»:
— У нас возле правого борта вода уходит быстрее.
— Видите воронку? — спросил мастер.
— Нет. Только мелкие пузырьки у стенки.
Тимур присел возле макета подъёмника. В прозрачной пластиковой камере вода держалась благодаря двум клапанам. Если один приоткрыть, уровень падал.
— Там течь?
— Или открыт обходной канал, — сказал Вадим Павлович. — По нему обычно выравнивают воду перед открытием створок.
— Тогда закройте его.
— Сигнал показывает, что он закрыт.
— А он сам знает, что закрыт?
Мастер посмотрел на Тимура внимательнее.
— Объясни.
— На модели рычажок может повернуться, а дырка внутри остаться открытой, если ось сломалась.
Они пошли в машинное помещение. Там было прохладно, пахло металлом и мокрым бетоном. От электромотора к стене тянулись трубы. На каждой висела бирка с номером.
— Обходной клапан номер четыре, — сказал мастер. — Рукоятка в положении «закрыто».
Тимур взялся за неё.
— Не крути, — сразу сказал Вадим Павлович.
— Я только трону.
Рукоятка качнулась слишком легко.
— Люфт, — сказал мастер. — Так называют свободное движение, которого здесь быть не должно.
Он снял защитный колпак. Внутри штифт, соединявший рукоятку со стержнем клапана, раскололся пополам. Рукоятка показывала «закрыто», а сам клапан оставался приоткрытым.
— Нашли? — раздалось по рации.
— Нашли. Теперь надо закрыть вручную.
Но квадратный конец стержня был глубоко внутри корпуса. Обычный ключ не доставал.
— Принесу удлинённую головку из мастерской, — сказал Вадим Павлович. — Минут десять.
Тимур посмотрел на набор для демонстрационного макета. Там лежала длинная трубка, вороток и переходники.
— А это?
— Игрушечный комплект.
— Трубка стальная.
Мастер проверил её толщину, приложил к стержню и покачал головой:
— Размер не подходит. Проскальзывает.
— Можно вставить прокладку?
— Мягкую сомнёт.
Тимур снял с макета плоскую латунную пластинку, которая изображала направляющую рельсу.
— Эту согнуть углом.
— Макет испортишь.
— Потом выпрямлю.
— Не выпрямишь. Но идея годная.
Вадим Павлович нашёл в ящике обрезок такой же латуни. Они согнули его вокруг квадратного стержня, надели трубку и получили плотное соединение. Мастер медленно повернул вороток.
Из трубы донёсся глухой стук. На щите нижний уровень перестал падать.
— Клапан закрыт, — сказал Тимур.
— Закрыт. Теперь надо добавить воды в камеру.
— Почему просто не открыть затвор?
— Потому что вода ударит в него всей массой. Сначала выравниваем уровень, потом открываем.
Насос загудел. Цифры на экране начали сближаться: тридцать сантиметров разницы, двадцать, двенадцать.
На восьми сантиметрах процесс остановился.
— Что ещё? — спросил капитан «Стрижа».
Мастер проверил насос.
— Подача есть.
Тимур смотрел на воду за стеклом наблюдательного окна. По поверхности шли короткие волны, хотя насос работал ровно.
— Лодка качается и датчик каждый раз видит другой уровень.
— Верно. Нужно успокоить воду.
Капитан выключил двигатель «Стрижа», сотрудники закрепили лодку двумя канатами к рымам — металлическим кольцам на стенке камеры. Волны уменьшились. Датчик показал четыре сантиметра, потом два.
Загорелась зелёная лампа.
Створки разошлись медленно и без всплеска. «Стриж» вышел в нижний бассейн. Школьники прибежали из музея как раз к тому моменту, когда платформу снова запустили.
— Тимур починил судоподъёмник? — спросил кто-то.
— Нет, — ответил Вадим Павлович. — Тимур заметил две важные вещи. Починим мы его после осмотра и с новой деталью.
— А макет цел?
Тимур показал на латунную рельсу, которая оставалась прямой.
— Мы взяли обрезок.
— Жаль, — сказал мастер. — История была бы эффектнее.
Во время демонстрации платформа подняла «Стриж» к верхнему бассейну. Тимур следил уже не за огромными шестернями, а за маленькой рукояткой клапана. На ней повесили табличку «НЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ».
После экскурсии Вадим Павлович подарил Тимуру расколотый штифт.
— Для коллекции поломок?
— Для коллекции вопросов. Самые полезные начинаются со слов: «А он сам знает?»
Тимур положил обе половинки в карман. Дома он собирался сделать для них коробочку. С крышкой, которая действительно знала, закрыта она или только делает вид.